Ёбург
Шрифт:
Станцию «Ботаническая» в 2011 году откроет президент Медведев, а в 2012 году под землёй распахнёт самолётное крыло свода станция «Чкаловская».
Сейчас короткие сверкающие составы екатеринбургского метро с гулом и звонким серебряным цокотом несутся под землёй от Уралмаша до Ботаники по линии длиной примерно 13 км. Время пути – всего-то 19 минут. На маршруте пока только девять станций, но Екатеринбург занимает в России четвёртое место по количеству пассажиров метрополитена после Москвы, Питера и Новосибирска.
Владыка молчит
Дело епископа Никона
19
Никон принял епархию в феврале 1994-го. Владыке тогда было всего-то 34 года. Он правильно выстроил отношения с губернатором Росселем, но с Ёбургом – не сумел. Бунт против епископа начался в январе 1998-го в Тагиле. Местные батюшки Сергий и Фома рассказали, что к ним в ноги бросился юноша, сбежавший из епархиального училища в Екатеринбурге: беглец, рыдая, поведал, что владыка прямо в храме принудил его к соитию.
Батюшки организовали комитет, собрали факты и поняли, что Никон – содомит. Якобы он изнасиловал 18 семинаристов и шестерых молодых священников. Пятьдесят три батюшки подписали против епископа письмо патриарху Алексию II. Узнав о письме, Никон замкнулся и не стал оправдываться.
В центре – епископ Никон
Обвинение Никона потрясло Патриархию. В апреле 1998 года в Екатеринбург примчалась проверка Синода. Однако из всей толпы «изнасилованных» Никоном свидетельствовать согласились только четверо молодых людей, да и те какие-то мутные, пахнущие ганджубасом. Взыскательные синодальные отцы усомнились в преступлениях владыки. Но осадок остался. В августе 1998 года патриарх Алексий II не поехал в опороченную епархию на празднование 400-летия Верхотурья.
Осенью мятеж заполыхал с новой страстью. К тагильским лидерам Сергию и Фоме присоединились игумены – верхотурский Тихон и екатеринбургский Авраам. Отцы накопали на епископа следующую порцию компромата: пьянство, воровство, рукоприкладство – и, конечно, содомия, содомия, содомия. По Десятому каналу с разоблачениями Никона бил в набат журналист Андрей Санников.
В декабре игумены увезли патриарху новое послание. Обвинения были так чудовищны и так художественны, что в них невозможно было не поверить. Вот Никон рассматривает семинаристов как девочек по вызову. Вот в храме, пьяный, плещет водкой вверх и кричит: «Кто там ты? А я тут – епископ!» Вот несчастные сёстры-монахини в качестве послушания сутками сидят в кельях, пересчитывая деньги из мешков Никона – тогда в ходу были миллионы и миллиарды.
В январе 1999 года в Екатеринбург приехала вторая комиссия Синода и тоже «не нашла убедительными» грехи Никона. 1 апреля Священный синод рассмотрел материалы обеих комиссий и оправдал епископа Никона. Губернатор Россель заявил, что владыку оговорили. А владыка по-прежнему смиренно молчал.
Общество пришло в жуткое раздражение. Сомнения были очевидны: нет дыма без огня. Дескать, попы распоясались, а церковь их покрывает. Если Никон не любодей, пусть церковь объяснит, из-за чего сыр-бор разгорелся?.. Но церковь ничего не объяснила, а общество не учло, что церковь живёт по своим законам. Скажем, она не может ничего объяснить, чтобы
Синод отрешил от должностей игуменов Тихона и Авраама и отправил их по дальним храмам. Тогда в Тагиле взбунтовались уже целые приходы. Они прогнали Никона лозунгами «Не пустим козла в храм!». По Ёбургу разлетелись листовки, призывающие требовать низложения владыки. Мгновенно возникла организация «Содружество», которая начала сбор средств на кампанию против Никона.
На епископа набросилась пресса. Местные СМИ – Четвертый канал, Студия-41 – уже давно топтали владыку, а теперь подключились московские медиахолдинги – «Совершенно секретно» и «Комсомольская правда». «Жёлтая газета» на первую полосу шлёпнула портрет Никона и анонс: «Многочисленные жертвы епископа-педераста». Журналисты сляпали фальшивое интервью Никона с признанием в мужеложстве и опубликовали снимок знаменитого дома Севастьянова: якобы этот дворец для друга-епископа рядом со своим особняком отгрохал сам Россель.
25 апреля 1999 года у Царского креста на месте Ипатьевского дома прошёл молебен об избавлении от Никона, через неделю – второй молебен, через неделю – третий. 9 мая отец Фома повёл толпу манифестантов на подворье епископа. Защитники подворья пытались удержать ворота, но манифестанты всё равно прорвались и долго орали под окнами у крыльца. В итоге патриарх отменил свой визит в Екатеринбург, назначенный на 30 мая – праздник Святой Троицы.
В июне во имя примирения состоялось собрание духовенства епархии, но и тут ничего не вышло. Одиннадцать батюшек, возглавлявших приходы, объявили о том, что их приходы не подчиняются Никону, и вообще, если Никон не уйдёт, бунтовщики проведут крестный ход через центр Екатеринбурга. И тогда церковь уступила.
19 июля 1999 года епископ Никон был уволен на покой с сохранением сана. Церковь попеняла ему лишь за то, что он стал причиной «нестроения» в епархии. А город остался в недоумении. Что же такое произошло? Зачем была нужна эта стремительная и яростная информационная война? Люди, которые столь жёстко и профессионально руководили сражениями, так и не вышли из сумрака. Епископ пал – и всё. По слухам, те четверо, что свидетельствовали против Никона, потом покаялись, а один из них, как Иуда, даже повесился – на дверной ручке в казино.
В городе неуверенно говорили, что атака на епископа началась из-за того, что Никон в 1997 году запретил священникам епархии участвовать в выборах, а выборы – это деньги. Многие и поныне искренне уверены, что Никон – голубой и досталось ему поделом. Политологи предполагают, что низвержение владыки было выгодно мэру Чернецкому в предвыборной борьбе с губернатором Росселем, так как Россель уважал Никона. В общем, Ёбург не узнал правды. Но кто-то в Ёбурге её знает, это уж точно. И драма ошельмованного епископа стала сюжетной основой романа писательницы Анны Матвеевой «Небеса».
Отголоском войны против епископа Никона станут события 2003 года. Пресса объявит, что 7 февраля в здании «Рубина» откроется клуб «Клон», который пообещает гостям лесби-пати и «ночи мужского безумства». «Мужское безумство» начнётся уже днём: возле «Рубина» встанет как вкопанный пикет Православного братства. Над пикетом будет реять лозунг: «Не ходите, дети, в “Клон”, там поставят вас внаклон». На стол мэру Чернецкому ляжет ультиматум братьев: если мэр не выкинет содомитов, непреклонные братья устроят «молитвенное стояние нон-стоп у администрации города». Мэр нахмурится. Владыка Викентий тоже пробурчит, что всё это как-то чересчур. Пресса завопит о гомофобии.