Дзяпики
Шрифт:
– Первый Второму. Случайно натолкнулись на человека, которого видели еще из транстайма. Бежит по тропе, направление в основном совпадает с курсом на ваш глайдер. Попробуйте заснять его на кинопленку, когда он появится на берегу.
– Второй Первому. Вас понял.
Внезапно джунгли расступились и впереди заблестела река. По зеленой долине на другом берегу реки рассыпались аккуратные хижины. Меж хижин сновали ребятишки, группками стояли взрослые.
– Первый Второму. Достигли реки. Видите ли вы человека?
– Второй Первому. Включили кинокамеру. Возьмите левее, к группе
– Наблюдательный пункт выбрали удачно. Присоединяемся.
Человек в набедренной повязка ловкими прыжками спустился вниз по откосу, перебежал по хлипкому мостику через реку и, не останавливаясь возле встречавших его приветствиями односельчан, проследовал к самой большой хижине, расположенной посреди селения.
Силуэтов остановил свою машину рядом с глайдером Чекина. Обзор был отличный.
Пышная растительность покрывала окрестности селения. От ярких зеленых красок всех тонов и оттенков захватывало дух. Сам поселок, состоявший из нескольких сот хижин, казалось, был построен по типовому проекту, такой в нем чувствовался порядок. Улицы пересекались только под прямыми углами и на перекрестках стояли каменные тумбы с выбитыми на них знаками, очень напоминавшими знаки правил дорожного движения. Хижины были сделаны из длинных трубок бамбука и перевиты стеблями ползучих растений. Крыши хижин были аккуратно покрыты широкими листьями, улицы чисто подметены и даже сточные канавы содержались в образцовом порядке.
– Что скажешь, Виктор ?
– спросил Акимов - Кажется, перед нами самая настоящая цивилизация?
– Невероятно, но факт, - согласился Вяльцев.
– Двенадцатое тысячелетие до новой эры!
– Неожиданность?
– сказал Силуэтов.
– Но ведь раскопки археологов предсказывали нечто подобное.
– Были найдены только кости человека. И все. Ни о какой крупной цивилизации речи не шло.
– Интерпретировать можно по-разному, - не сдавался Силуэтов.
– Вот именно, - подхватил Вяльцев.
– По-разному. Мне, например, не кажется, что это селение вымирает. Никаких землянок и изможденных людей. И где это ты, Анатолий, все увидел?
– Действительно, - растерянно согласился Акимов.
– Мне так казалось. А теперь, вроде, и хижины стали выше, да и больше их. А народу-то, народу!
– Смотрите!
– крикнул Чекин.
– У них что-то произошло. Наверное, наш старый знакомый все-таки рассказал о странных встречах.
На небольшую площадь посреди селения сбегались люди. Чувствовалась какая-то взбудораженность. Голые ребятишки шныряли взад и вперед по толпе, разжигая и без того напряженную атмосферу ожидания.
Из хижины, отличавшейся от других не только своими размерами, но и странной архитектурой в духе раннего модернизма, вышел человек. Судя по знакам внимания и почтения, которые оказывались ему, это был вождь. Следом за ним из хижины вытащили странное сооружение, напоминавшее огромную трибуну с приспособлением для возлежания и приема пищи в древнеримском духе. Человек пять торопливо разводили жертвенный огонь. Толстый мужчина гонялся по площади за пронзительно орущим козлом и размахивал каменным ножом. Толстяку
В обоих глайдерах были включены кибернетические лингвисты, но из-за шума, производимого людьми на площади, понять что-либо было невозможно.
К этому времени трибуна уже была установлена, и одноглазый вождь неторопливо переминался с ноги на ногу, ожидая, когда каменный нож пронзит сердце козла. Толстый мужчина, очевидно, жрец, издал душераздирающий вопль и вонзил нож в козла. Струйка крова выползла из раны. Толстый жрец подставил руки и вымазал себе кровью подбородок. Ритуал, видимо, был соблюден. И тотчас же вождь поднялся на трибуну и вытянув вперед могучую руку, потребовал тишины.
Это были первые слова, которые более-менее правильно уловили кибернетические переводчики среди невообразимого шума.
– Что он сказал?
– с удивлением спросил Акимов
– Слушай и не мешай, - недовольно поморщился Вяльцев.
Седые волосы вождя, перетянутые узенькой полоской высушенной змеи, украшала копна разноцветных перьев. На голую грудь опускалось ожерелье из клыков мастодонта. Бедра опоясывала коротенькая юбочка из веток лиан. Лицо украшал орнамент. В левой руке вождь держал тяжелое копье с острым каменным наконечником.
– Прошу тишины - голосом опытного оратора произнес вождь.
– Тише!
– поддержал вождя толстый жрец, тоже вскарабкавшийся на трибуну, и постучал бумерангом по выеденной тыкве. Судя по всему, жрец исполнял сейчас обязанности председателя собрания. Через несколько минут, получив каждый свою порцию подзатыльников, затихли ребятишки. Застыли превратившись в слух, суровые воины. Даже женщина смолкли.
– Дзяпики!
– рявкнул вождь.
– Только что получено письмо из Совета Старейшин Дзяпии. Читайте!
С этими словами вождь передал копье председателю собрания и поднял высоко над головой каменную плиту размером в квадратный метр. На доске были выбиты две закорючки.
– Это та самая плита, - прошептал Силуэтов.
– Правда ведь?
– Да, да, - ответил Вяльцев.
– А вон стоит и наш знакомый.
Гул оживления прошел по толпе и затих.
– Внимательно читайте!
– снова рявкнул вождь. Дзяпики усиленно читали. Кто-то пытался понюхать каменное письмо носом и даже попробовать на зуб. Затихшие было дзяпики начали снова волноваться. Особенно задние ряды.
– Всех воинов, прочитавших письмо, прошу расписаться, - предложил вождь.
Воины выдернули каждый из своей прически, а кое-кто и из прически соседа, по одному перу. Получившийся яркий букет тотчас же унесли в пристройку хижины, где, вероятно, хранилась переписка.
– Председатель!
– уронив письмо на ногу одному любопытному дзяпику и схватившись руками за голову, просипел вождь.
– Они же не умеют читать! Как я это забыл?!
Меж тем толпа зашевелилась. Женщины и дети собрались в центре площади. Мужчины, загородившись плетеными щитами и взяв копья наперевес, построились в карэ, готовые отразить натиск любого, хотя еще и невидимого врага.