Джокер
Шрифт:
— Надо же, пронюхал.
— Работа у меня такая. Да, рекомендую еще надеть на себя это.
Дворецкий протянул принцу ларец. Флоризель откинул крышку, уставился на золотые перстни с крупными рубинами, изумрудами и алмазами.
— А это еще зачем?
— Чтобы произвести впечатление на графа. Он должен постоянно помнить, на кого руку поднимает. Пусть она у него дрожит. Вот эту цепь поверх дуэльного костюма тоже наденьте, не помешает.
— Графу не помешает, а вот мне во время дуэли еще как! Чем этими цацками меня обвешивать, лучше бы придумал, как
— С чем?
— Тебе достался просто гениальный хозяин.
— А-а-а, — разочарованно протянул дворецкий, — я думал, с прибавкой к жалованью.
— Если дело выгорит, возможно, и прибавлю. Ты тут недавно хвастался, что у тебя каллиграфический почерк?
— Да, сэ-э-эр.
— Тогда лети в своей кабинет и строчи письмо на мое имя следующего содержания. — Принц поманил к себе дворецкого и что-то прошептал ему на ухо. — Все понял?
— Все. Но как же вы…
— А это не твои проблемы.
— Ну да. Если вы оттуда можете, то обратно вам пару пустяков… — произнес загадочную фразу дворецкий и поспешил выполнять приказание.
— Пиши левой, для надежности, — крикнул ему вдогонку принц, — и письмо отдай при свидетелях.
Дождавшись ухода слуги, Флоризель нацепил на шею массивную золотую цепь, подошел к стенному шкафу, в котором висел его любимый белоснежный костюм, запустил руку в тайник, выудил из него пару заточек и засунул их в специальные карманы за отворотами голенищ своих щегольских ботфортов, а затем занялся непосредственно костюмом. Оттуда он извлек непонятно чей брегет с надписью на внутренней стороне крышки «СТО» и свои личные часы, лежавшие там же.
— Сегодня вам предстоит сослужить мне службу, — ласково сказал он своим часикам и распихал по карманам золотые цацки. — Вот теперь я готов. Осталось дождаться Батлера.
Ждать ему пришлось недолго. Дворецкий закончил с писаниной за пять минут.
— Надеюсь, карета подана? — поинтересовался принц.
— Уже ждет у ворот.
— Прекрасно. Веди меня, мой Санчо Панса, я готов перевернуть мир.
— Думаете, вам это удастся?
— Да, если найду точку опоры.
— А вы ее найдете?
— Она у тебя в руках, — кивнул принц на письмо в руках слуги, — и ты лично при свидетеле, которым будет кучер, мне ее дашь, мой верный Санчо Панса.
— А кто такой Санчо Панса?
— А я почем знаю?
— Но вы только что…
— Слушай, отвяжись от меня со своим Санчо Пан-сой, чего пристал?
Принц щелкнул по носу дворецкого, развернулся и упругой походкой тренированного бойца покинул замок. Он нашел выход из положения и был этому безмерно рад.
Около запряженной кареты кроме слуг и кучера принца поджидали два джентльмена, облаченные, как и Флоризель, в строгие дуэльные костюмы. При виде принца они встрепенулись и отвесили ему почтительные поклоны.
— Чем обязан, господа? — поинтересовался принц.
— Мы ваши
— Однако я вижу вас впервые, — слегка растерялся Флоризель.
— Король узнал о дуэли, очень разгневался и приказал нам представлять ваши интересы и следить за соблюдением правил дуэльного кодекса Бригании.
— Очень любезно с его стороны.
— Позвольте представиться. Я лорд Жамельтон, а это мой друг маркиз Горнуолл.
— Принц Флоризель. Выражаю вам свою признательность, господа. Ну что ж, не будем заставлять ждать графа?
— Да, это было бы нежелательно.
Однако, как только секунданты запрыгнули в седла своих коней, а принц сел в карету, из замка выбежал запыхавшийся дворецкий:
— Ваше высочество! Ваше высочество! Вам письмо!
— Какое еще письмо? — высунул голову из кареты Флоризель. — От кого? Кто принес?
— Не знаю, ваше высочество, — пожал плечами дворецкий, — я только что обнаружил его на вашем секретере. Адресовано вам. Без подписи. И приписка: лично в руки.
Секунданты принца с любопытством прислушивались к диалогу.
— О господи! Как не вовремя. Некогда мне сейчас. Дуэль. Ладно, давай его сюда, — распорядился принц, — в дороге прочту. Кучер, ты что там, заснул? Трогай! Не приведи Трисветлый, опоздаем. Нас ведь не так поймут!
Кучер подхлестнул лошадей, и процессия двинулась в сторону распахнутых ворот замка, вплотную примыкавшего к Гургонскому лесу, который бриганская знать облюбовала для решения спорных вопросов с помощью шпаги.
Примерно через полчаса карета по лесной дорожке добралась до поляны с разлапистым дубом в самом ее центре. Это был Скорбящий Дуб. Его не зря звали скорбящим. Корни могучего дерева были обильно политы кровью бриганской знати. Под его ветвями нашли свою смерть немало дворян.
Граф со своими секундантами, в одном из которых принц признал лорда Саллендброка, уже ждал его, нетерпеливо вышагивая под дубом. Чуть в отдалении от дуба паслись стреноженные кони. Рядом с ними стояла графская карета, а возле нее застыли три скорбные фигуры. Это были обязательные члены любой дуэли: маг, задача которого была исключить любое магическое влияние на ход поединка, лекарь с саквояжем, внутри которого находились хирургические инструменты и перевязочные средства, и священник с требником и крестом в руках.
— Надеюсь, я не опоздал, господа? — издалека крикнул принц, вылезая из своей кареты.
Рядом с ним спешивались его секунданты.
— Нет, нет, ваше высочество, — наперебой загалдели секунданты графа, — вы прибыли вовремя.
Принц Флоризель стряхнул невидимую пылинку со своего костюма и неспешной походкой двинулся навстречу к графу Кентервилю.
— Рад видеть вас, граф, в добром здравии, — вежливо поприветствовал он графа.
— Звучит немного издевательски, — хмуро буркнул Джеймс — Беспокоиться о здравии противника перед дуэлью. Давайте побыстрее закончим с этим неприятным делом и разойдемся.