Дьявол Шарпа
Шрифт:
Погрузка не заняла много времени, и вскоре фрегат, подняв фок, скользнул на место первоначальной стоянки.
— Счастливчики. — горько сказал ирландец, слыша звон якорных цепей, — День-два и поплывут домой. Пойди у нас всё как надо, мы поплыли бы с ними. В Кадисе закатились бы на недельку в хорошую таверну, а потом с первым же судном, везущим к нам херес, я бы двинулся в Дублин.
Он проводил тоскливым взглядом баркас, отделившийся от фрегата и гребущий к причалу цитадели:
— Однако, «как надо» у нас не получилось.
Шарп,
— Чёртова мирная жизнь. В войну многое было проще.
Загремел замок двери, и Шарп с ирландцем переглянулись.
— Рановато для кормёжки, Патрик, не находишь?
Дверь со скрежетом распахнулась, но вместо тюремщиков с подносами на пороге стояли майор Суарес и несколько солдат.
— Выходите. — приказал майор, — Капитан-генерал желает вас видеть.
— Кто? — Шарп спустил на пол ноги.
— Капитан-генерал Батиста. Он приплыл на фрегате. — беспокойно сказал Суарес, — Поторопитесь, пожалуйста.
Друзей привели в просторный зал, сквозь полукруглые окна которого виднелась гавань. Под кованой люстрой узников ожидала пёстрая толпа офицеров, живо напомнившая Шарпу представление «Капитан-генерал Батиста в действии», невольным зрителем коего стрелок стал в цитадели Вальдивии.
В Пуэрто-Круцеро, похоже, Батиста давал тот же спектакль. Окружённый адъютантами (Маркуинесом в их числе), он зарылся с головой в бумаги, наваленные на столе. Поодаль лежали палаш Шарпа и семистволка ирландца. Рядом стоял сундук. Оружие пробудило в Шарпе мимолётную надежду на то, что сейчас их освободят, отправив с телом дона Блаза в Европу на «Эспириту Санто», благо капитан Ардилес тоже был здесь. Шарп кивнул моряку, но тот отвернулся. С изумлением Шарп заметил среди офицеров невесть как затесавшегося туда Джорджа Блэйра, британского консула. Стрелок бросился к нему, но конвоир преградил узнику путь.
— Блэйр! — гаркнул Шарп, — Мне надо с вами поговорить!
Консул лишь по-бабьи всплеснул руками. Капитан Маркуинес, разряженный, как всегда, грозно сдвинул брови, но, по крайней мере, Батиста оторвался от бумаг и преувеличенно любезно произнёс:
— А-а, мистер Шарп! Какая встреча! Надеюсь, вам не причинили неудобств? Кормили прилично?
Шарп не спешил с ответом. Батиста картинно отложил перо и актёрским жестом указал на сундук:
— Скажите, мистер Шарп, это принадлежит вам?
Шарп молчал, а присутствующие, казалось, в предвкушении занятного зрелища затаили дыхание.
— Я задал вам вопрос, мистер Шарп.
— Это принадлежит графине Моуроморто.
— Состоятельная дама. Зачем же она послала свои средства на край света?
— Вам известно, зачем.
— Мне? — Батиста приподнял крышку, — Одна тысяча шестьсот четыре гинеи. Всё правильно?
— Да. — с вызовом ответил стрелок под поражённый шёпот испанцев, успевших перевести сумму в местные денежные единицы. На шесть с половиной тысяч испанских долларов можно было безбедно
— Зачем же она доверила вам столько золота? — вкрадчиво поинтересовался капитан-генерал.
Шарп почуял подвох. Скажи он правду о средствах на взятки, Батиста обвинит его в попытке подкупа чилийских чиновников, а потому пожал плечами:
— Запас на случай непредвиденных трат.
— Запас? — язвительно повторил за ним Батиста, — Какие же непредвиденные траты могут быть у человека, посланного выкопать мертвеца? Неужели лопаты так дороги в Европе?
По залу прокатились смешки. Шарп почувствовал исходящее от собравшихся возбуждение, будто от зрителей корриды, пришедших поаплодировать любимому тореадору и поглазеть, как он пустит кровь быку. Финт с лопатами им понравился. Батиста, купаясь в волнах всеобщего внимания, достал из сундука монету, взял в другую руку хлыст и направился к Шарпу:
— Зачем вы приехали в Чили, мистер Шарп?
— Забрать тело дона Блаза, — твёрдо сказал Шарп, — Как вы отлично знаете.
— О, да! Мне доложили, что вы кинулись к могиле Вивара, как кобель к течной суке. Но золота вам столько зачем?
— Я же говорил, на случай непредвиденных трат.
Батиста презрительно ухмыльнулся и бросил монету Шарпу. Тот дёрнулся, но золотой кругляш поймал.
— Взгляните на неё! — предложил Батиста, — Что вы видите?
— Гинею.
— «Кавалерию Святого Георгия». — укоризненно поправил его Батиста, — Вот что вы видите, мистер Шарп.
Монета в одну гинею несла на аверсе профиль царствующего монарха, а на реверсе изображение Святого Георгия на коне, поражающего копьём дракона, что дало повод остроумцам прозвать гинеи «Кавалерией Святого Георгия», намекая на готовность, с которой английское правительство предоставляло щедрые субсидии любому европейскому государю в обмен на вступление в войну против Бонапарта.
— Следы подков этой конницы мы обнаруживаем везде, где зреет смута на руку британским политиканам!
Шарп вперился в Блэйра, ожидая, что тот заявит протест. Напрасно.
— Трепеща за свои драгоценные шкуры, — вещал Батиста хорошо поставленным голосом, — британцы привыкли за деньги посылать на убой других! А как иначе они справились бы с Наполеоном?
Вопрос повис в воздухе, вызвав драматический накал, ради которого и был задан. Батиста подошёл к Шарпу вплотную:
— Итак, мистер Шарп, зачем же вы всё-таки приехали в Чили?
— Забрать тело дона Блаза Вивара.
— Абсурд! Абсурд! Какая необходимость графине Моуроморто посылать прихвостней через полземли за останками мужа, если ей достаточно было бы послать запрос в Мадрид, и тело ей привезли бы без каких-либо хлопот?
— Донна Луиза не знала, что её муж погиб. — прозвучало это беспомощно даже для самого Шарпа.
— За кого вы меня принимаете? — Батиста поиграл кнутом, — Я скажу вам, что привело вас в Чили.