Джейк
Шрифт:
— Но предложить им доли в стаде…
— Мне кажется, это только честно.
— Они просили меня передать, что не возьмут. Джейк посмотрел на Изабель.
— Почему?
— Полагают, что не сделали ничего, за что бы ты не заплатил им.
— Я хочу, чтобы ты поговорила с ребятами.
— Я согласна с ними. Загнали в угол.
— Что собираешься делать дальше?
— Завтра тронемся в путь. Военный форт всего в двух перегонах отсюда.
— Я имею в виду, когда продашь стадо. Теперь добрались до главного.
— Заплачу каждому, как и обещал. Вы с Уордом
— Ты не поедешь?
— Нет.
— Почему?
Он может и сказать, может быть, Изабель поймет.
— В Санта-Фе моя мать.
— Чудесно. У тебя будет возможность повидать ее после стольких лет.
— Я не хочу ее видеть.
— Ты помнишь, что сказал Мэтту? Если он будет хранить ненависть в себе, она убьет его.
— Ты не знаешь, каково это, когда родная мать бросает тебя.
— Джейк, я потеряла свою семью и была в сиротском приюте. Это нелегко, но, в конце концов, можно справиться.
— Но все твои умерли, а не ушли.
— Ты не можешь изменить то, что случилось, но можешь покончить с его властью над тобой. Съезди проведать мать, освободись от ненависти и страха, которые погубят тебя, разрушат все, что могло бы быть у нас обоих. Все равно, когда-нибудь тебе придется с ней встретиться.
— Нет, не хочу. И не собираюсь встречаться с ней, говорить или даже думать.
— Что в таком случае будешь делать?
— Вернусь в Техас за другим стадом. Неплохо бы стать профессиональным гуртовщиком.
— Кто это?
— Человек, который ведет стадо на рынок. Я смогу дать работу нескольким мальчикам.
— А Вилл и остальные?
— Ты и Уорд сможете позаботиться о них.
— Уорд и я? Почему ты думаешь…
— Я видел вас вместе. Ты всегда говорила, мальчикам нужен дом, надежное окружение, отец и мать. Я им этого дать не могу. У меня нет дома и нет жены. Вы с Уордом будете прекрасной парой. Кроме того, он нравится мальчикам.
— Ты можешь иметь жену, если захочешь.
— Есть только одна женщина, которую я хочу.
— И кого же, Джейк?
— Тебя, будь я проклят! Ты это знаешь. Зачем заставила меня сказать это?
— Потому что ты никогда не говорил этого прежде. Иногда я не была уверена.
— Как ты можешь сомневаться? Я хочу тебя так сильно, что не могу спать.
— Джейк, ты можешь иметь меня. Все, что нужно сделать, это попросить.
— Все не так просто, и ты знаешь это. Ты не можешь выносить мой образ жизни, а я не выношу твоего. Мы не прожили бы и недели, не начав спорить обо всем, от подъема в четыре утра до того, что я буду являться к столу, воняя потом.
— Я не…
— Ты сказала в первый день, что я ниже, чем грязь. Я не поднялся с тех пор ни на волос.
— Джейк, не держи это против меня. Теперь я думаю по-другому.
— Так ты думаешь сегодня, но изменишь свое мнение достаточно быстро. Моя мать изменила.
— Джейк, твоя мать — не единственная женщина на свете. Ты действительно веришь, что я сделаю что-то подобное по отношению к тебе?
— Как ты не можешь понять? Моя мать не хотела делать того, что сделала. Но иначе поступить не могла. Жизнь
— Сейчас все по-другому.
— Нет, не по-другому. Я наблюдал за тобой и Уордом. Ты оживляешься, как василек под весенним дождем, когда появляется он. Вы говорите об одних и тех же вещах, смеетесь над одним и тем же. Вы оба одного круга. Вы не такие, как я, и никогда не будете такими.
— Джейк, послушай…
— Нет! Я думал об этом, пока чуть не помешался. Пытался придумать, что могу сделать, чтобы создать тебе другие условия. Здесь нет выхода. Я все равно хотел бы жениться на тебе все равно, даже несколько месяцев вместе лучше, чем ничего. Но знаю, ты все равно уйдешь, и я не вынесу этого. Не смогу смотреть в твои глаза и видеть, как они становятся все холоднее с каждым днем. Я не вынесу ощущения, что твое тело коченеет, когда я подхожу к тебе, не смогу видеть, как ты отворачиваешься, когда я вхожу в комнату. Каждый день, просыпаясь, я буду бояться, что это последний день, когда я вижу тебя. Я не вынесу этого.
— Джейк Максвелл, как ты смеешь стоять передо мной и рассуждать, что я брошу тебя и мальчиков только потому, что это сделала твоя мать! Мне все равно, что тысячи других женщин поступали так. Что заставляет тебя думать, что я собираюсь быть похожей на них?
— Это сделаешь не ты, Изабель. Это заставит сделать твое воспитание. Здесь нет ничего, что ты любишь.
— Здесь есть ты. Будут мальчики.
Джейк не смог бы вынести, если бы она сказала, что ее будут удерживать только мальчики.
— Моя мать имела двух сыновей, но этого оказалось недостаточно.
— Я не твоя мать.
— Конечно. Ты гораздо красивее. Я не смогу смотреть, как ты вянешь и сохнешь от непосильного труда.
— Не говори глупостей. Люди не сохнут от этого.
— Женщины сохнут. Я видел это и не могу сделать подобного с тобой.
— Ты ничего не делаешь со мной. Я хочу быть твоей женой, хочу быть рядом с тобой. Мне все равно, что при этом я немного загорю на солнце.
— Не только. Это…
Изабель недоверчиво смотрела на него.
— Ты не собираешься менять свое решение? Вот сейчас я говорю, что люблю тебя, хочу разделить твою жизнь, дать дом мальчикам, может быть, даже иметь собственных детей, и на все это ты твердишь, что я подожму хвост и сбегу только потому, что так поступила твоя мать?
— Изабель, ты найдешь дюжину мужчин, которые будут просто счастливы жениться на тебе и стать отцом ребятам. Если ты дашь Уорду хоть полшанса, бьюсь об заклад, он…
— Да заткнись ты. Я слушала твой вздор и больше не могу слушать. Мне нравится Уорд, но я не люблю его. И он не любит меня. Мы просто старались заставить тебя ревновать. По-видимому, напрасные усилия. Я уже нашла мужа, который мне нужен, и идеального отца мальчикам. Это ты. Мальчики привязаны к тебе, и я люблю тебя — дура я этакая. Понимаю, тебе было ужасно больно, когда твоя мать ушла, но это произошло двадцать лет назад. Ты не можешь разрушить свою жизнь.