Джарег
Шрифт:
– Почему?
– Вы богаты. Вы ушли на покой?
Маролан рассмеялся.
– Как ты себе представляешь: на покой от чего я должен уйти? Я уже много лет и весьма профессионально веду нездоровую жизнь, исполненную
– Ну вот… Послушайте!
– Что?
– А давайте вместе уйдем на покой! Не хотите продать свой Черный замок? Я дам вам за него хорошую цену.
– Отвали, – ответил Маролан.
– Ну, я просто спросил.
– Слушай, я серьезно, Влад. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы выйти из Дома Джарега? Ты же больше в них не нуждаешься, разве нет?
– Ха! Я довольно много думал о расставании с Домом Джарега, но до сих пор мне всегда удавалось быть немного быстрее тех, кто хотел меня исключить.
– Или тебе просто везло, – вставил Крейгар.
– А насчет того, чтобы выйти из Дома добровольно, – не знаю, – пожав плечами, признался я.
Маролан внимательно на меня посмотрел, а потом спросил:
– Может быть, тебе просто нравится то, что ты делаешь, а?
Я не ответил. Я не знал тогда ответа на этот вопрос. А если мне и в самом деле нравится? Особенно сейчас, когда оказалось, что я ненавижу все драгейрианское совсем по другой причине. Или все-таки
– Знаешь, Алира, – сказал я. – У меня по-прежнему вызывают сомнения твои слова о генетическом наследии души. Конечно, теория выглядит вполне правдоподобной, но ведь я пережил то, что пережил, и стал таким, каков я есть, именно благодаря своему опыту. Я есть то, что я есть, – в довершение к тому, чем когда-то был. Ты понимаешь, что я хочу сказать?
Алира не ответила; только посмотрела на меня, и я не смог ничего прочитать на ее лице. В комнате повисло неприятное молчание. Мы все сидели, и каждый размышлял о своем. Крейгар старательно изучал пол. Коти гладила меня по голове. Маролан, казалось, искал новую тему для разговора.
В конце концов он ее нашел и, нарушив тишину, сказал:
– Я не понимаю только одного касательно тебя и Ротсы.
– И чего же? – спросил я, испытывая вместе со всеми остальными облегчение.
Маролан внимательно разглядывал пол перед диваном.
– Каким способом ты намерен приучить ее прилично вести себя в доме?
Я почувствовал, что краснею, потому что в этот момент до меня дошел запах, а Маролан с недовольным видом позвал слугу.