Двуединый [СИ]
Шрифт:
— Так взял в качестве залога или купил? По-моему, это разные вещи.
— Ты просто не знаешь моих знакомых, — Штефан скривился. — В данном конкретном случае, взял в качестве залога и купил практически одно и то же.
— Не везет тебе со знакомыми, — прокомментировал Абель. — Все какие-то безденежные.
— Точно, — согласился Штефан.
— Но в любом случае, всего нам не вывезти. Имеющимися ящиками можно четыре дилижанса загрузить, а у нас только один.
— Я планировал сделать две ходки, а если повезет, то три. Товары сбросим в одной промежуточной точке. Разъезжать по городу я буду один, а ты пока подготовишь следующую
— Не слишком ли сложный план?
— Не слишком. Это вы аристократы добром почем зря разбрасываетесь, а мы, простолюдины, народ бережливый, — усмехнулся Штефан.
Новоявленные грабители забили дилижанс ящиками до самой крыши так, что тот изрядно просел на рессорах. Штефан устроился на козлах и аккуратно повел свое транспортное средство, объезжая каждую яму. Наконец ему удалось доставить товар к заброшенному строению, присмотренному специально для такого случая. Он выгрузил все содержимое и поехал обратно, надеясь, что за полночи и утро, которое ящикам придется провести на новом месте, ничего не случится. В дороге он провел общим счетом более часа и понимал, что от третьей поездки, скорее всего, придется отказаться. Неожиданно проснувшаяся в нем жадность явно не стоила столь сильного риска.
Абеля он застал созерцавшим что-то в глубине склада.
— Интересный приз нашел? — спросил Штефан подходя.
— Да, — ответил тот, указывая рукой. — Ты знаешь, что это такое?
Штефан посмотрел. Перед ним лежал украшенный золотой инкрустацией короткий, около полутора метров, посох с навершием в виде головы дракона, чья пасть сжимала крупный кроваво-красный кристалл. Драконий посох. Многофункциональный боевой жезл, с возможностью смены энергетического накопителя. Создаваемый только по специальным заказам. И только для офицеров дома Крылатого Меча.
— Знаю, — выдохнул Штефан. В горле пересохло.
— Тут, — Абель ткнул в несколько удлиненных ящиков стоящих друг на друге, — еще три таких. Так ты говоришь, неизвестные контрабандисты?
— Не военные точно, — Штефан посмотрел прямо в глаза Абеля.
— Естественно, не военные. Иначе их груз лежал бы в спецхранилище под надежной охраной. Ты вообще представляешь себе возможности людей, которые перевозят контрабандой такие вещи? Не говоря уже о количестве? Да они не платили местным авторитетам только потому, что могут зачистить их за один раз.
— Боюсь, что извиняться уже поздно. Постараемся просто не попасться.
— Шутишь? — глаза Абеля сузились. Он смотрел так, словно прикидывал, не проще ли будет избавиться от напарника прямо сейчас.
— Извини, извини, — побледневший Штефан вскинул ладони в успокаивающем жесте. — Это у меня нервное. Я прямо сейчас чего-нибудь придумаю. Ты только не пори горячку.
— Я абсолютно спокоен, — Гнец смотрел все так же оценивающе. — Заблокировал большинство эмоций, когда только нашел посохи. Истерика — не то, что я могу себе сейчас позволить.
— Слушай, давай лучше у тебя сейчас случится истерика, а потом мы вдвоем решим нашу проблему? Прошу, — Штефану было страшно. От понимания того, что они перешли дорогу очень серьезным людям. И от холодного взгляда серых глаз, решающего, жить ему или умереть.
— Мы сможем решить ее и без истерики, — Абель, наконец, отвернулся.
— Я еще раз перепроверю все, что может вывести на нас. Проблем не будет. Обещаю, — Штефан вытер рукавом холодный пот со лба.
—
Они, не глядя друг на друга, продолжили работу.
Пробраться в свою комнату мне удалось всего за пятнадцать минут до начала тренировки. И это притом, что меня ничто не задерживало, кроме охранных заклятий самого дома. А если бы мои горничные решили встать пораньше? Подобный провал был бы достойным завершением нашей со Штефаном авантюры.
Избивая грушу ногами, я пытался подвести итоги нашей сегодняшней выходки. Они были, мягко говоря, неутешительны. Я не приобрел практически ничего — реализация самого неприметного товара со всеми предосторожностями займет несколько месяцев. И даже потом поступления денежных средств будут невелики. Их должно хватить, чтобы покрыть расходы на самые обязательные планы и только. А вот неприятности у нас со Штефаном ожидались вполне реальные. Драконьи посохи и яйца феникса являлись товаром, внесенным в списки секретов дома: это значило, что изделиям ведется подробный учет, и они не могут находиться в собственности людей, не принадлежащих Крылатому Мечу. Выполняйся все по правилам, оружие перевозилось бы как особо ценный груз и хранилось на специальных защищенных складах. Контрабанда их, да еще в таком количестве, говорила о том, что кто-то, имеющий большое влияние и возможности, решил нарушить закон. Серьезно нарушить. Только хранение подобных вещей без занесения их в реестр ставило под удар мою карьеру. А для кого-нибудь менее знатного подобное могло быть вопросом жизни и смерти. Так что нас будут искать. Оставалось лишь надеяться, что безрезультатно. Если Штефан хорошо подчистит следы. Если…
— Мне кажется, или ты сегодня агрессивнее, чем обычно? — ласково спросила капрал у меня из-за спины.
— Кажется, — буркнул я, не переставая лупить грушу.
— А по-моему — нет. Ты на моей памяти впервые так избиваешь этот бедный снаряд. Злость — это хорошо, Абель, злость — это прекрасно, — в конце она буквально мурлыкала.
— Что в ней прекрасного? — в спорах с капралом не было не малейшего смысла, но мне жутко хотелось огрызнуться. Должно быть, глупость, которую я совершил этой ночью, слишком сильно меня задела.
— Она делает воина из такого мальчика, как ты.
— Я слышал, что воин должен уметь контролировать свои эмоции, — возражения позволяли спустить пар ничуть не хуже ударов по груше. И я собирался воспользоваться обоими способами — чуть позже мне очень будет нужна ясная голова.
— И что собрался контролировать ты? Свое бесконечное дружелюбие? С твоим уровнем умений злость лучше хладнокровия. Она позволит тебе хотя бы ввязаться в драку.
— А если я не хочу в нее ввязываться?
— И как ты собрался служить в армии? Ни разу не вступив в схватку?
— Я не собирался служить.
— Неужели? Зачем тогда ты учишься на офицера?
— Потому что, так решили родители.
— А ты, как маленький мальчик, только выполняешь их пожелания? Все еще не научился иметь собственное мнение?
Я ударил грушу еще пару раз и остановился. Лишние эмоции, наконец, покинули меня, оставив одно спокойствие. Что-то в утренних тренировках все-таки было.
— Поможешь сформулировать отказ? — я повернулся к капралу и взглянул на нее в упор. — А то у меня что-то слов не хватает.