Джангл
Шрифт:
Я невольно подался вперёд, подвинулся к тебе поближе. Твоя ответная реакция подтвердила, что мы с тобой на одной волне. В наших взглядах появилось лениво-счастливое выражение.
Начал неспешно покрывать поцелуями твоё лицо. Ты не спешила отвечать – лишь повернула голову, подставляя лицо поцелуям и прислушивалась к их звукам.
«Хорошо! Мне нравится такая игра!»
Мои губы – словно кисть художника, наносящего последние штрихи на портрете.
«Вот здесь коснусь, здесь, тут…»
Ты не спешила отвечать, зная, как я люблю целовать вокруг рта, как я люблю потянуть твои пассивные
Ну вот, ресницы твои затрепетали. Ты не смогла не ответить, и два тёплых дыхания встретились.
«Как я рад, что ты со мной!» – это я хотел сказать, обхватив ладонями твой лик. С твоей стороны тоже последовало вербальное движение навстречу. Мы застыли в движениях, в этом длинном поцелуе.
А затем нам захотелось потрогать волны, идущие по телам. С каждым мгновением страсть нарастала. Я начал целовать твоё ушко, и ты рывком притянула меня к себе, инстинктивно желая иметь контроль над ощущениями, которые возвышали душу.
Мы так увлеклись друг другом, что не заметили наступление сумерек. На небе стали видны туманности, состоящие из миллиардов далёких звёзд; чётко обозначились две соседние планеты. На их поверхностях, как на луне, стали видны кратеры, моря.
Я на тебе, чувствую твои набрякшие сосочки. По-другому опершись, я начал массировать один из них, на что ты глубоко вздохнула. Мой эрегированный член тёрся между нашими телами. Ты дотягивалась до него, массировала, ощущала, как запястье и ладонь увлажнились смазкой.
Мы тёрлись друг о друга телами, ногами, руками, щеками. Удовольствие ощущалось в наших прохладных оазисах: чем больше распалялись наши тела, тем скорее хотелось убежать в них.
Наши сердца напрямую получали подпитку от сосков, ускоряя темп биения. И нас захватывали эти ускорения, эти моменты, когда перестаёшь контролировать свои ощущения – что они вот-вот пробьют болевой порог.
Твои соски так набухли! Мне подумалось, что из них брызнет молоко. Мне нравилось, как ты вся напрягалась от их массирования. Кажется, что я нашёл над тобой власть, и она тебе не претила; я благодарен тебе за доверие. Никому тебя не отдам, любимая.
Сумерки сгущались. Розовым светом озаряла окрестности Красная планета. По берегу стали распускаться белые кувшинки, которые горели изнутри мягким светом – он придал нашим телам более естественный цвет. Окатыши, что разбросаны по всему пляжу, тоже люминесцировали в темноте.
Ты прикусываешь губы, выпячиваешь грудь, судорожно хватаешь песок и камни и так же судорожно их отбрасываешь. В твоём оазисе повысилась влажность – мой язык раздвигал твои лепестки, словно собирая с них росу, дразня, продвигался вдоль них, обходя клитор. Наконец я дотянулся до нектара, в самую глубь цветка, одновременно раздражая пальцами венец.
Ощущая интимную прохладу, влажность, ты думала, что теряешь контроль над собой.
Конечно, светящиеся цветы источали аромат, напоминающий о ландышах. Но моё внимание приковано к твоему запаху. От твоих разведённых в стороны ног создавалось впечатление большой чаши, которую я пытаюсь испить.
Ты ощутимо ударила меня кулачками по плечам,
Вытерев член от песка, налипшего из-за смазки, я погрузился в твои мягкие, горячие объятия.
Ноготки раздирали кожу на спине, но я не чувствовал боли – я был занят тобой, любимая. А ты всё извивалась подо мной; тебе казалось, что чем сильнее выгнешься, тем скорее наступит разрядка. И таких попыток было множество.
Наши женское и мужское начала затеяли борьбу за доминирование. Мы катались по песку, как сцепившиеся змеи, жадно целуясь, подминая собой кувшинки. Так мы докатились до кромки воды.
В конце пути ты оседлала меня. Опершись руками о мою грудь, ты продолжила коитус. Сие действо продолжалось минут пять. Иногда ты наклонялась ко мне, чтобы поцеловаться, иногда откидывалась назад в чудном изгибе. А я лежал, поглаживая твой стан, ножки, грудь, наблюдая, как она подпрыгивает в такт. Целовал твои прекрасные ладони, слушал и смотрел, как ты постанываешь, грациозно откидывая волосы назад, как счастливо улыбалась и закатывала глаза. Ты прям владычица звёзд, что мигают над нами.
Морские волны вдруг стали набегать на берег – видимо, наши мечты оказались сильнее естественного хода природы; казалось, что нас относит в пучину, и оттого наш секс становился ещё красочнее, восторженней, чувственней.
Теперь сверху был я, смотрел, как подо мной в экстазе извивалась Любимая – какая красота. Волны океана распластали твои волосы вокруг головы.
Как будто водная стихия помогала мне совершать толчки; мы ускорили темп. Волны захлёстывали нас одна за одной, разбиваясь о наши тела на миллионы молекул восторга!
Как же так получилось, как же так всё совпало! Просто великолепно! Ничего более потрясающего нам не приходилось видеть и чувствовать! Мы встретились как два метеорита, и яркая вспышка озарила наши сознания.
Вдобавок в этот момент на берег набежала большая волна, и ты погрузилась в воду, что называется, с головой. Фрикции ещё продолжались, когда моя Любовь обхватила меня за шею, спасаясь от воды.
Чудесно!
Мы хохотали как ненормальные. Чтобы дать тебе выплюнуть излишки воды, я перевернулся на спину и помог сесть на меня. Новая волна прервала наш очередной поцелуй. Хохоча, ты, вместо того чтобы помочь мне привстать, упёрлась руками в мой лоб. Но твоё коварство было отомщено: только волна ушла, я выплюнул в тебя струю воды и повалил на лопатки.
Это было счастье!
Когда мы немного отдышались, я подхватил тебя на руки и отнёс подальше от волн, к большому камню. Мы лежали у скалы, всё ещё тяжело дыша, и смотрели на звёздное небо, на океан.
Над нами нависали ветви деревьев, наполовину загораживая звёздный купол. Сейчас уже совсем стемнело, и розовый отсвет спутника был очень насыщенным. Кругом тишина и умиротворение.
– Вика.
– Ум-м?
– Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю, Паша.
Мы почувствовали, что земля под нами вздрогнула – пришлось прервать поцелуй и осмотреться. Резко подул ветер, на нас посыпалась листва. Что-то ещё звякнуло, послышался монотонный гул. Звёздное небо закачалось над нами – словно чья-то огромная рука стала сминать лист бумаги.