Джокер
Шрифт:
использовать.
– Доверчивую? – Она опять смеётся. – Я признаю невежество того, что
вижу, мистер Стивенс. Я не могу поверить, что мы говорим об этом, –
бормочет она снова. – Спасибо, что прочитали письмо Джейка, я передам
ему, до свидания.
Я снова слышу гудки в телефоне. Хихикаю, пока убираю телефон в
сторону. Это было самое интересное, что случилось со мной за целую
неделю.
– Что ты делаешь?
Я засовываю письмо
неся горячий шоколад.
– Что тебе нужно? – бормочу я.
Она ставит чашку и выхватывает письмо, прежде чем я успеваю
опомниться.
– Отдай обратно, это не твоего ума дело.
Она хихикает и продолжает игнорировать меня, изучая страницу.
– Ничего себе, – говорит она, испуская вздох. – Он уверен, что у тебя есть
стержень. Он знает это. Я могла бы написать такое, без орфографических
ошибок, конечно, – она протягивает мне письмо обратно, ухмыляясь, когда я
засовываю его под подушку. – Ты поэтому в таком плохом настроении?
– Я не в плохом настроении, – рычу я. – Я просто скучаю и расстроен, –
поворачиваюсь к ней и вижу, что она пытается сдержаться, что бы не
засмеяться.
– Я действительно такой мудак?
– Честно? – В её глазах плещут смешинки. – Конечно, нет, Райдер, – она
садится на кровать и берет меня за руку. – Ты хороший парень. Конечно, ты
ведешь себя незрело больше, чем я, но это ничего не значит. Это часть твоего
обаяния.
– Вау, спасибо, – бормочу я.
– Я серьезно. Иногда ты не думаешь, что делаешь, но здесь нет ничего
плохого. Газетчикам просто нужна история, и чаще всего ты – самое
интересное, о чём они могут написать. Этот парень действительно задел
тебя?
– Я пытался дозвониться до него и сказать привет. Его мать не позволила
мне поговорить с ним, – ворчу я.
Она снова смеётся, и я посылаю ей свирепый взгляд. Не понимаю, что
смешного она здесь нашла.
– Что? Извини, но это забавно, – она вздыхает и наклоняется вперед, как
будто у неё есть важный разговор. – Слушай, у тебя сейчас много времени.
Естественно, ты сходишь с ума. Просто попробуй отвлечься. Ты вернешься на
корт в кратчайшие строки.
– Спасибо, Хейлс. Я скучаю по нашим беседам. Я чувствую, что много
потерял, тратя всё время на путешествия.
– Ты прав, но и приобрел ты тоже много, – она пожимает плечами. – Это
небольшая жертва, чтобы быть лучшим, правда?
– Правда. Ты бы не хотела серьёзно заняться теннисом? Ты в этом хороша.
Раньше ты неплохо играла.
Она
– Я не имею такой страсти к этому, как ты. Я не готова посвятить теннису
всю свою жизнь, отдать ему свое сердце.
Я киваю. Какой в этом смысл?
6
Я смотрю на входящие номера. Прошло много времени, с тех пор как мне
кто-то звонил, кроме Метта. И мне это нравится. Я нажимаю кнопку вызова и
подношу трубку к уху. Чертовски скучно. Эта женщина, вероятно, получит
запретный приказ на меня.
– Алло?
– Привет, мама Джейка.
– Снова ты? – она засмеялась. – Ты не понял намёк вчера? – Мне
показалось, или она правда была рада меня слышать?
– Мне неизвестно о моей способности не улавливать намеки, – я издаю
смешок. – Ты бы знала, если бы читала газеты. Ты дашь мне сегодня
поговорить с Джейком?
– Не-а.
– Ладно, тогда я буду разговаривать с тобой.
– Что, если я не хочу разговаривать с тобой? – спрашивает она.
– Ты до сих пор не положила трубку. Если бы ты действительно не хотела
говорить со мной, то сделала бы это сразу же, как только поняла, кто это. Но
ты не сделала.
– Это смешно, – говорит она. – Мы говорим не больше двух секунд. У меня
едва ли было время, что бы понять это.
– Что означает, что на подсознательном уровне ты рада, что я позвонил.
– О, Боже мой, ты такой осёл, – она смеётся. – Я думаю, что ты шутишь и
знаю, что ты наслаждаешься этим.
– Это правда, – я ухмыляюсь. – Я забыл, что ты женщина, которая верит
тому, что читает в газетах.
– Хочешь сказать, что это всё неправда? Бедный Райдер Стивенс всегда
выставлен в плохом свете. Это не твоя вина, неужели? – дразнится она.
Я смеюсь, проводя рукой по волосам. От меня не ускользнуло, что
разговаривать с незнакомкой было самым счастливым событием, с тех пор,
как я травмировался.
– Я не говорю, что всё. Просто СМИ неверно истолковывают факты, чтобы
раздуть историю.
– Так ты не падал из джакузи в окружении полуголых женщин и не ломал
тазовую кость? – Я молчу, и она снова смеётся. – Что и требовалось доказать.
– Я неуклюжий, – протестую я. – Разве это причина, чтобы преследовать
меня?
– Я не осуждаю тебя. Ты тот, кто ты есть. Ты не должен помогать, даже
если у тебя больше денег, чем здравого смысла. Я про ту вечеринку в ночь
перед большим финалом. Просто я не могу изменить тот факт, что я мать