Джудит
Шрифт:
— Ой, я совсем забыла! Он отдал тебе рубины? Я так была счастлива вручить их Джеку! Мне казалось, что я их уже никогда не увижу.
Джудит усмехнулась:
— Я, конечно, разыграла страшное удивление и восторг, увидев столь прекрасные фамильные драгоценности, а потом сказала Маркусу, что, по-моему, тебе они идут больше. Так что, может быть, он снова передаст их тебе.
— Джудит, зачем?! — расширив глаза, воскликнула Салли так, что все остальные засмеялись.
— А почему бы и нет? — смеясь, спросила Джудит. — Кроме того, мы
— Но все же, — вмешалась Изобель, возвращая их всех к предмету разговора, — чтобы заработать деньги, нам ведь не обязательно идти в игорный дом?
— Нет, — согласилась Джудит. — Вполне прилично можно выиграть за столами на различных балах и приемах. Там тоже бывают довольно высокие ставки. И все равно я считаю несправедливым, что женщины не могут посещать такие заведения, как дома Уайта, Уотерса или Брука. Вы знаете, какие начальные ставки в Люксе? Пятьдесят гиней. Вот так-то. — Последние слова она произнесла с явной тоской.
— Так ты возьмешься нас учить? — спросила Корнелия.
— Да. С огромным удовольствием. Мы создадим здесь школу игроков. — Она наполнила опустевшие бокалы. — Друзья, провозглашаю тост: за независимых женщин!
Видимо, они не слышали стука в дверь, ибо на пороге стоял Чарли, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— О, Джудит, тысяча извинений. Вижу, что пришел не вовремя.
Виноватое выражение его побледневшего лица не могло ускользнуть от внимания Джудит. Она радушно протянула руку, приглашая его войти.
— Вы всегда вовремя, Чарли. Входите. Тем более что вы со всеми здесь знакомы.
— Привет, Чарли, садитесь. — С материнской улыбкой Салли показала на место рядом с собой.
Он неуклюже опустился и, устало вздохнув, мрачно уставился в пространство перед собой. Джудит подала ему бокал шерри.
— Вы только что побывали в библиотеке Маркуса? — Это был не вопрос, а скорее утверждение.
Чарли взял бокал и залпом выпил.
— Сейчас я чувствую себя так, будто с меня живого содрали кожу.
Салли с Джудит обменялись понимающими взглядами.
— Вчера Маркус мне сказал, что знает о ваших долгах, — проговорила Джудит.
— Да… что и говорить… Я должен был сорвать большой куш в Ньюмаркете. Там был, как говорится, верняк.
— Ну, а потом, конечно, сорвалось, — закончила Джудит. — История, знакомая до боли.
Чарли кивнул:
— Чертова кляча пришла последней. Джудит, я гак ошарашен, что просто не могу в это поверить.
— Лошади — это очень ненадежно. Полагаться на них нельзя ни в коем случае.
Она откинулась на спинку кресла и пила шерри мелкими глотками. Ее всегда удивляло, как кто-то был готов рискнуть завтрашним обедом, поставив на лошадь, над которой у него не было абсолютно никакого контроля.
Чарли неожиданно продолжил:
— Я поставил на нее все, что имел. Дело в том,
Джудит нахмурилась. Ей было известно, что по возрасту распоряжаться своими деньгами он еще не может.
— Но Маркус, естественно, не отказал вам в средствах для покрытия долга чести? Подумать обратное просто немыслимо.
Чарли задумчиво разглядывал ковер.
— Вначале он смешал меня с грязью, а потом сказал, что выдаст мне деньги в счет следующего квартала. Это означает, что я буду вынужден отказаться от посещения моих клубов. — Он горько рассмеялся. — Там, кстати, можно было заодно и пообедать. Когда я сказал об этом Маркусу, он ответил, что я мог бы поехать поработать в Беркшир, в его поместье, мол, расходов в этом случае у меня там вообще никаких не будет.
— Чувствуется, прижал он вас сильно, — посочувствовала Джудит.
— Но я же мужчина, Джудит, и должен играть! Да, в игре присутствует определенный риск, с этим я согласен. Но что за жизнь без риска?!
— Играть-то мужчина, может быть, и должен, но не так плохо, как вы. Вот что, Чарли, — она бросила на него пристальный взгляд, — вам следует записаться в нашу школу.
— Боже! — воскликнул он, после того как Джудит в двух словах объяснила суть вопроса. — Что за сумасбродная идея!
— Сумасбродная или нет, но мы ее осуществим, — объявила Изобель, вставая. — Это очень серьезно. Мы хотим зарабатывать столько, сколько нужно, чтобы быть материально независимыми от мужей. — Она надела кружевные перчатки. — Джудит, я должна идти. Ухожу, окрыленная надеждой. Ты едешь со мной, Корнелия?
— Конечно. — Корнелия приподнялась, но, запутавшись в шали, снова плюхнулась в кресло.
Грегсон объявил о прибытии Себастьяна как раз в тот момент, когда Джудит с Изобель распутывали Корнелию.
— О, Себастьян, я тебя сегодня совсем не ожидала.
— Да, но сейчас это связано с твоим поручением.
— В каком смысле? Себастьян улыбнулся:
— Представляешь, я отхватил пару у Грентхема почти задаром. Именно таких, как ты просила.
— О, братец, ты купил их! — Она подарила ему звучный поцелуй. — Я просто не представляла, что это можно будет сделать так быстро.
— Все в полном порядке. — Себастьян был очень доволен собой и не скрывал этого. — Я к тебе прямо оттуда. Стефенсон и Брайт тоже зарились на них, но ничего не вышло.
— Милый, какой ты умница. А где же они сейчас?
— Я поставил их пока со своими лошадьми, потому что не знал, как ты собираешься представить это дело Керрингтону.
Джудит закусила губу:
— Об этом надо еще серьезно подумать.
— О чем вы говорите, Джудит? — спросила наконец Салли.
— Мне захотелось иметь кабриолет с высоким сиденьем и парой лихих жеребцов, которыми бы я могла сама править, — объявила Джудит. — Себастьян только что достал их для меня.