Дзен-пушка
Шрифт:
— Ну что еще?
— Геспер, мы от них не уйдем, — сказал голос капитана. — Спасайся.
— Так давай попробуем хотя бы постоять за себя!
— Без толку, Геспер, за нами гонится сам флагман.
У Геспер пересохло в горле. Сигналы тревоги не прекращались.
Затем, в отчаянии чертыхнувшись и бросив: «Получайте, суки!», она выпустила одну за другой три неизрасходованных боеголовки, изогнулась, скользнула в люк за спиной и кинулась по узкому коридору к эвакуационным шлюпкам. Там еще осталось несколько. Не медля больше ни мгновения, она забралась в одну из них, опустила стартовую бленду и почувствовала,
На сияющем экране перед собой она видела, что происходит. Переоборудованный полицейский крейсер — Акула — пропахал половину планетной системы, где они надеялись найти укрытие, и пересек орбиты нескольких газовых гигантов. Спасательные шлюпки отлущивали от фитолового пузыря частицы защитной оболочки и опрометью порскали к ближайшим обитаемым планетам.
Экран отслеживал направления разлета шлюпок. Многие устремились к небольшой планете красноватого оттенка. Но другие, включая саму Геспер, выбрали другое убежище: следующую планету в сторону местного солнца, о которой было мало что известно.
И тут Акула, на миг полыхнув ослепительной точкой, разбухла под напором всепожирающего термоядерного пламени. Фитоловый пузырь сдулся и уступил напору п реследователей.
Спасательная шлюпка быстро замедлялась, но за следующую пару минут Геспер тем не менее рассчитывала долететь до выбранного мира. Инерциальные протекторы шлюпки оставляли желать много лучшего. Суденышко мотало из стороны в сторону, казалось, на тысячах оборотов в секунду по сотням разных осей: это рассеивалась и перераспределялась избыточная инерциальная энергия, возникающая при торможении ниже скорости света — в противном случае шлюпку бы просто испарило. Несмотря на это, Геспер несколько раз теряла сознание.
В ухе ожил спокойный негромкий голос, вселяющий уверенность.
— Атмосфера. Пожалуйста, приготовьтесь к посадке.
Геспер слышала, как со свистом перепахивает шлюпка верхние, разреженные слои планетной атмосферы. Что-то пискнуло, и на экране перед девушкой возникла радарная карта поверхности внизу. Щурясь, Геспер пыталась различить детали.
Со скрежетом раскрылись лопасти.
Паут дрожал от возбуждения и восторга. Он бросил своих последователей, приказав им оставаться на месте, пока не вернется, и углубился на две-три мили в саванну. Его спутники привыкли к таким отлучкам и остались ждать, но, впрочем, у них и не было выбора.
Мальчик Синбиан сообщил, что в этой стороне деревня. Паут видел плоские крыши домов вдалеке. Когда он подкрался к ним ползком вдоль берега в высокой траве, его ждало восхитительное зрелище.
Спускался вечер. Ласковый теплый воздух нес приятные запахи. На другом берегу, в считанных ярдах от Паута, он увидел девушку в спальне.
Свет был включен; через открытое окно превосходно просматривались все детали уютной спаленки. Девушка сидела на столе с зеркальцем; Паут пока не видел, чем именно она занята. Но теперь поднялась и открылась Пауту в полный рост, стягивая одежду через голову. Обнажилась до талии. Груди — тяжелые, чувственные, — подпружинили, выскальзывая из одежды.
Паут был человеком лишь отчасти и не обладал четко выраженной
Он вытащил дзен-пушку из накидки и сладострастно причмокнул. Прижал пистолет к щеке и пробормотал себе под нос:
— Калечить я могу и убивать — дзен-пушку навести лишь стоит…
Этот рефрен крутился в его мозгу каждый раз, когда он извлекал пушку. Он обучился множеству трюков. Не обязательно было каждый раз убивать из нее. Мощность пушки поддавалась гибкой регулировке. Она умела и калечить, и просто стегать болью.
Пауту нравилась функция болевого хлыста.
Он повозился с кнопками настройки, переключил пушку в режим болеизлучателя и прицелился. Потом спустил курок.
Не нужно было утруждать себя точным наведением. Это, как он уже давно понял, делалось мысленно.
Розовая волнистая молния неспешно поплыла в воздухе. Проникла через окно и обожгла девушке груди. Сначала левую. Потом правую, потом снова левую… уткнулась в соски.
Девушка сложилась пополам, рот ее искривился в беззвучной гримасе агонии. Она обхватила себя руками, стала бить по грудям, надеясь устранить боль, но не могла. Паут продолжал наводить пушку, направляя электрический хлыст усилием мысли. Левая грудь, правая грудь…
Его редкая шерсть повлажнела. В отличие от обычных приматов, химеры Насименту получили и мех, и потовые железы.
Наконец девушке удалось набрать в грудь воздуху, чтобы завизжать, и спустя мгновение в комнату стали ломиться другие люди. Паут оттянулся обратно на берег, спрятал пушку и скачками устремился к горизонту, пригибаясь в высокой острой траве.
Один раз он остановился. Ему померещилась падающая звезда в небе над головой, но затем просверк обратился белой точкой, которая снизилась к земле и исчезла.
Удалясь от деревни на безопасное расстояние, он сбавил темп. Спустя час возвратился к своим приверженцам. Все они собрались кружком у огня, кроме косё, который по своему обыкновению сидел в сторонке, скрестив ноги.
Еще не полностью стемнело, и Паут заметил странность: среди полудюжины рабов затесалась незнакомка. Он коротко оскалился от неуверенности и сунул руку в слюнявчик накидки, за успокаивающей твердостью рукояти дзен-пушки.
При его приближении люди поднялись. Незнакомка оказалась молодых лет, бледной, с грубоватыми чертами и коротко стриженными темными волосами. В ее движениях сквозили жизненная энергия и неутомимая целеустремленность, а прямой пытливый взгляд на Паута его слегка обескуражил. Девушка носила облегающую униформу, блестящую, черную с серебром, перехваченную широким поясом, где, в числе прочих предметов, висела кобура с чем-то очень похожим на сканер, и темные сапоги до колен. Она была без головного убора, но держала в руке прозрачный шлем.
— Вы Паут, — бросила она, не дожидаясь, пока он заговорит.
Лэйси, бродяга из прерий, первый из обращенных Паутом после косё и мальчишки, подвинулся к своему повелителю и негромко, просительно начал:
— Она просто к нам прибилась. У них какое-то кораблекрушение… свалились с неба в спасательной шлюпке вроде яйца. Она с нами поделилась харчами.
Он протянул Пауту несколько палочек аварийного пайка. Паут принял их, понюхал, надкусил. Не слишком аппетитно, но погрызть сгодится. Он сжевал одну палочку и облизал пальцы.