Двое
Шрифт:
Убавив громкость, Андр ослабил действие чар и стал вникать в смысл слов, который до сих пор просачивался в сознание словно бы с чёрного хода, укрытый за звучанием волшебного голоса.
Речь была построена безукоризненно и могла служить образцом ораторского искусства. За этим, вторым, заслоном таились простые, даже примитивные догмы. История страны чудовищно искажалась и вкратце сводилась к следующему: вначале были хаос и нищета, затем миру явился Отец и повсюду установились Порядок, Стабильность и Процветание. И горе врагам
Андр не принял бы этой сладкой лжи, даже если не был бы сейчас вооружён знанием истории Земли-1 и знакомством, хотя и поверхностным, с событиями, действительно имевшими здесь место. Но он был Андром – бойцом и бунтарём, органически не терпевшим над собой высшего авторитета, ненавидевшим саму идею Бога. А что мог противопоставить этому заклинанию обычный, почитающий закон и власть, гражданин, память которого к тому же отшибли амнезийным полем?
Передача закончилась. Беспамятное стадо снова превратилось в монолит, преданный Отцу и Идее.
Сакраментальный вопрос: почему я? Ну да, мы с Андром во многом похожи, но это сходство таит в себе и неудобства: для Андра я чересчур своеволен. Если бы он завладел менее строптивым сознанием и – разумеется, в высших целях! – использовал его на всю катушку, это было бы лучше для него, для Движения… ну и для меня, само собой. И такой вариант осуществим – для человека, владеющего азами гипноза. Найти достаточно впечатлительного субъекта, настроить его на волну Андра и… В конце концов, в наш век потребительства легко отыщутся любители острых ощущений, которые пойдут на это добровольно. А что такое Андр и как он умеет подмять под себя – это им знать не обязательно.
Открытым остаётся вопрос: смогу ли я простить себе подобное малодушие?
– Ты – наша единственная, если не последняя надежда, – негромко говорил Борг. – Сейчас мы бессильны предпринять что-либо более радикальное, чем взрывы Котлов, и так может продолжаться десятки, сотни лет – пока не будет разгадана природа амнезийного поля. Поэтому избегай авантюр, не ввязывайся ни во что хоть сколько-нибудь рискованное, если есть обходные пути. Всегда помни, что малейший твой промах может обернуться веками чудовищного по жестокости и бессмысленности режима!
– Я понял, – сказал Андр нетерпеливо.
– Твоя первая задача: проникнуть в Столицу и утвердиться в ближайшем окружении Отца. Ни в коем случае не пытайся на этом этапе связаться с нами, всё равно ничем помочь тебе мы не сможем. Ты должен узнать, кто такой Отец, откуда его сила и в чём слабость. А главное: разберись с Полем – что это, чёрт возьми, за напасть на наши головы? Лишь только после этого можешь выходить на связь, лучше – на прямую.
– Вернуться?
– Если это будет безопаснее, чем
– Когда выходить? – спросил Андр.
– Дней через десять. Надо подготовить внедрение.
Дверной замок пропел «Калинку». Этого только не хватало! Какого дорогого гостя чёрт принёс?
Поколебавшись, Андрей распахнул дверь и позволил себе немного расслабиться, увидав Лику. Странное сочетание, снова подумалось ему, – улыбка на губах и боль в глазах.
– Я войду? – спросила девушка.
– Ну конечно!
Андрей провёл её в гостиную.
– Мне сказали, ты заболел. Вот, – Лика протянула ему пакет с апельсинами. – Дань традиции.
– Тронут. Садись. Есть хочешь?
– Нет.
– Тогда будем пить.
Андрей достал из буфета бутылку, разлил по рюмкам коньяк.
– Лечишься?
Кивнув, он бросил содержимое рюмки в рот, наполнил её снова.
– Не узнаю тебя, – сказала Лика.
– Что делает с человеком болезнь!
– Что-нибудь случилось?
– А?
– У тебя неприятности?
Уж эти мне телепаты! – подумал Андрей. – Обложили.
– Не бойся, не сопьюсь, – сказал он, обдирая апельсин. – Ты-то чего стесняешься?
Лика послушно пригубила.
– Давно тебя не видел, – сказал Андрей. – Даже забывать стал.
– Я не вовремя, да? Ты кого-то ждёшь?
– Никого, – мотнул он головой. – Я рад тебе. Честно.
Девушка неуверенно улыбнулась.
– Кажется, тебе действительно плохо, – сказала она.
– Эй, ты чего? – поднял брови Андрей. – Вздумала меня пожалеть? Сдай назад, со своими проблемами я как-нибудь справлюсь сам!
– Кто же спорит?
– Почему не пьёшь? Не нравится?
– Кто-то же должен оставаться трезвым.
– А ты когда-нибудь видела меня пьяным?
– Ты никогда не пил в таком темпе.
Андрей опрокинул в себя третью рюмку и решительно поставил её на стол ножкой кверху.
– Всё! – объявил он. – Завязал.
Притушив свет, он включил магнитофон и развалился в кресле, лелея в себе тепло и покой.
– Останешься? – спросил Андрей, с откровенным удовольствием разглядывая девушку.
Лика покачала головой.
– Кварц, сауна, массаж?.. – соблазнял он.
– В другой раз.
– Ясно, – Андрей осклабился. – Свято место пусто не бывает?
Девушка зябко повела плечами.
– Холодно? – он потянулся к кондиционеру. – Я убавлю.
– Нет, ничего. Я только не понимаю, отчего ты стараешься быть жестоким.
– А я боюсь быть добрым, – серьёзно ответил он. – Не за себя боюсь.
Лика подняла на него глаза, и в её взгляде Андрею почудилась жалость.
– Ладно, пойду, – сказала она, вставая. – Если я действительно понадоблюсь… Не забыл ещё мой телефон?