Джокер

Джонсон Мисси

смеётся и уходит, оставив меня в покое. Выключаю телевизор и начинаю

перечитывать свою почту. Все это дерьмо: «Райдер, я люблю тебя…»,

«Райдер, ты удивительный…», «Женись на мне, Райдер…».

Именно поэтому я перестаю читать почту от своих поклонников. Только

двенадцатое письмо, а я уже получил три предложения о браке и две пары

трусиков. Взяв сумку, сбрасываю её на пол и переворачиваю себя на другой

бок. Такое чувство, будто кто-то копается в моей спине.

Кое-как достаю ещё

одно письмо из сумки. Я собирался выкинуть его, но меня остановила

детская подпись. Открываю и начинаю читать:

«Райдер!

Я тебя не понимаю. Ты всё испортил. Ты мне нравился, потому что ты

лучший в теннисе, но ты просто пустоголовый! Я веду себя намного

взрослее, чем ты, а мне всего семь. Возможно, тебе нужно, наконец,

определиться, чего ты хочешь? Так говорит моя мама, когда я капризничаю,

а ты постоянно себя так ведешь.

Я не могу играть со своими друзьями, потому что я болен. Я ненавижу

это. У тебя так много всего, но ты тратишь это впустую. Это сводит

меня с ума. Ты не знаешь, как тебе повезло, или, возможно, не умеешь

заботиться.

Твой бывший фан Джейк».

Я засмеялся, даже если письмо не вызывало смеха. Осуждения ребенка

заставили чувствовать себя не иначе как полным драчуном. И это ребенок,

который болен. Неужели правда, что люди видят меня таким? Я всегда

гордился собой, не заботясь о мнении людей, и, кстати, в моем мире – или ты,

или тебя, но если честно, я думал, что был любимчиком. Почему я никогда не

понимал этого? Я чувствую себя уязвимым. Находиться не в лучшей форме,

когда ты известный, довольно хреново. Интересно, что с ним случилось? Что,

если он умирает или что-то ещё? Мысль об умирающем малыше, который

ненавидит меня, заставляет почувствовать себя плохо.

Отследить номер не стало проблемой. У меня был обратный адрес в

Чикаго и, к счастью, имя и фамилия. Я набираю цифры на телефоне.

Отвечает женщина. Голос довольно молодой, поэтому я думаю, что она его

сестра.

– Да. Я ищу Джейка Калеру, – говорю я.

– Кто это? – её голос звучит удивленно, что не должно меня смущать,

учитывая то, что звоню я – взрослый семилетнему мальчику.

– Извини, это Райдер Стивенс.

Джейк прислал мне письмо, и я хочу

поговорить с ним, – с той стороны повисло молчание, и я хмурюсь, потому

что она не вешается на меня.

– Вы шутите?

– Нет, это действительно я! – говорю, и улыбка расползается по моему

лицу. Это была реакция, к которой я привык. Возможно, я был слишком

чувствителен к миру, который обычно ненавидел меня.

– Нет, это не то, что я хотела сказать. Я ни на секунду не сомневаюсь, что

это вы. Меня удивляет, что вы думаете, будто я разрешу вам поговорить со

своим семилетним сыном.

Мой рот открывается и закрывается в шоке. Я не привык, чтобы мне

говорили «нет». Или разговаривали в таком тоне.

– Как тебя зовут? – спрашиваю я.

– Почему я должна говорить свое имя? – фыркает она. – До свидания,

мистер Райдер.

В трубке слышатся гудки. Я смотрю в потолок, пытаясь понять, что только

что произошло. Возможно, у меня слишком много свободного времени, но

пока я не могу позволить этому произойти. Я люблю вызов, и этот ребенок не

умрет, пока не узнает, что я очень-очень-очень хороший парень.

Я нажимаю повтор.

– Алло?

– Ты часто судишь о людях, не зная их? И тот факт, что ты поощряешь

сына делать то же самое, заставляет меня сомневаться в твоих родительских

способностях.

– Что? Кто ты, чёрт возьми, такой? – её голос звучит так громко, что я

опасаюсь за свои барабанные перепонки. Я улыбаюсь, попалась. У меня есть

её внимание, теперь дело за малым – нужно переманить её на свою сторону. –

Как ты можешь сомневаться в моих родительских способностях, впервые

слыша обо мне?!

– Хреновое чувство, не так ли? – я ухмыляюсь. – Чем это отличается от

тебя, если ты так же очернила меня за пятиминутный звонок твоему сыну?

Ребенок написал мне, и я подумал, что нужно ответить. Ты хотя бы читала,

что твой сын написал мне?

– Читала? – говорит она с издёвкой. – Я отправила это чертово письмо за

него.

– Правда? – улыбаюсь. – Это становится все лучше и лучше.

– Что это значит? – спрашивает она, защищаясь.

– Это означает, что ваш сын отправил письмо, которое было не только

оскорбительным и обидным, но и ошибочным.

– Ошибочным? – смеётся она. – Ерунда, всё в этом проклятом письме было

правдой! Вы незрелый самодовольный бабник, и я горжусь, что мой сын был

в состоянии дойти до этого сам!

– Мама Джейка, вы верите во всё, что пишут СМИ? Тогда посмотрите на

себя – сладкую доверчивую женщину, которую легко заполучить и