Джудит

Фэйзер Джейн

Конечно, ее поспешность осложнит дело с Грейсмером. Но иного выхода она не видит. Себастьян все поймет, и они вместе разработают план дальнейших действий.

»Но, Боже мой, до чего же я чувствую себя опустошенней и потерянной! Жить с Маркусом я не могу. Но почему же расставание приносит такую боль, словно режут по живому?»

Она тихо отворила дверь, вышла в коридор и прислушалась. Дом спал и во сне шуршал и потрескивал. Джудит прокралась вниз по лестнице и свернула в коридор, ведущий к библиотеке. Там она открыла окно и, выпрыгнув в сад,

осторожно закрыла его за собой. В стене были ворота, ведущие к конюшням. Когда Джудит, неслышно ступая, прошла, лошади заржали. «А ведь я, пожалуй, сейчас чуть ли не единственная во всем Лондоне, кто не спит», — подумала она и нащупала в сумочке рукоятку пистолета.

До Албемарл-стрит, где жил Себастьян, идти пришлось не больше двадцати минут, и за это время она не встретила ни единой души. Себастьян жил на первом этаже. Джудит поднялась на цыпочки и тихо постучала в окно. Будить квартирную хозяйку и объясняться с ней не хотелось. Джудит уже собралась постучать еще, как дверь отворилась.

— Входи, Джудит, — прошептал Себастьян.

— Откуда ты знал, что это я? — Она проскользнула мимо брата в темный коридор.

— Потому что я ждал тебя.

— Значит, я тебя не разбудила?

— Нет. Я знал, что ты придешь. — Себастьян поставил чемодан и внимательно посмотрел на сестру. — Выглядишь ты ужасно. Бренди?

— Пожалуй. — Джудит сняла плащ и перчатки. — Спасибо. — С бокалом в руке она прошла к камину, в котором угасал огонь.

Себастьян полез в корзину. Достал несколько поленьев и бросил» на горячие уголья. Раздалось обнадеживающее шипение, и скоро вспыхнуло яркое пламя. Себастьян выпрямился и испытующе посмотрел на сестру. Она пила бренди мелкими глотками.

— Ты себя очень плохо чувствуешь, — констатировал он.

— И в довершение ко всему меня жестоко оскорбили, — продолжила Джудит.

— Так что же все-таки он сделай?

— А откуда тебе известно?.. Ты что-нибудь сказал ему?

— Маркус хотел отдать мне деньги за твоих лошадей. Я сказал, что ты заплатила за них сама. Он сделал из этого правильные выводы. Понимаешь, Джу, Керрингтон не дурак. Совсем не дурак.

— Я никогда не держала его за дурака. — И она кратко описала сцену, в библиотеке.

Себастьян мрачно слушал. Вообще-то ему казалось, что у Маркуса найдется больше здравого смысла, а он попел себя как слон в посудной лавке.

— И что ты теперь собираешься делать?

— Поселюсь в каком-нибудь маленьком отеле, — с грустью ответила Джудит.

— В Лондоне?

— Да. Но не в фешенебельной его части. Чтобы не столкнуться на улице с кем-нибудь из знакомых.

— Кенсингтон? Блумбери?

— Все равно. Послушай, я понимаю, что разрушила все, что мы планировали, но…

— Не надо ничего говорить. Мы что-нибудь придумаем. Главное сейчас тебе разобраться с собой. Первым делом утром мы найдем тебе жилье. А пока — в постель. Ты займешь мою спальню, а я устроюсь здесь на диване.

— Зачем? Я могу и на диване.

— О, Джу, перестань! Зачем тебе еще и передо мной демонстрировать

свею независимость. Ты прекрасно выспишься в постели, а мне будет очень хорошо на этом диване. В свое время, как ты помнишь, у нас не было и таких условий.

Джудит виновато улыбнулась.

— Извини. Видно, со мной сегодня ночью что-то случилось — совсем плохо соображаю.

Себастьян улыбнулся и поцеловал ее в щеку;

— Ничего удивительного.

Джудит последовала за ним в спальню.

— Не сомневаюсь, что через некоторое время здесь обязательно появится Маркус.

— Очень даже вероятно. — Себастьян сухо улыбнулся, — Вряд ли следует ожидать, что он будет вести себя так, будто тебя никогда не существовало.

— Нет. Но я думаю, что ему этого очень хочется.

Себастьян покачал головой:

— Сейчас все очень плохо, с этим я согласен. Но, поверь, все еще может измениться.

— Нет, назад я не вернусь, — нехотя произнесла она, снимая с постели покрывало.

Себастьян взял ее за руки:

— Дорогая моя сестра, в данный момент ты измучена до предела. Поэтому ложись, а завтра будем думать, как жить дальше. Утро вечера мудренее.

— Будем думать. Конечно! — согласилась Джудит с уверенностью, которой вовсе не ощущала.

Она потянулась и поцеловала брата:

— Спасибо.

Дверь за Себастьяном закрылась, и Джудит рухнула в постель.

»Боже, до чего я несчастна!» — подумала она и провалилась в тяжелый сон.

Глава 21

Маркус провел ночь плохо. Часто просыпался, ворочался. Окончательно проснулся он совершенно разбитым и потерянным. Лежа в своей огромной постели, он пытался представить сумрачные перспективы их с Джудит брака. После такого столкновения, после всего сказанного чего еще можно ожидать, кроме холодного перемирия, которое теперь будет длиться до бесконечности.

»Я всегда подозревал, что у жены есть скрытые тайные мотивы, что она ведет какую-то игру и мне в ней отведена определенная роль. Никогда уже, никогда я не смогу доверять ни Джудит, ни ее чувствам ко мне, ни ее страсти… лаже в постели. Я теперь всегда буду думать о ней как о какой-то хищнице. И что же остается? Я начну контролировать каждый ее шаг, она станет сопротивляться по мере сил, и тем самым мое недоверие к ней будет только расти».

Маркус заставил себя подняться, тихо подошел к двери, ведущей в соседнюю спальню, и повернул ручку. Дверь не подалась. Это его не удивило, но разозлило. Как это так! Отныне ее жизнь должна быть открыта для проверки в любой момент. А тут запертая дверь!

Он вышел в коридор. Дверь в спальню Джудит была не заперта, но самой Джудит там не было. Маркус постоял с минуту, не веря своим глазам, пытаясь унять мечущиеся в разных направлениях мысли и какую-то непонятную для него дрожь. Постель не разобрана, ящики комода открыты и выдвинуты, их содержимое переворошено, туалетный столик пуст. Было ясно, что она собиралась в спешке.