Двуединый [СИ]

Сазанов Владимир

Абсолютно рутинный осмотр напряжений в шестнадцати сигнальных узлах, расположенных у вершины купола, и сорока четырех точках крепления к земле. Все было как всегда: первая точка, десятая, двадцатая. На двадцать третьей я споткнулся — крепление было нарушено. Спешно проверил следующее. Оно было нарушено тоже. Защитная схема полигона откачивала лишнюю энергию из заклятий Кристофера, снижая таким образом опасность их случайного распада или детонации, но распределить ее нормально уже не могла. Еще немного, и деформированный купол, потеряв привязку, попросту разрушится, высвобождая заключенную в нем энергию и порождая воздушную ударную волну.

— Крис, остановись! — закричал

я, вскакивая на ноги, и, прекрасно понимая, что поглощенный своим занятием Кристофер ничего не разберет в сильно искаженных и ослабленных защитой звуках.

В голове мелькнула спасительная идея, заставив кинуться создавать подходящее заклятье. Три пары глаз непонимающе уставились на меня. И только Штефан обводил взглядом местность, пытаясь обнаружить опасность. Объяснять было некогда. Счет шел на секунды.

Вложенная Кристофером в простенькие заклятья энергия превысила допустимый предел, и купол потерял третью точку сцепления с землей. Баланс был нарушен. Защитный контур ощутимо прогнулся и заколебался, разрывая связи. Рядом закричала Кристина. Альберт попробовал что-то сделать, начертив в воздухе первый знак какого-то заклятья. Поздно. Купол разрушился с громовым хлопком, рождая ударную волну. Я едва успел выпустить свою магию.

Стоящего слишком близко к краю полигона наставника яростным потоком воздуха приподняло над землей и швырнуло на сиденья, располагающиеся в нескольких метрах за его спиной. Нас лишь сильно качнуло, уронив поднявшуюся было Марту обратно в кресло. Криса буквально смяло. Мое заклятье прошло сквозь распадающийся купол, создавая закрученный воздушный поток и оттягивая на себя свободно выплескивающуюся чистую энергию, изменяя тем самым направление ударной волны. Но оно было одно и не могло оградить Кристофера со всех сторон. Взрыв изломал Денова и закономерно швырнул его туда, где только что прошло мое заклятье. Поток воздуха протащил похожее на растерзанную марионетку тело по камням, оставив только у самого края полигона.

Я бросился бежать к нему. Где-то за моей спиной сориентировавшийся первым Штефан требовал от Марты создать сигнальное заклятье для вызова целителя. Почти сотня метров, отделяющая меня от Криса, была преодолена меньше, чем за десять секунд. Денова выглядел просто ужасно, больше походя на кусок мяса, нежели на человека. Обломки костей торчали из залитого кровью и неестественно выгнутого тела. В таком его состоянии оставалось надеяться лишь на прочность черепа, предохраняющего мозг от повреждений, и на быстроту и искусство целителей. Я в срочном порядке создал одно из показанных мне Риккой целительных заклятий. Оно должно было усиленно снабжать мозг кровью и кислородом, позволяя Кристоферу продержаться еще чуть-чуть. На потерю крови из-за более быстро заработавшего сердца можно и наплевать — дежурный медик академии или успеет или нет.

— Живи! Живи, Крис! — твердил я, стоя на коленях рядом с изуродованным телом.

Ли Кристина Денова

Кристина сидела на коленях своего будущего мужа, уткнувшись лицом ему в грудь. Руки Абеля обнимали ее, ограждая от творящегося вокруг кошмара. Только так она чувствовала себя в безопасности — прижимаясь к единственному мужчине, который, кажется, знал, что нужно делать. Только он вовремя понял происходящее и пытался предотвратить катастрофу. Девушка вздохнула, вновь переживая утренние события.

Целители появились лишь через несколько минут после того, как Марта отправила в небо завывающее и сверкающее красным огнем заклятье призыва о помощи. Пять минут. Нерасторопных ублюдков не было почти

пять минут, хотя их здание располагается всего в трехстах метрах от места происшествия. А если бы Кристофер за это время умер? То, что брат жив, заслуга Абеля, а не больных черепах, по ошибке служащих в академии целителями. Хорошо еще, что любимый обнял ее и не отпускал все время, пока Криса не погрузили в медицинскую карету и повезли домой. А так даже крутящийся рядом работник службы безопасности не рискнул подойти к ним, ограничившись задаванием вопросов Штефану и Марте.

В гостиную заглянул занимавшийся братом целитель Вильгенфорц, заставив Кристину встрепенуться.

— Он будет жить? — сразу выпалила девушка, не дожидаясь, пока один из лучших в Солиано врачей первым откроет рот.

Вильгенфорц нахмурился, заставив ее сердце замереть.

— Думаю, мне нужно сказать несколько слов бескультурным олухам, доставившим сюда Вашего брата, — сказал врач. — Разумеется, он будет жить. Это было ясно сразу после проведения первого лечебного цикла. То есть, еще до того, как раненого погрузили в карету и отправили домой. Вам должны были сказать, но у кого-то не хватило мозгов подумать о беспокоящихся родственниках. Я обязательно выскажу претензии к культуре целителей академии ректору Каласу.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула Кристина.

— Не за что. Беспокойство о душевном состоянии родственников больного — тоже дело врача. Обычная целительская этика, о которой многие почему-то забывают, — ворчливо поведал Вингельфорц. — Но вернемся к состоянию пациента. К счастью, мозг не поврежден. Глаза тоже — юноша успел вскинуть руки, прикрывая лицо. Потрясающая реакция, должен заметить. Позвоночник сломан в двух местах, но сами позвонки особенно не повреждены, так что нервные связи я восстановлю. В общем-то, травм достаточно, но основные органы уже работают, и общее состояние пациента можно обозначить как совместимое с жизнью.

— А остальное? — осторожно уточнила девушка.

— Остальное вылечим. Мне ведь тоже нужен отдых. Дело не в запасах энергии, а в том, что после нескольких часов непрерывной работы даже я могу совершить ошибку. Лучше прерваться сейчас и продолжить завтра.

— Да, как скажете, — понимающе кивнула Кристина. — Я просто хотела уточнить информацию о возможных последствиях.

— Последствия… — задумчиво протянул Вингельфорц. — Ну, кроме того, что на полное восстановление нам потребуется около месяца, будут и некоторые последствия. Сотрясение мозга пройдет почти естественным путем, пока мы будем лечить остальное. О физической деградации можете не волноваться — восстановим все ровно в том виде, в котором было. Можем даже сделать лучше, — он улыбнулся. — Но потратить некоторое время на адаптацию пациенту все же придется. Лежание в постели в течение столь долгого срока бесследно не пройдет. Пожалуй, самое страшное последствие то, что само лечение будет стоить ему нескольких лет из максимального срока жизни. Такое напряжение бесследно для организма не проходит. Но молодежь обычно не сильно задумывается над тем, что произойдет еще через век или около того.

— Спасибо.

— Не за что. Я люблю свою работу. К тому же, она неплохо оплачивается. О последнем, кстати, можете не беспокоиться. Заботу о моем вознаграждении берет на себя академия. Как обычно, при несчастных случаях.

— Еще раз спасибо, доктор. Но если потребуется оплатить что-то для более квалифицированной помощи, то прошу Вас, скажите мне.

— Ли Кристина, я понимаю Ваше состояние и Ваш порыв, но будьте добры, не унижайте меня подозрениями в неоказании максимально возможной помощи.