Джунгли
Шрифт:
Двери были заварены грубым швом, шедшим сверху донизу.
– Всем рассредоточиться и вести наблюдение, – приказал Кабрильо. – Макс, принимайся за дело.
Хенли поставил рюкзак на землю у дверей и стал рыться в нем, а остальные члены команды заняли позиции для наблюдения, не появятся ли еще патрули. Макс обмазал похожей на замазку массой сварной шов, накладывая ее ровно столько, чтобы расплавить металл. Действовал быстро, минуты через две закончил работу и установил детонатор.
– Готово, – сообщил он по рации.
– Осмотреть периметр и доложить обстановку, – приказал Кабрильо.
Создаваемый
Когда поступило последнее донесение, он приказал Максу сжигать шов.
С шипением и ярким, как солнце, пламенем гипертермическая смесь въедалась в шов. Расплавленный металл потек вниз каплями, быстро превратившимися в поток. Едкий белый дым, густой, как сахарная вата, клубился над входом в бункер, но дующий по долине ветер относил его от шахты «Альбатрос», находящейся в миле вниз по течению. Когда все кончилось, шов светился красным.
Макс был готов к этому и обрызгал его жидким азотом из машинного отделения «Орегона», который припас в вакуумной фляжке. Металл был еще горячим, но в толстых перчатках сварщика Макс без опаски коснулся его. Правая дверь душераздирающе заскрипела, когда он раскрыл ее, и из земли пахнуло влажным холодом. За дверью оказалась белая бетонная стена и непроглядная тьма.
– Вход открыт, – сообщил он.
Члены команды подбежали трусцой. Кабрильо – последним.
– Хорошая работа.
– Разве были сомнения? – Макс поднял мясистые руки напоказ остальным. – Ничто, сделанное человеком, не может им противостоять.
– Да, да, да. Пошли.
Едва Хуан собрался шагнуть через порог, рация патрульных запищала, затем послышался голос:
– Малик, есть о чем докладывать? – спросил кто-то по-арабски.
Кабрильо нажал кнопку ответа.
– Не о чем.
– Почему не позвонил в назначенное время?
– Желудок не в порядке, – ответил Хуан.
– Покажись врачу через час, после смены.
– Обязательно. Связь окончена. – И отбросил рацию. – Через час они узнают, что мы здесь. Давайте используем это время. Линк, слышишь меня?
– Говори.
– Через шестьдесят минут поджигай.
– Понял.
Кабрильо мог только надеяться, что к этому времени они доберутся до шахты, иначе все окажется впустую. А потом начнется вторая часть операции, та, о которой Макд сообщил по секрету после возвращения из Монте-Карло. Это было нечто выходящее за рамки закона, но выгоды брали над осторожностью верх. Он проклял имя Оверхолта и повел людей внутрь.
Глава 26
Отойдя всего на несколько метров от входа, который сумели частично закрыть, члены команды надели на голову шахтерские галогенные лампы. Внутри крепости было пусто, жутковато: голые бетонные стены, пол и потолок. После первых же шагов стало ясно: оттуда вынесли все: возможно, немцы еще во время войны. Они проходили по бесчисленным помещениям, о назначении которых можно было только догадываться, и обнаруживали лестницы, поднимающиеся к пулеметным башенкам, которые видели раньше.
Кабрильо вел их по головокружительному лабиринту помещений, проходов и тупиков. По его оценке, форт
Наконец в тупике, куда они зашли, оказалась встроенная в пол опускная дверь. Над нею были привинчены к потолку стальные кронштейны, некогда поддерживавшие какое-то устройство. Кабрильо поднял металлическую дверь, и открылось прямоугольное отверстие, уходящее глубже под землю. Плюнул, и плевок упал на дно через несколько секунд.
– Это некрасиво, – упрекнула Линда.
– Безобразно, но действенно, – возразил он. – Около двенадцати метров.
Они быстро привязали альпинистскую веревку к старым кронштейнам. Из-за дополнительного веса в рюкзаке Хуан привязал его к веревке, чтобы облегчить себе спуск. Потом перебросил через плечо ремень винтовки, крепко ухватился за веревку и шагнул в пустоту. Ключица его, хоть и срослась, давала знать о себе, когда он спускался, перебирая руками. Его шахтерская лампа освещала голые стены. Он подумал, что этот люк в прошлом предназначался для боеприпасов, что, должно быть, в этом комплексе больше надземных сооружений, чем он и его команда заметили.
Хуан достиг дна и позвал следующего. Макс к тому времени, когда присоединился к Кабрильо, раскраснелся и тяжело дышал.
– Нужно больше двигаться. – Кабрильо похлопал его по выпирающему, но твердому животу.
– Или меньше спускаться по веревке.
Когда все оказались внизу, они стали искать ход в шахту «Альбатрос». Приходилось проверять каждую дверь, оглядывать все стены, нет ли входа. Когда пришли к месту, где потолок обвалился, потратили двадцать минут, убирая с пути куски бетона и мусор, чтобы иметь возможность пройти. Как только прошли, часы у Эдди засигналили.
– Одна минута, – объявил он, подразумевая, что через шестьдесят секунд Линк, Майк и Джим начнут отвлекающую операцию.
Кабрильо почувствовал, что досада усиливается. Они теряли время и шансы. Если дело сорвется, Эрик Стоун получил приказ передать координаты шахты Лэнгстону и молиться, чтобы ядерный ответ последовал настолько быстро, чтобы Бахар не смог нанести ответный удар.
Наблюдая за шахтой сквозь снайперский прицел, Линк не видел движения, кроме редких облачков пыли, поднимаемой ветром. Здание выглядело заброшенным, если не считать бункера, недавно построенного у подъемной башни. Он повнимательнее присмотрелся к бывшему административному зданию. Увеличил кратность прицела и уставился на угловое окно.
Вот оно! В углу рамы появилось лицо, когда охранник сменил позу. Сообщил по рации о своем открытии Майку и Джиму, нашедшим укрытие за земляным уступом, где Линк мог видеть их.
– Тридцать секунд, – ответил Майк.
Линк сосредоточил внимание на окне, зная, что охранник выглянет, когда ребята откроют огонь из мини-«гатлинга». Звук стрельбы из него походил на шум работающего станка. «Гатлинг» выпускал сплошную струю крохотных пуль, они поднимали фонтанчики земли и мелких камешков, осыпали здания словно снежная крупа. По ним было выпущено столько пуль, что, казалось, их атаковали сотни солдат. В этом и заключалась цель: создать как можно больше паники и как можно быстрее.