Дзен-пушка
Шрифт:
Крупный металлический аппарат, казалось, совсем не собирался замедляться. Он врезался в землю со звучным ударом на расстоянии менее полумили, поднял тучу пыли и вынырнул из нее неповрежденный, откинув клиновидные люки, откуда наружу устремилась разношерстная ватага: псы, гиены и гепарды в сверкающем снаряжении, кричавшие человеческими голосами, пара настоящих людей в бугристых доспехах, что придавало им сходство со сверкающими боевыми роботами, и толстый неуклюжий хряк в роскошном златотканом одеянии, который вперевалку выбрался из модуля, принюхался к воздуху и посмотрел в их сторону.
Хищники
— О нет! — застонал старший из приверженцев Паута. — Имперские коммандос!
— Что? — Паут слышал об этих устрашающих штурмовых отрядах, и его пронизал ужас. Но усилием воли он совладал с паникой. — Не тревожься! Со мной вам нечего бояться!
Он полез за пистолетом. Убей. Убей, подумал он. Убей, убей, убей. Он не сомневался, что дзен-пушка поразит всех незваных гостей. Подъюстировал селектор, которым, как он установил опытным путем, регулировалась интенсивность электрического разряда, заставляя оружие причинять боль, калечить или убивать. Навел пушку и спустил курок.
Волнистая молния оказалась куда слабее, чем он рассчитывал. Разряд метнулся к шумной ватаге, окатил одного из псов; зверь завыл и повалился оземь, открыв беспорядочную пальбу.
А потом пушка отключилась!
Паут задохнулся от ужаса. Он снова вдавил кнопку регулятора интенсивности, потом нажал на спуск, всеми мыслями желая убить.
Ничего не произошло. Дзен-пушка не работала!
Возможно, она разрядилась? Пауту не приходило в голову, что источник энергии оружия конечен. Пушка ему казалась такой чудесной, такой личной; он не сомневался, что оружие будет работать, пока жив он сам.
Один из вооруженных людей, увидев, как падает пес, определил направление атаки, вскинул руку и прорычал команду. Весь отряд коммандос ринулся вперед, перестраиваясь на ходу полумесяцем и начиная окружать Паута с его группой.
Паут затрясся, голос его сорвался на истерическое хриплое контральто.
— Косё! Косё, защити меня! Ты мне нужен!
Хако Икэмацу следовал далеко позади основной группы, и даже увалень Синбиан опережал его на несколько шагов. Когда процессия остановилась, косё невозмутимо сел на землю и погрузился в обычное свое состояние заторможенности; даже десант коммандос, казалось, не произвел на него впечатления.
Но по команде Паута он вскочил, медленно развернулся и огляделся. Несколькими быстрыми прыжками преодолел отделявшее его от группы Паута расстояние, вышел вперед и остановился, все еще словно бы в трансе; глаза полузакрыты, лицо бесстрастно.
Его снаряжение претерпело поразительные трансформации. Косё не шелохнулся, не поднял рук, но винтовки, которые он нес переброшенными через грудь, задвигались сами собой, вскинулись над его головой и плечами. Отчасти это было обусловлено ментальным контролем, отчасти же тем, что они являли собой продолжение нервной системы хозяина и сами знали, что делать. Винтовки выбрали цели и окатили наступавших огнем. Одновременно активировался ручной гранатомет у пояса, начал
Коммандос тоже открыли огонь. Дергаясь в воздухе, винтовки отражали его. Каждый луч и каждый снаряд, выпущенный из оружия коммандос в сторону Паута и его группы, были перехвачены или уничтожены защитным зонтиком, который раскинул над отрядом косё.
И вдруг все стихло. Икэмацу убил гепардов, уничтожил собак, поразил гиен. Он не тронул ни людей, ни свинью, как более высокоранговых членов отряда, и позволил им отдать приказ об отступлении. Коммандос были в шоке; им никогда прежде не приходилось сталкиваться с силовыми винтовками, способными отразить луч другого энергетического оружия.
Груверт юркнул в модуль и теперь опасливо выглядывал оттуда.
— Кто это, черт побери? — недовольно потребовал он разъяснений. — Мы что, с одним человеком сражаемся?
— Похоже, это косё, — ответил Карсон, бригадный генерал коммандос. Он остался снаружи, но отступил так, чтобы лишь шаг отделял его от укрытия. — Воин древнего и загадочного монашеского ордена. Они только на Земле есть. Я слышал об их выдающихся умениях, но такого…
— Что?! И мне никто не сообщил? Может, они и есть это оружие!
— Не думаю. Им запрещается вмешиваться в политические дела.
Карсон печально оглядывал местность. Он потерял почти половину своих бойцов-животных. Уцелевшие коммандос, отступив под прикрытие модуля, настороженно вскинули морды и стали наблюдать за косё. Одной команды Карсона или другого человека, майора Кастрильо, хватило бы, чтоб опять послать их навстречу неминуемой смерти в бою, но собственные судьбы коммандос не волновали.
Карсон, впрочем, не собирался распоряжаться своими бойцами так бессмысленно. Он хотел уже отдать приказ эвакуироваться и разбомбить земных мятежников с воздуха, но тут косё двинулся ему навстречу. Коммандос-животные зарычали, и Карсон заметил, как они нацеливают свои черепушки. Косё безмятежно продолжал приближаться и остановился только в паре ярдов от них.
— Мой повелитель не желает дальнейшего кровопролития, — спокойно проговорил он. — Нам нечего делить.
— Ты убил моих животных, — огрызнулся Карсон.
— Вы атаковали нас.
— Это вы атаковали первыми.
— Да, — с готовностью признал косё. — Моего повелителя встревожило ваше приближение, и он счел, что вы замыслили атаковать нас. Я придерживаюсь аналогичного мнения.
— Чего ты с ним треплешься?! — тихо засопел Груверт на ухо Карсону. — Просканируй его и распыли… нет, стой!
Хряку пришла в голову новая мысль. Он осторожно выбрался из модуля.
— Бригадный генерал, — хрюкнул он, — как вам перспектива заполучить столь выдающихся бойцов к себе в подчинение? Они могут оказаться чрезвычайно ценным ресурсом.
— Косё практически невозможно завербовать на службу, — напомнил Карсон.
— Правда? Но он ведь тут не по своей воле действовал. Вы только что слышали, как он утверждал, что ему отдали приказ. — Груверт повысил голос, обращаясь к воину. — Кто твой повелитель? Укажи его мне.