Дверь в никуда
Шрифт:
Медленно, пуговицу за пуговицей, он расстегнул ей на груди блузку, через мгновение Энни почувствовала, как по ее груди скользнули мужские губы.
– Я люблю тебя – хрипло простонала она. И их обоих унес поток из этих трех слов…
Энни услышала голос Стива:
– Я отнесу тебя на кровать…
Спустя мгновение она уже плыла на его руках и возносилась вверх по ступеням узкой лестницы в спальню на второй этаж.
Энни больше не чувствовала своей раздвоенности, только то, что они здесь вдвоем и это важнее всего. Их руки сталкивались, когда они неторопливо раздевали друг друга, и воздух холодил
– Почти ничего не осталось, – прошептал он.
– Да… почти. Но еще не совсем. Не совсем.
Словно настоящая супружеская пара, они отвернули край пестрого одеяла, а потом Стив снова взял Энни на руки и положил ее на кровать. Каждой клеткой своего обнаженного тела она почувствовала прохладу свежих простыней, и Стив уже был рядом и его руки были на ней повсюду.
Энни и Стив прижались друг к другу, согреваясь удивительной близостью и позволили рукам и губам говорить вместо себя.
Энни почувствовала, что больше не может ждать. Ее тело хотело Стива, и он, понял это и бережно лег на нее. Она видела его глаза, Стив улыбался, но в его взгляде она читала нетерпение и ожидание.
– О, не мучай себя, любимый мой!
Она потянулась всем телом к Стиву, привлекла его голову к себе, прильнула к жарким губам и, и раздвинула ноги… Он легко и нежно вошел в нее, и Энни в ту же секунду громко застонала от наслаждения.
Их движения были медленными, бережными, без той торопливости и неловкости, которая иногда преследовала их в Лондоне. Они, покачиваясь, плыли по удивительной реке под названием «любовь», и словно сквозь забытье до Стива доносились то тихие, то громкие стоны любимой женщины.
Он почувствовал приближение конца этого прекрасного плавания и, тогда постарался как можно дальше, как можно глубже войти в ту гавань, куда так громко звала его Энни. И сам Стив в ответ теперь звал ее.
– Энни… Энни!
Она снова обхватила его голову, привлекла к себе, целуя его глаза… Потом двое влюбленных тихо лежали, отдыхая, и бормотание волн заглушало дыхание и опутывало их.
– Сегодня с тобой у меня был один из самых счастливых дней в моей жизни, – еле слышно сказала Энни. И то, что этот день не повториться до самой смерти, было и печально, радостно. Как бы то ни было, но они были у них, этот день и эта ночь.
Энни лежала в объятиях Стива, прижавшись губами к гладкой теплой коже мужчины и чувствовала, что засыпает под шум моря…
И вновь ей приснился все тот же сон.
Темнота не была абсолютной, но ужасный груз давил на нее. Чудовищная тяжесть пригвоздила Энни к земле, раздавила и смяла ее. Через минуту, через секунду этот вес рухнет и уничтожит ее. Энни широко, до боли распахнула глаза, но вокруг была прежняя кромешная тьма. Она была одна, и знала это, потому что звала кого-то по имени, но никто ей не отвечал, так как он, этот «кто-то» исчез или умер. Энни была уверена, что человек, которого она звала, умер. А потом над ней начался обвал и его грохот наполнил ее смертельным страхом. Сейчас скала обрушится, и боль от ее крушения уничтожит ее. Она сжалась в последнем бесполезном усилии и дернулась, стараясь вырваться из пустой черноты.
Но она ошиблась: тот чье имя она шептала израненными
– Любимая, девочка моя. Я здесь. Все хорошо!..
– Стив?
– Да, да. Я тут… – его голос звучал тихо, спокойно, и она почувствовала, как ее страх уходит, отступает.
– Темнота…
– Ну, ну… все в порядке. Посмотри… вон маяк. – Энни увидела в окне свет маяка, яркий, мигающий и такой прекрасный. Стив держал ее в своих объятиях, пока дыхание его подруги не стало ровным и легким. Тогда он поцеловал ее мокрые от слез ресницы и убрал спутанные волосы с ее лица. Энни вздрогнула, и осторожно выскользнула из его сильных рук и легла рядом с ним. Прикосновение Стива, его глаза и голос вырвали ее из черного страха.
– Тот же сон?
– Да, тот самый…
Все так же обнимая ее одной рукой, Стив протянул свободную руку и включил лампу на прикроватной тумбочке. Энни увидела пестрое одеяло, пятно света на потолке. Близость любимого человека, одежда, лежащая на полу… Все цвета потихоньку возвращались в комнату.
– Посмотри на меня, – сказал Стив. Энни медленно повернула к нему голову, и он прижал ее ладонь к своему лицу.
Энни вспомнила, как они лежали под обломками, но сейчас она видела Стива, могла коснуться его и поэтому больше не боялась.
– Все окончилось, – сказал он. Энни внимательно прислушивалась к звуку его голоса.
– Ты в безопасности…
Его пальцы прикоснулись к шраму на ее руке, на плече, и мужская ладонь накрыла затянувшийся рубец на животе Энни.
– Мы выжили. Мы заставили друг друга выжить. Все кончилось, Энни, родная моя.
Она кивнула ему, не в силах выговорить ни слова.
– Ложись, спи, – Стив снова выключил свет. Она послушалась, и он укрыл ее одеялом. Даже не задумываясь о том, что он делает, Стив обнял ее точно так же, как делал это и худшие мгновения их жизни, когда боялся, что она умрет. Но сейчас ее дыхание было ровным, а лицо, когда он касался его, чистым и гладким.
– Все кончилось, – сказал Стив самому себе, когда пришли спасатели, он вынужден был отпустить ее руку, и Энни, увезли при свете прожекторов. Рассеянное мерцание маяка было похоже на далекий отсвет тех прожекторов.
Непроизвольно Стив легонько сжал ее в объятиях.
– Ты еще не спишь?
Она потерлась щекой о его плечо.
– Нет.
– Все еще боишься?
– Нет, – ответила Энни, – больше не боюсь. – Сейчас, как никогда прежде, она была уверена в том, что страшный сон исчез и больше никогда не потревожит ее:
– И сон тоже кончился, – сказала она, – он больше не вернется.
В темноте, где только дрожание отсветов от огней маяка напоминало о прошлом, Стив улыбнулся, губами коснувшись волос Энни.
Они еще долго лежали молча, держа друг друга в объятьях и не шевелясь. Потом, наконец, уснули.
Солнце взошло над морем и наполнило своим ярким светом комнаты голубого домика. Когда Энни, позевывая и зябко кутаясь от утреннего ветерка в халатике вышла посмотреть на восход, рыбачий флот уже уходил в море, оставляя за собой серебряные буруны и чаек, ныряющих в волнах. Тишину нарушали звуки работающих дизельных двигателей.