Дзен-софт
Шрифт:
— Что там?
— Чел.
— Мертвый?
— Не знаю. Но похоже на то. Отсюда не ясно, дышит или нет, однако крови не видно.
— Что-то мне подсказывает, что туда идти не надо, — пробормотал Гудвин.
— Есть другой путь?
— Нет.
— Тогда надо. Я просто пойду первой и в случае чего разберусь. Держись сзади.
Хотя разговор велся полушепотом, звук разносился далеко по коридору, и Гейта не покидало ощущение, что кто-то впереди — в существовании этого «кого-то» он не сомневался — их слышит.
— Держись сзади, — жестко повторила девушка.
Гудвина посетила было мысль изобразить
Оставшиеся до выхода из коридора метров двадцать они преодолевали очень медленно и по возможности бесшумно. Однако у входа в зал Крис вдруг остановилась.
— Что такое? — спросил Гудвин.
— Не могу пройти. Какое-то защитное поле, как возле края мира в Биосе.
Гейт подошел ближе и вытянул руку. Ладонь наткнулась на нечто невидимое, твердое и вместе с тем словно бы скользкое. Судя по всему, дорога была закрыта. А другого пути не было. Оставался, правда, шанс, что с помощью ЭлБы удастся отключить эту неожиданную преграду, ну, или с помощью Крис и ее невероятной силы сотворить новый проход.
Прежде чем Гудвин успел все это предложить, послышались демонстративно неспешные и громкие шаги. Краем сознания он отметил, что защитное поле все же пропускает звук.
— А это вам приятный сюрприз, — сказал Менгил, появляясь в поле зрения. — Мы снова вместе, и потому вы снова счастливы.
Гудвин на секунду задумался. Пожалуй, во всем Новом Вавилоне — даже вместе с Биосом, если уж на то пошло, — не было ни одного чела или демона, которого он был бы сейчас рад видеть меньше, чем господина Кройфта. Единственная польза от его появления заключалась в том, что оно отвлекло Гудвина от неприглядных райских тайн.
Уж больно впечатляюще, по-театральному все было обставлено. Лежащие на полу послушники, преграда на месте единственного прохода к РейНу и мило улыбающийся Менгил. На его желтоватых зубах плясали блики от ламп дневного света, одна сторона рта чуть подрагивала — то ли от перенапряжения, то ли в нервном тике. Движения были плавные и вальяжные, пауза после фразы — звенящая и напряженная, как натянутая струна. Место и время для перформанса он выбрал идеально. Если бы Гудвина кто-нибудь спросил после сцены на площади, можно ли устроить что-либо более отвратительное, но технически безукоризненное, играющее на главных болевых точках жертвы, тот ответил бы, что это невозможно. Но теперь его уверенность в данном факте пошатнулась. Несмотря на отсутствие толп зрителей и безопасников, Менгил всего одной репликой умудрился создать удивительную атмосферу ненависти к себе.
— Что же вы молчите? — продолжил он, поигрывая игольником. — Потеряли дар речи от счастья?
И не успел Гудвин сообразить, есть ли у него в запасе слова, способные в должной мере отразить впечатление от ситуации, Крис шагнула вперед, оттолкнув его плечом, и заговорила.
Судя по содержанию ее речи, во время пребывания в Новом Вавилоне демон значительно пополнила свой словарный запас очень меткими и обидными выражениями, за любое из которых в неблагополучных районах города можно было легко распрощаться с жизнью. Но не только в словах было дело.
Крис размеренно произнесла только первое предложение. А потом завопила,
Менгил съежился и отступил. Сначала на шаг, потом еще дальше. Неуклюже пошарил ладонью у бедра, пытаясь нащупать меч, но поймал только воздух. Это кричащее чудовище никак не могло быть реальным. Оно наверняка пришло из виртуального мира, где живут демоны и монстры, поэтому следовало действовать тамошними проверенными методами. Прыгнуть вперед, сделать вольт и рубануть тварь, пока не успела увернуться. Если не получится — нажать «сброс до автосохранения» и попытаться снова. Но меча не было. Кройфт вытер лоб дрожащей рукой и сделал еще один шаг назад. Никто и никогда раньше не смел на него так кричать. Или, скорее, рычать?..
В игре он сразу поставил бы противника на место, но что делать с такой напастью в реальности, Менгил не знал. У него противно задрожали ноги и засосало под ложечкой. Демон повел головой из стороны в сторону, сверля Менгила взглядом, и перестал кричать. Подошел ближе ко входу в зал, прижался к защитному полю, так что нос расплющился, придав зловещему лицу оттенок тревожной нелепости, на который невозможно смотреть без нервного смеха, и тихо проговорил:
— А сейчас, сладкий, ты отключишь стенку. Или расскажешь мне, как это сделать.
— Но… — Менгил впервые в жизни не смог сразу найтись, что ответить.
— Но если тебе не нравится эта идея, мы отыщем другую дорогу. Правда, потом я тебя найду. Здесь или внизу, можешь не сомневаться. И клянусь жизнью, ты здорово пожалеешь не только о том, что встал на нашем пути, но и вообще о факте своего существования.
Менгил Кройфт несколько раз порывисто вздохнул, прочистил горло, приводя голос в порядок — тот ни в коем случае не должен был дрожать или срываться, — и степенно ответил:
— Ну что ж, раз у вас такие серьезные аргументы, давайте устроим дискуссию. Что мне будет за то, что я вас пропущу?
Нужно было отдать Менгилу должное. Насколько Гудвин успел заметить — по себе в том числе, — при виде демонской ярости чел с самыми железными нервами чувствовал себя отвратительно. Хотелось спрятаться в самый дальний угол, свернуться в клубок и не высовываться в течение ближайшего часа. А еще лучше — дня или года, как повезет. Господин же Кройфт лишь незначительно изменился в лице и снизошел до переговоров. Ну что же, можно и поговорить — не в первый раз.
— Насколько я понимаю, господин Кройфт, вам до сих пор интересно, как мне удалось найти вас и одурачить не один раз?
— Возможно.
Гудвин улыбнулся. Впервые за последние дни он почувствовал себя в нужной стихии. Выменивать информацию, торговаться за уступки, выбивать себе скидки, юлить и изворачиваться… как давно он этим не занимался! Пожалуй, с того самого достопамятного разговора с серебристолицым.
— Возможно, тогда вам придется пропустить нас, а еще возможней — отправиться вместе с нами, чтобы, возможно, познакомиться с человеком, который научил меня всему этому. — Слово «возможно» Гейт старательно выделял голосом.