Двенадцать

Лин Синди

– Давненько вас не было видно, – сказала она с мягкой улыбкой, заправляя седоватую прядь в небрежный пучок на затылке. Не накопали мне ещё корня горечавки? А то что-то у меня его почти не осталось.

В первый раз они встретили тётушку Бо сразу после войны – она собирала в лесу растения для своих снадобий. Тогда она только появилась в Златоклыке со своим маленьким сынишкой – была намного худее, чем сейчас, смотрела растерянно и печально. Усаги хорошо помнила её удивление и испуг, когда она наткнулась на них в лесу. Но она

не закричала, не выдала их Страже. Оставила им немножко еды и предложила собирать для неё травы. Многие обращались к ней – кто за лекарствами, кто за помощью в родах, стараясь отплатить чем-нибудь взамен. И она понемножку делилась с детьми из леса, впрочем, не без выгоды для себя. Если бы не тётушка Бо, они бы давно ходили босыми и раздетыми.

Её сынишке Яго уже исполнилось шесть лет. Это был крепкий, смуглый малыш с чёрными как смоль волосами, торчащими, как перья, у него на макушке. Теперь его распирало поделиться с ними своими новостями.

– Мой нижний зуб качается! – заявил он, продемонстрировав зуб и скача вокруг них кругами. – И у всех теперь – рис! Сегодня утром у каждой двери стоял мешок риса!

– У каждой двери? – не веря своим ушам, переспросила Тора.

– Большой мешок? – поинтересовалась Ума.

– А мы… принесли рис, – растерянно произнесла Усаги.

Складки вокруг рта у тётушки Бо сделались резче.

– Это правда, – сказала она. – У каждого дома. Столько риса, что хватит семье на целый месяц, особенно если чередовать с бобами и просом. Такой щедрости я не помню со времён короля Оганы, мир его праху.

Она показала им холщовый мешок размером с жареную курицу.

У Умы сделались круглые глаза.

– Но откуда он мог появиться?

Яго приплясывал вокруг них босиком.

– Никто не знает! Мешок появился ночью. Пришлось скорей забрать его в дом, пока не увидела Стража.

Усаги вспомнила разбойников в масках и полные мешки риса, которые они уносили с поля. Неужели от них? Но что же это тогда за разбойники? Она показала тётушке Бо их собственную скромную добычу.

– Мы надеялись обменять это сегодня.

С сожалением покачав головой, тётушка Бо взвесила их рис в одной руке.

– Теперь, когда у всех есть месячный запас риса, я не смогу дать вам за него столько, сколько прежде. Но если это всё, что у вас есть, я, конечно, возьму.

Усаги разочарованно кивнула. Но Тора положила руку ей на плечо.

– Лучше придержим его до другого раза. Потом, когда риса опять станет мало, мы сможем выручить за него побольше.

– Слово опытного дельца, – засмеялась тётушка Бо. – Вот почему мне нравится иметь с вами дело.

Она предложила им поджаренных семян с мёдом. Ума проглотила их в два приёма, прежде чем идти играть с Яго. Тора ела аккуратно, облизав в конце кончики пальцев. А Усаги не удержалась и набила за щёки столько, сколько смогла. Подождав, пока та немного прожуёт, тётушка Бо спросила,

что слышно об огненных способностях её сестры.

– Рассказывают, что на прошлой неделе Ловчие схватили ещё кого-то из детей, – обратившись к ним обеим, поведала она. – В Излуке. Девочку года Змеи, если не ошибаюсь. Кажется, Король-дракон теперь требует, чтобы их отправляли прямо к нему. Вы уж будьте поосторожней. Я вот не знаю, есть ли у Яго какие-нибудь Дары Зодиака. Но он того и гляди потеряет свой первый зуб. И пока у него не сломается голос, придётся смотреть за ним в оба.

– А у кого-нибудь в семье были способности? – спросила Усаги с полным ртом.

Тётушка Бо кинула взгляд на Яго, показывавшего Уме свою коллекцию камней.

– У его отца не было. Но были кое у кого из родни. Так что посмотрим – тут уж от нас ничего не зависит.

Далёкий вибрирующий звук, похожий на флейту, привлёк внимание Усаги. Она повернула голову. Красота! В те дни редко можно было услышать такое. Звук доносился со стороны Главной дороги, опоясывающей весь остров. Теперь Усаги слышала больше – весёлый и зовущий голос флейты соседствовал с задорной дробью барабанных палочек.

– Музыка! – вскрикнула она. И снова замерла на месте, жадно вслушиваясь в пространство.

Тётушка Бо наморщила лоб.

– Не слышу…

Но складка у неё на лбу быстро разгладилась.

– Ну да, конечно. Твой Дар Зодиака.

– Животный Дар, – уточнила Усаги. – Жаль, что вы не слышите. Я думаю, это бродячие артисты! – Она начала покачивать головой в такт далёкой мелодии.

– Ой, пожалуйста, давай пойдём туда и посмотрим! – попросила Ума. От волнения на щеках у неё появился румянец. Бросив разглядывать камни, они с Яго высунулись в окно, пытаясь услышать то, что слышала сейчас Усаги.

– Удивительно, что Синий Дракон до сих пор не запретил их представления, – сухо заметила тётушка Бо. – Мог ведь отправить, как остальных, в каменоломни.

Ума открыла дверь.

– Ничего с нами не будет, если мы пойдём и посмотрим. За это Стража в каменоломни не отправит.

Усаги схватила сестру за руку.

– Если заметят наши Дары, то могут. Запомни, перед Стражей ты не должна делать ничего необычного.

– Ты говоришь так, как будто Дар есть у меня одной. – Ума закатила глаза. – Скажи это лучше себе самой.

– Я не прыгаю до неба на виду у всех, – сурово произнесла Усаги. – И люди никогда не догадаются, что я их слышу.

– Это нечестно, – вздохнула Ума и, показав на Тору, добавила: – Тебя почему-то не волнует, что эта тигрица рыщет одна в темноте.

Тора приподняла одну бровь.

– Потому что в темноте меня никто не увидит. Твоя сестра права: нельзя быть такой безрассудной – носиться как угорелой и играть с огнём.

– Хватит болтать! Пойдём поищем музыку! – крикнул Яго и, не дожидаясь от них ответа, направился к двери.