Эдельвейс
Шрифт:
Больше ничего не слушала и не принимала во внимание. Макс представил своих глав кланов, Главу Ордена. Ею стала Ева, мать Макса. Но даже этому я не смогла удивиться. Поймав мой взгляд, она сочувствующе улыбнулась. Рыжие распущенные волосы, серые глаза, черное обтягивающее платье. Детали не пыталась рассмотреть. Мне было безразлично. Взяла бокал крови, осушила и почувствовала боль в животе. Схватилась за него, пытаясь придавить. Странно, что до сих пор способна чувствовать боль. Думала, ничего больнее потери быть не может. А тут нет! Секунда – и она исчезла, оставляя неприятное ощущение.
Безразличным
Боль не оставляла ни на секунду. Осматривая вампиров, поймала себя на мысли, что пытаюсь найти моего Дэниэля. Что он сейчас будет в окружении прекрасных вампирш, едко ухмыльнется и заставит ревновать. Потом пригласит на танец, нежно коснется спины, даря холод телу... Хрустальный бокал в руке треснул, одинокая слеза скатилась по щеке.
Я больше не могла сидеть здесь. Выбежала во двор к эдельвейсу. Вздохнула и... не почувствовала облегчения. Слезы комком застряли в горле, собираясь выплеснуться наружу.
– Я скоро сойду с ума, монстрик! – прошептала одними губами, глядя в звездное ночное небо. – Я перестала что- либо чувствовать к окружающим. Абсолютно ничего не чувствую. Меня даже пугает эта пустота внутри. – Слеза все- таки скатилась, обжигая кожу. – Я не могу жить без тебя! Боюсь заснуть, потому что, если увижу тебя, то больше не захочу просыпаться! – безвольно опустилась на край фонтана, чувствуя новый приступ боли в животе.
За спиной послышались шаги. Медленно повернула голову, смахивая слезинку. Ева.
– Аника, не прячь слез, – нежно произнесла и улыбнулась.
– Почему вы?
– Феликс посадил меня в клетку еще в ночь выпускного. Он убил Николь, и я этого не выдержала. Пыталась напасть, но не получилось. Меня заперли, пытали, – лицо скривилось, а серые глаза стали стеклянными. – Макс меня освободил и простил.
Не желая, да и не в силах больше ничего знать, отвернулась и уставилась на цветок.
– Аника, - робко начала Ева, - ты общалась с Князем?
Резкая смена темы не понравилась. Непонимающе вопросительно всмотрелась в спокойное лицо, но ответила:
– Да.
– Эдельвейс - это подарок от него, – она жестом указала на цветок. – Когда вампиры умирают, они превращаются в труху, а не в эдельвейсы, – закончила и пристально впилась взглядом.
Мне потребовалось меньше секунды, чтобы осознать смысл слов. Магнус! Сорвалась с места, в бегу обратилась в ягуара и побежала в лес, к озеру. Мягкие подушечки лап аккуратно ступали на влажную траву, ломая хрупкие ветки. Волна дикой, безумной ярости захватила весь разум и тело. Аромат шиповника и колокольчика ворвался в легкие, приятно обволакивая. Через минуту прыгнула на берег, осмотрелась и обратилась.
Никого нет! Ведь он тогда не пришел перед битвой! Глаза горели черной яростью, желая убить одним взглядом.
– Магнус?! – зловеще крикнула на все озеро, разрушаю тишину и спокойствие. – Выходи! – стала смотреть по сторонам.
– Зачем так кричать, милая! Побереги силы! – спокойный голос за спиной заставил подпрыгнуть от неожиданности.
– Верни мне Дэниэля! – прорычала, сжимая кулаки и сверля черными глазами.
– Аника, твои глаза почернели. Ты знаешь? – удивительно посмотрел и стал ходить кругами. Нет, он, что издевается?!
– Верни Дэниэля! – утробный рык вырвался из груди. Князь лишь улыбнулся и склонил голову. Тогда я продолжила. – Иначе ...
– Что, иначе?
– Я не восстановлю Орден Эдельвейса. Мне это ни к чему! – лицо Магнуса вспыхнуло от злости.
– Что? – глаза засверкали, взгляд стал злым, лицо – жестоким.
– Что слышал! – прорычала, улыбаясь. – Я объявлю Жрецам войну. Или лучше сама их убью. Завтра, на церемонии! И ты никогда не получишь своего прощения! Я буду лично убивать всех носителей генов. Одного за другим. Ты будешь сотни тысяч лет скитаться непрощенным, изгнанным, чудовищем! – с каждым словом мимика Князя становилась все страшнее и страшнее. А я получала удовольствие от произведенного эффекта. И что самое интересное, говорила все в серьез. Я готова была убить и Вилли, и Макса. Они для меня ничего не значили. Ни один вампир больше ничего не значил.
– Аника, в твоем положении я бы так не кричал, – взгляд смягчился, и он указал на живот.
Я ничего не поняла и вопросительно уставилась, еле скрывая желание перегрызть глотку.
– Маленьким носителям гена ягуара твой крик на пользу не пойдет!
От шока подкосились ноги. Я беременна! Схватилась рукой за живот и улыбнулась. Слезы радости и отчаяния полились сами собой. Вот откуда боль в животе! Но теперь не только мне нужен Дэниэль, он нужен и моему ребенку! Стоп, он сказал носителям? В множественном числе?! Ладно, я сейчас не на узи! Встала и сделала злой взгляд.
– Или возвращаешь то, что принадлежит мне или никогда не получишь прощения! Я ясно выразилась?! – прошипела тем же злым и гневным голосом. Магнус улыбнулся.
– Восстановишь Орден - верну! – быстро властным тоном бросил и растворился в воздухе.
Черт! Ушел! И что делать?! Я выполню свою обещание. Я сделаю все ради Дэниэля. Все, что в моих силах. Скрылся, как трус!
Простояв на берегу около десяти минут, пыталась привести мысли в порядок. Внутри загорелся маленький огонек надежды, что снова увижу монстра. Но если нет, то рожу от него ребенка. Так хочется, чтобы он был похож на папу! От этой мысли улыбнулась и направилась домой. Завтра будет трудный день. Возможно, завтра начнется новая война.
Медленным шагом шла по дорожке, усыпанной гравием. Слезинки капали одна за одной. К моему удивлению, эдельвейс пропал, будто его и не было. Волна ярости накатила с новой силой. Подбежала и стала растерянно всматриваться в то место, где рос цветок. Только запах моей крови был доказательством его существования. Теперь у меня вообще ничего не осталось от того страшного вечера. Вечера моей смерти.
Зашла в дом и попала в атмосферу радости и праздника. Все были веселыми и радостными. Странно! Когда уходила, была рада, что покинула траурное мероприятие. А тут на тебе, смотри, мы развеселились. Прошла мимо танцующих пар и заметила Макса и Вилли, беседующих с Евой. Мой пристальный взгляд не остался без внимания. Коротко кивнув, они направились ко мне.