Дюраньо

Бинг Юн

Дюраньо изумленно смотрел на незнакомца. В своей серой монашеской одежде он казался непонятным и загадочным, совсем не похожим на того старика, который только что, сидя на крышке колодца, пил вино и ел

белый хлеб.

– Иди сюда, - сказал незнакомец, распахивая свое одеяние.
– Сюда, под плащ.

Дюраньо шагнул к нему.

Он очутился в темноте. Глубокой, беспросветной. Он падал, до бесконечности падал сквозь пустоту. И вокруг него все время была темнота - темнота и огоньки. Маленькие огоньки белые, красные, желтые, голубые точки. Звезды. Холодные рои звезд.

Звезды.

Дюраньо падал в темноте меж звездами. Он видел бушующий снежный шторм - Млечный Путь. Видел крошечные, с булавочные головки, звезды, сверкающие всеми цветами радуги. Мимо, обжигая ему глаза, проносились солнца в окружении длинных копьевидных лучей.

Черная буря гнала сквозь пустоту стаи черных птиц. Они хлопали крыльями над головой Дюраньо, и он, не видя их, спешил следом. А солнца все мчались и мчались мимо, и за ними летели планеты, похожие на головки астр с взвихренными лепестками.

Дюраньо слышал прохладную музыку серебряных

струн, но теперь он понимал, о чем они пели:

– Поллукс - желтый шар...

– Антарес...

– Бетельгейзе - большая темно-красная...

– Сириус - ярко горящие собачьи глаза...

– Тау Кита - океаны голубой воды...

– Проксима Центавра - четыре световых года от Земли...

И на расстоянии всего четырех световых лет от Земли, почти у самого дома, Дюраньо поймал узду, связывающую стаю черных лебедей, и уже не отпускал ее. Прикрыв глаза от света, он стал всматриваться в звезду Проксима Центавра и увидел вращающуюся вокруг нее планету. Там, на зеленом холме, лежал мальчик и смотрел на небо. Дюраньо поднял руку и помахал ему, и мальчик, лежавший у костра в чужой ночи, помахал ему в ответ. Оба они - ученики волшебника.

Буря понесла Дюраньо дальше.

В этот день он опоздал на занятия. И все время в школе сидел тихо и неподвижно, не отвечая на вопросы учительницы. Но на уроке географии она спросила, далеко ли расположена ближайшая к Земле звезда.

– Четыре световых года, - ответил Дюраньо.
– Проксима Центавра...