Дверь
Шрифт:
Она пришла к мысли преобразиться в бомжиху - естественный персонаж всех вокзалов. Тревожили перспективы неизбежных встреч с милицией, тут уж приходилось надеяться на быстрые ноги или жалобные легенды.
Переодевшись в тряпье, Зоя старательно загримиорвалась и осмотрела себя в большое трюмо. Удовлетворительно. Из глубины зеркала на неё грустно уставилась серая от пыли, недоедания и пьянства, с жутким фингалом и шрамом во всю щеку, несчастная обитательница дна. Казалось, сам Господь Бог отвернулся от заблудшего создания.
Зоя долго стояла в прихожей, ловила каждый звук на площадке. Пора! Тенью она выскользнула
На вокзале она заняла выбранный много раньше пятачок, на который настоящие бомжи не претендовали, видимо, из-за крайней убогости такового, а может быть и по иным, только им доступным соображениям. Она засела прочно, надолго, рядом бросила замусоленную торбочку с измятой пачкой "Примы" и жесткой булкой, поставила полбутылки водки. Плохо, что водка не бутафорская, но если отхлебывать понемногу, вполне можно сохранить ясность мысли. А вода в бутылке - не вариант, придется угощать собратьев... Благо, здесь сухо и довольно тепло.
Она просидела часа четыре, прежде чем в толпе мелькнуло знакомое лицо. За это время Зоя успела обзавестись дружком - хранителем её скромных пожитков, возраст коего невозможно было определить: мешал слой грязи. Увидев нужного ей носильщика - Толяна, как он представился в финале их памятного рандеву - она прытко вскочила на ноги, чем перепугала нового дружка.
– Эй, куда?
– он тоже вскинулся.
– Да это... Счас я!
– отмахнулась Зоя и поддернула грязную юбку.
– А, ну это святое дело, - по-своему понял ухажер и вяло опустился на замусоренный, заплеванный пол.
– Ты уж правда посиди, - Зоя ринулась в толпу.
Погромыхивая тележкой на неровностях, Толян спешил к бишкекскому поезду. Он почти подхватил на руки вывалившуюся из вагона бабульку, вытащил её многочисленные, перетянутые ремнями чемоданы, узлы, сумки, лихо покидал все в тележку и покатил вдоль поезда. Рядом, охая и стеная, семенила старушка, постоянно что-то бормочущая. Переодически она останавливалась, промокала несвежим платком круглое, морщинистое, блестящее от пота лицо и снова вприпрыжку торопилась за носильщиком. Возле багажного отделения Толян терпеливо ждал, пока бабулька с причитаниями расплатится с кладовщиком, а затем один за другим метнул в окошко бабкины баулы, узлы и чемоданы. Но одну видавшую виды сумку он почему-то пихнул в руки некоего затерханного мужичка, причем бабушка возражений не высказала, а мужик направился к двери и быстро исчез.
Трижды продиралась Зоя за своим подопечным через весь вокзал от поездов до камер хранения, и каждый раз он передавал сумки невесть откуда появившимся неприметным личностям. А в промежутках Зоя возвращалась в облюбованный закуток, приносила водку, на что её друг и покровитель восхищенно цокал языком, срывал зубами пробку, делал крупные глотки. О методах добывания данного напитка у него сложилось свое мнение, и Зоя не намеревалась его разубеждать. Против того, что она прикладывается к бутылке лишь символически, приятель Зои, конечно, не протестовал, разве что пару раз из врожденной деликатности.
После одной из эскапад она чуть было не упустила Толяна. Он как-то неуловимо и даже небрежно-элегантно
– Ну, ты...
– встрепенулся было водитель и умолк при виде купюры немалого достоинства в конвертируемой валюте, зажатой в руке полупьяной бомжихи.
– Давай вон за тем, - Зоя ткнула пальцем в лобовое стекло.
– Йес, мэм, - кивнул удивленный водитель и дал газ.
Автомобиль Толяна остановился возле громадного и длинного, как китайская стена, дома. Водитель, везший Зою, притормозил поодаль по её знаку. Толян спокойно покинул салон машины, не оглядываясь прошагал в центральный подъезд. Зоя ждала, водитель молчал. Более чем странный вид пассажирки не располагал к попыткам завязать беседу.
Не прошло и получаса, как Толян бодро выскочил из подъезда. В руках он держал небольшой сверток, упакованный в полиэтилен. Возвратившись в свою машину, он тем же путем, в сопровождении "Жигуленка" вернулся на вокзал.
– Ну и что?
– не сдержался водитель.
– Ничего, - Зоя без улыбки подмигнула.
– Кто меньше знает, тот дольше живет...
С этим зловещим напутствием она хлопнула дверцей и направилась к зданию вокзала.
29.
Среди однокашников Зои Богушевской по альма матер были ребята, сколотившие неплохие состояния в благословенные для предприимчивых людей времена, и что немаловажно, не утратившие при этом двух чувств: юмора и локтя. Поэтому они с легкостью согласились принять участие в придуманном Зоей розыгрыше. Как она объяснила, ей очень хотелось невинно отомстить прежнему возлюбленному, а для того сначала пустить жертве пыль в глаза.
– Нет вопросов, старуха, - только и сказал преуспевающий риэлтер Алик, - Созываю наших кэвээнщиков. Есть ещё порох в пороховницах...
В результате к длинному дому, похожему на китайскую стену, подкатил серебристый "Мерседес". Он мягко качнулся на рессорах, и парень в модном пальто из тончайшей кожи, выскочивший из салона, угодливо распахнул дверь перед хозяйкой. Молодая женщина царственно ступила на мостовую и проследовала к центральному подъезду при почетном карауле из ещё двух стильных юношей. Одного взгляда на изысканно, с большим вкусом одетую даму было достаточно, чтобы понять: её экипировка стоит ох как недешево, но она будто родилась в этой одежде. Естественно и непринужденно она поднялась по лестнице, устланной синтетической ковровой дорожкой. Провожатые вышагивали чинно и степенно, а в дверь на втором этаже они вошли уверенно, как к себе домой.
Вывеска утверждала, что здесь помещалось акционерное общество "Алиса" - импортная сантехника, стройматериалы, евроремонт и прочее в том же духе. Охранник "Алисы" попытался остановить пришедших вежливым вопросом:
– Как о вас доложить?
– Президент компании "Ацтек", - холодно отрекомендовалась гостья, не убавляя шага.
Охранник забежал вперед, и вслед за ним Зоя и её свита вошли в приемную.
– "Ацтек"?
– засуетилась секретарша с кукольным личиком.
– Вам назначено?