Двойник
Шрифт:
Двойник. Он послал меня передать вам приговор.
Мужчина. Я невиновен.
Двойник. Каждый из нас виновен в чьей-то смерти.
Мужчина. Я не убивал.
Двойник. Да, убил я.
Мужчина. Какое мне до этого дело? Какое мне дело до вашей вины? Почему я должен отвечать за то, что сделали вы?
Двойник (неумолимо). Вы сделали бы то же самое, если бы оказались на моем месте. Моя вина – это и ваша вина. У нас одно лицо, одно тело, душа, мы были схожи уже в зародыше.
Режиссер.
Драматург. Мне будет трудно потом продолжить.
Режиссер. Двойник действует от лица Верховного суда?
Драматург. Возможно.
Режиссер. Но ведь он постоянно об этом говорит.
Драматург. В конце концов вы сами вложили в его уста эти слова.
Режиссер. Надо внести ясность. Действительно ли это приговор Верховного суда или этот суд – всего лишь выдумка двойника?
Драматург. Мне это безразлично.
Режиссер. Вы уклоняетесь от ответа.
Драматург. Я могу сказать лишь одно – в нашей пьесе важна только мысль о Верховном суде.
Режиссер. Тогда она должна прозвучать яснее.
Драматург. Вы педант, сударь.
Режиссер. Нет, я просто режиссер.
Драматург. Не будем спорить. Представьте небольшое здание в стиле рококо с многокрасочными узорами, зал суда с безвкусными статуями правосудия; полдома утопает в зелени огромного парка; в густой листве могучего кедра, акации, пихты. В дни суда среди деревьев теряются черные автомобили судей. Слышно, как где-то стучит дятел, кричит кукушка… Солнце, застрявшее в листве, серебряные брызги фонтана… Это вас устроит?
Режиссер. Прямо сон какой-то.
Драматург. Да, все как во сне.
Режиссер. И этот Верховный суд приговорил героя к смерти?
Драматург. Вроде того.
Режиссер. Приговорил, потому что все люди виновны в чьей-либо смерти?
Драматург. Так утверждает Верховный суд.
Режиссер. Но эту мысль нельзя понимать дословно!
Драматург. Верховный суд понимает ее дословно.
Режиссер. И что же дальше?
Драматург. Признаться, дальнейшее действие представляется мне лишь в общих чертах. Думаю, вскоре после визита двойника в дом ворвались полицейские и арестовали героя по приказу Верховного суда.
Режиссер. А двойник?
Драматург. Исчез. Мужчину ведут в тюрьму. Он уверяет, что невиновен, – стража только пожимает плечами, он протестует – его не слушают.
Режиссер. Он может обратиться за помощью к адвокату.
Драматург. Адвокаты отказываются рассмотреть его дело, вина его бесспорна, приговор вынесен, а утверждение обвиняемого, будто убийство совершил не он, а его двойник, воспринимается как дешевая уловка.
Режиссер. Значит, только он да Верховный суд и знают, что этот двойник существует?
Драматург. Да, больше никто этого не знает.
Режиссер. Пусть он обратится к Верховному суду.
Драматург. К Верховному суду невозможно обратиться.
Режиссер. У меня начинает складываться невысокое мнение
Драматург. Ничего не могу поделать.
Режиссер. Итак, правосудие возмущено и непреклонно в своем решении, а наш герой, несмотря на это, продолжает твердить, что он невиновен.
Драматург. Он в отчаянии. Не переставая, кричит из темной камеры, что с ним поступили несправедливо.
Мужчина. Я невиновен! Я говорю вам, я невиновен! Я знаю – мне трудно поверить, взывать к вниманию судей все равно, что обращаться к стенам моей камеры, но я невиновен. Я такой же человек, как любой из вас. Обыкновенный человек. Утром встаю, вечером ложусь спать, смутно помня прожитое. Тружусь, чтобы есть, ем, чтобы трудиться, и радуюсь неожиданным удачам. Не спрашивайте, почему я здесь, в этих убогих каменных стенах. Я не знаю! Я говорю вам – я невиновен. Я не убивал! Ну как я мог убить, как могли убить эти руки, которые кормят меня, которые, кроме работы, ничего не знали?… Вы должны поверить мне, будь я даже последний мошенник, обманщик или плут, я невиновен. Господи, я невиновен! Я буду кричать об этом всю ночь. Я невиновен! Буду кричать, чтобы отстоять свою правоту перед богом и перед судьями: я невиновен!
Режиссер. Герой прав. Всем должно быть ясно, что он прав.
Драматург. Ночь. Завтра казнь. Он лежит на нарах. Дверь камеры открывается. Обернувшись, герой видит в черном проеме двери двойника. Двойник медленно приближается к нему.
Мужчина. Опять вы?
Двойник. Да, я вновь пришел к вам.
Мужчина. Чего вы еще хотите от меня? Завтра я должен умереть.
Драматург. Нет, не пойдет.
Режиссер. Что такое?
Драматург. Они должны говорить просто. Долой чувства, речь ведь не о них.
Режиссер. Как хотите. Они будут говорить так, словно речь идет о чем-то постороннем, их не касающемся.
Мужчина. Опять вы?
Двойник. Да, я вновь пришел к вам.
Мужчина. Чего вы еще хотите от меня? Завтра я должен умереть.
Двойник. Я пришел, чтобы выслушать ваше признание: вы должны признать свою вину.
Мужчина. Я должен умереть. Я не волен распоряжаться своей жизнью, но и во время казни я буду кричать – я невиновен.
Двойник. Значит, вы упорно отрицаете свою вину?
Мужчина. Я не убивал.
Двойник снимает замок с оков заключенного.
Мужчина. Зачем вы освобождаете меня?
Двойник. Вставайте.
Мужчина. Куда вы меня ведете?
Двойник. Не ваше дело.
Мужчина. Откуда у вас эта власть?
Двойник. Я действую от имени Верховного суда. Осторожно, мы спускаемся по лестнице.
Шаги.
Мужчина. Мы спускаемся, и никто не останавливает нас, сторож нас словно не видит. Что нужно от меня Верховному суду?