Единственная для Барса
Шрифт:
Нейману не оставалось ничего, как только гладить ее по голове, точно маленького ребенка, и смотреть, как вздрагивают узкие плечики. Лика душила в себе рыдания. Не хотела выставлять их напоказ. Но уже не могла сдержать.
– Я не знаю, почему он молчал, – заговорил профессор после небольшой паузы, – и не ищу ему оправданий.
– Но вы с ним заодно! – Оттолкнув его руку, Лика выпрямилась и посмотрела на Неймана обвиняющим взглядом. – Разве не так?
На ее бледных щеках все еще блестели дорожки слез, но глаза уже были сухими. Она
– Не совсем, – Нейман слабо улыбнулся. – Да, я поспособствовал твоему появлению здесь. Но поверь, это только в твоих интересах. Разве ты не чувствуешь, что меняешься?
В ее глазах мелькнуло недоумение, перешедшее в подозрение.
– Я догадываюсь, что с тобой сейчас происходит, – в голосе профессора мелькнули отеческие нотки. – Не нужно бояться этого, нужно принять.
– Принять? – Лика возмущенно приподнялась. – Вы даже не представляете…
– Дальше будет еще хуже, – оборвал он ее. – Теперь тебе нельзя оставаться на базе.
– Зачем же вы притащили меня сюда? – удивленно выдохнула она.
– Понять, что с тобой не так, и разбудить альфа-ген, который у тебя почему-то стал рецессивным. Этого хотел твой отец. Но, похоже, я опоздал. У тебя овуляция, Лика. – Его слова заставили ее вздрогнуть и покраснеть. – Не такая, как у обычных женщин. Твои половые железы начали выделять особый гормон, который воздействует на мужчин. На кого-то больше, на кого-то меньше. Весь процесс происходит на уровне подсознания, так что обвинить наших парней в несдержанности нельзя. Они даже толком не понимают, почему их к тебе влечет. Я догадывался, что однажды это случится, потому и согласился помочь твоему отцу. На материке ты была бы в большой опасности.
– А здесь нет? – она язвительно усмехнулась.
– А здесь под контролем, – он твердо ее поправил.
– И… что же мне делать?
– Пить таблетки… Или найти мужчину на ближайшие десять дней.
– Десять…что?!
– В среднем это продолжается десять дней. Раз в три месяца. – Голос Неймана звучал по-деловому сухо. Даже не верилось, что подобным тоном можно обсуждать столь деликатную проблему. Но, как ни странно, этот тон подействовал на девушку успокаивающе, она почувствовала себя студенткой, слушающей лекцию о половом созревании. – Именно поэтому женщины-веры в резервациях никогда не бывают одиноки. Течка, как они ее называют, не поддается здравому смыслу, это зов природы, доставшийся вам от предков-животных.
Лика опустила голову, обдумывая слова Неймана. Он озвучил то, что она уже знала, но не хотела воспринимать, как часть себя.
– И что, по-вашему, разбудило этот чертов ген? – глухо спросила она.
– У меня есть пара теорий. Как насчет того парня, что приезжал за тобой?
Девушка невольно напряглась.
– Почему он вас интересует?
– Он очень похож на Захара Стромова. Прямо один в один. И я догадываюсь, что он не просто так здесь появился. Я прав?
Лика поджала губы. Что она знала о Стромове? Слишком
Сейчас, в эту секунду, она поняла, что чувствует единение с ним. Это было странно, необъяснимо, не поддавалось никакой логике, но Лика вдруг поймала себя на том, что готова его защищать.
– Я ничего не знаю, – твердо проговорила она.
Нейман окинул ее внимательным взглядом.
– Не сомневаюсь. Но боюсь, именно встреча с ним спровоцировала изменения в твоем организме.
Опустив голову на руки, Лика потерла виски и вздохнула. В голове стоял серый туман, в котором тонули все мало-мальски здравые мысли. Ситуация казалась безвыходной. Лика чувствовала себя загнанной в угол и даже не представляла, что делать дальше.
– Я не знаю, – честно призналась она, – просто не знаю, что делать. Такое ощущение, что все это кошмарный сон. Я сплю и вот-вот проснусь… – Подняв голову, она вскинула на Неймана умоляющий взгляд. – Помогите… Мне страшно…
– Не бойся. Я здесь именно для этого, Лика, чтобы помочь тебе, – он снова погладил ее по макушке. – Но ты должна слушать меня, согласна?
– Разве у меня есть выбор? – она обреченно пожала плечами.
– Конечно есть, я его уже озвучил.
– Найти мужчину на десять дней? Нет, обойдемся без крайностей.
– Хорошо. Я дам тебе препарат, который пьют девушки-веры.
– Что именно он делает?
– Помогает стабилизировать уровень гормонов. Мужчины перестанут так откровенно реагировать на тебя.
– А… желание… он тоже снизит?
– В какой-то мере – да, – Нейман кивнул, – но не слишком на это надейся. Мы испытывали его на животных, и у всех оно действовало по-разному. Эффект сугубо индивидуальный. К тому же это средство не противозачаточное. Об этом тебе тоже придется побеспокоиться самой.
– Тогда в чем смысл этого препарата? – Лика раздраженно фыркнула.
Ее настроение снова стало стремительно портиться. Буквально на секунду ей показалось, что вот-вот забрезжит свет в конце тоннеля, но нет, они продолжали топтаться на одном месте.
– Его смысл – избавить тебя от ненужных поклонников и опасности быть изнасилованной, – жестко припечатал Нейман. – Или ты не думала о такой перспективе?
Не думала…
Девушка опустила голову, пряча горящие щеки.
Нейман кивнул в сторону чемодана:
– Перебраться в общежитие плохая идея, особенно сейчас. Тебе нужно жилье за территорией базы.
– У меня его нет, – Лика уныло ссутулила плечи.
– А где ты провела эту ночь?
– В отеле. Но снять номер на постоянно я не могу, у меня нет таких средств.
– Понятно. А как насчет твоего… – Нейман сделал паузу, подбирая подходящее слово, – друга? Ты могла бы пожить у него?
Лика вспыхнула.
– Нет! – ответила она слишком поспешно, что не укрылось от внимания профессора.