Джарег

Браст Стивен

– Охраняй замок, – сказал я, – и молись.

Я спрятал кинжал в ножны, чтобы руки были свободны. Если не знаешь, с чем придется столкнуться, руки – самое универсальное оружие. Мне ужасно хотелось достать Разрушитель Чар и держать его наготове, но я этого не сделал. Так я сильнее.

Алира напряглась, и я увидел, как Искатель Тропы начал испускать мягкое зеленое сияние. Я ненавидел подобные ситуации: ты готов действовать, но вынужден ждать, пока кто-то другой сделает свою часть работы. Я посмотрел на Искатель Тропы. По всей

длине черный клинок мерцал тусклым зеленым цветом. По сравнению с оружием, которым обычно пользуются драгейриане, Искатель Тропы казался довольно коротким. Я предпочитал более длинные и легкие рапиры, но у Алиры были проворные и сильные руки. И не будем забывать, что это Великое Оружие.

Что такое Великое Оружие? Хороший вопрос. Я размышлял на эту тему, наблюдая за тем, как глаза Алиры превратились в узкие щелочки, она сконцентрировалась, сжимая пульсирующий клинок.

Насколько мне известно, ответ состоит в следующем: оружие Морганти, сделанное маленькой удивительной расой сариоли, обитающей в джунглях и горах Драгейры, способно уничтожить душу существа, которое оно убивает. Оружие это наделено определенной разумностью. Оно бывает разной мощи, а на некоторые его виды наложены иные чары.

Легенды гласят, что несколько экземпляров – будто бы семнадцать – далеко превосходят «определенную разумность». Это и есть Великое Оружие, наделенное колоссальным могуществом. Оно способно мыслить – и само решает, стоит ли уничтожать душу жертвы. Каждое обладает особым свойством, умением и силой. И каждое – так утверждают предания – соединено с душой того, кто им владеет. Оружие способно сделать все необходимое, чтобы защитить своего хозяина, если оно само его выбрало. А на что способно Великое Оружие…

Алира подергала меня за рукав и кивнула, когда я поднял на нее глаза. В следующий миг все у меня внутри оборвалось, стены исчезли и, как всегда, к горлу подступила тошнота. Мы оказались на каком-то заброшенном складе. Алира вскрикнула, и я проследил за ее взглядом.

В нескольких футах от нас лежало тело Маролана. На его груди расплылось темно-красное пятно. Я приблизился, чувствуя себя отвратительно. Опустившись рядом на колени, увидел, что он не дышит.

Алира убрала в ножны Искатель Тропы и присела рядом со мной. Она провела руками над телом Маролана. Ее лицо застыло. Потом она опустилась на пол и покачала головой.

– Оживление невозможно? – спросил я.

Алира кивнула. Ее глаза стали холодными и серыми. Скорбеть она будет потом – если до этого вообще дойдет.

12

Ступай осторожно близ собственных капканов.

– Мы можем что-нибудь сделать, Алира?

– Не уверена, – ответила она. – Подожди. – Она осторожно провела руками над телом Маролана, в то время как

я мельком осмотрел склад, но не обнаружил ничего особенного, впрочем, несколько мест оставалось в тени.

– Не могу разрушить, – наконец проговорила Алира.

– Что разрушить?

– Заклинание, мешающее оживлению.

– Понятно.

– Однако маг, который использовал заклинание, может… Если пройдет не очень много времени. Нужно его найти, и побыстрее.

– Ее, – автоматически поправил я.

Алира мгновенно вскочила на ноги и уставилась на меня.

– Ты знаешь, кто это сделал?

– Не уверен, – ответил я. – Но думаю, что следует поискать среди магов-джарегов Левой Руки – а большинство из них женщины.

– Зачем джарегам убивать Маролана? – удивленно спросила Алира.

– Позже объясню, – покачав головой, ответил я. – Сейчас нужно заняться этой волшебницей.

– Есть какие-нибудь разумные предложения?

– Искатель Тропы?

– Для него нет отправной точки. Необходимо иметь псионический образ или по крайней мере лицо… имя. Я проверила помещение, здесь пусто.

– Когда речь идет о джарегах, так обычно и бывает. Если она опытна, для заклинания ей совсем не нужно испытывать никаких сильных чувств.

Алира кивнула. Я принялся осматривать склад, надеясь натолкнуться хоть на что-нибудь полезное. Лойош оказался проворнее меня. Он облетел помещение по периметру и что-то разглядел.

– Сюда, босс!

Мы с Алирой бросились к нему и практически споткнулись о другое тело, лежащее лицом вниз. Я перевернул его – оказалось, это Фентор. Горло перерезано ножом с широким клинком. Яремная вена рассечена аккуратно, умело и точно.

Я повернулся к Алире спросить, можно ли его оживить, но она уже и сама проверяла, и я отошел в сторону, стараясь не мешать.

Алира коротко кивнула, затем положила левую руку на горло Фентора, подержала несколько мгновений, а потом убрала. Рана закрылась, с того места, где я стоял, был виден лишь едва заметный шрам.

Алира проверило все тело, перевернула его, чтобы убедиться, что на спине ничего нет. Затем снова положила Фентора на пол, прикоснулась руками к его груди, закрыла глаза, и я увидел, как у нее напряглось лицо.

Фентор пошевелился.

Я с трудом выдохнул, только сейчас сообразив, что все это время боялся дышать.

Он открыл глаза. Страх, узнавание, облегчение, удивление, понимание.

«Интересно, – подумал я, – как выглядело мое лицо в тот раз, когда Алира вернула меня к жизни?»

Фентор дотронулся правой рукой до своего горла, вздрогнул. Заметил меня, но не испытал никакой вины – я это видел. Хорошо. Значит, его не купили. Я бы с удовольствием дал ему время, чтобы прийти в себя, но у нас этого времени не было. Чем дольше мы здесь задержимся, тем меньше шансов найти волшебницу, которая убила Маролана. А мы должны ее заставить…