Единственная для принца

Агатова Анна

Маструрены позволили содержать дочери этот особнячок при условии абсолютной конфиденциальности о личности женщины, проживающей здесь. Ибо это позор, когда незамужняя дочь уходит из дома родителей!

Под тихий треск дров в камине ароматный чай был выпит, суета и напряженность дня стали тихо растворяться, голова прояснялась и мысли снова сворачивали на дела. Дамиан встал, подойдя к креслу княжны, поцеловал её в лоб, как сестру, и с благодушной полуулыбкой произнес:

– Как же у тебя хорошо! Да будет дом твой благословлен Плодородной, княжна. Спасибо

за передышку.

Она лишь слабо улыбнулась в ответ, подняв к нему грустное лицо. Всё то время, пока принц отдыхал, женщина молча смотрела в огонь, думала, иногда что-то черкала грифельным карандашом в маленькой конторской книжице, больше похожей на небольшой альбом. Теперь она отложила свои записи и встала.

– Богиню в пути, мой реджи. Вас проводить?

И видя её нежелание никуда идти из этого тихого уютного места, пусть даже до прихожей, принц отрицательно качнул головой и направился к выходу сам.

В замке, почти у входных дверей, его ждал секретарь, Марк Апрельский. С легким поклоном сообщил:

– Мой реджи, ваша матушка изъявила желание видеть вас тотчас же, как вы появитесь.

«Ему не в секретари, ему ко мне в ведомство нужно, – меланхолично подумал принц, разворачиваясь в сторону рабочего крыла замка, где располагался кабинет матери. – Как он смог вычислить, что меня нужно ждать по возвращении именно у этого входа?»

Построением предположений на этот счет Дамиан и развлекался все время пути до кабинета матери. А то, что разговор будет именно там, он не сомневался. Слишком говорящим был взгляд королевы на ужине. И именно потому он ушел к княжне – чтобы передохнуть, расслабиться, накопить положительных эмоций перед наверняка трудным и точно неприятным разговором.

– Добрый вечер, ваше величие!

Принц сам широко распахнул обе створки двери кабинета, пройдя через секретарскую с несколькими конторками помощников. Матушка подняла глаза от бумаг, лежащих на её огромном столе.

– А вот и ты, сын мой.

Королева встала и прошла к дивану у стены, предлагая принцу занять кресло напротив. Сервированный к чаю столик и обращение «сын мой» должны были располагать к теплой семейной беседе, но кабинет… Нет, разговор точно не будет теплым. А вот семейным… На ты? Значит, касаться будет всё же семьи.

– Могу ли я поинтересоваться, где ты пропадал, сын мой?

– Безусловно, матушка, вы можете поинтересоваться, а я с радостью вам отвечу, – нужно было выдерживать предложенный вежливый тон. – Зашел на чашку чая к княжне Маструрен. У неё великолепный сбор горных трав.

Матушка легко улыбнулась. Приподняла маску? Значит, разговор точно семейный. Но почему тогда в кабинете?

– Стоит заказать такого же и нам?

– Не стоит. Я же тогда лишусь повода бывать у княжны, – улыбнулся принц.

Матушка все также улыбалась едва заметно и смотрела в свою чашку, потом подняла глаза.

– Сын мой, это она?

– Милэда? Нет, матушка, вряд ли. Мы слишком давно знакомы, чтобы я этого не заметил. Мне просто приятно общаться с её светлостью.

Матушка пристально смотрела на сына.

– Но я была бы рада, если парой окажется она.

Принц

ободряюще улыбнулся прежде, чем сказать:

– Я буду держать этот вариант в запасе.

Матушка едва заметно выдохнула и снова перевела взгляд, блуждавший по столу, на принца .

– Боюсь, это не вариант. Дамиан… Сынок, что ты знаешь о Поиске?

А вот это уже очень сильно заставило напрячься – выдох, который ещё чуть-чуть и можно было бы принять за тяжкий, обращение по имени и уж совсем все плохо – «сынок». Кажется, сегодня околичностей не будет. Сегодня все напрямую, все в лоб.

Третья Рука сама вырвалась из тела и судорожно потерла лоб. Маленькая пауза, чтобы справиться с эмоциями, и:

– Да, матушка, знаю немного. Это ритуал, который проводится для наследников, если к двадцати пяти годам они не находят свою пару. Парой может стать любая молодая женщина вне зависимости от её происхождения и рода занятий. Исключая замужних, естественно.

Матушка пила чай, глоток за глотком, не отводя взгляда от сына.

– Всё верно. А ещё что-то знаешь?

– А есть ещё что-то? Я вот, например, не понял, как определить, что уже её встретил. Наш оч’Ивар очень размыто сформулировал. Что-то вроде «не сможешь пройти мимо». Не очень-то это объясняет принцип действия ритуала.

Принц по-детски пожал плечом Третьей Руки. Королева слушала, не перебивая, сделала ещё глоток чаю и отставила чашку, вновь уперев взгляд в столешницу. Принц тоже внимательно её оглядел. Не найдя ничего замечательного, перевел взгляд на лицо матери. Может, она пытается словить свое отражение в полированной поверхности? С чего бы? Она хороша, всё идеально. Как и всегда.

– Я расскажу тебе, сынок, – принц едва не вздрогнул от слова «сынок», – свою историю. Так, вероятно, будет понятнее.

– Но ведь вы, матушка, не проходили обряд Поиска?

– Да, мне повезло встретить вашего со Львом отца до наступления моего двадцатипятилетия. Однако главным в этом деле является не возраст. Главное здесь то, что мы полюбили друг друга. И да, я действительно не смогла пройти мимо. Это произошло, когда мне было уже двадцать два. Я по настоянию своего отца, весьма озабоченного поисками моей пары, инкогнито присоединилась к дипломатической миссии, отбывающей в Сведессию. Батюшка не торопился покидать трон, понимая, что не женское дело – править королевством. Но, кроме меня, Плодородная не послала ему наследников, очевидно, за что-то гневаясь на него.

Эту печальную историю принц знал хорошо. Дед его, кутила и бабник, даром, что король, мог прогневить кого угодно, а не только милосердную богиню плодородия. И старшей его дочерью была нынешняя королева – Ильдария, дочь его первой жены.

Все его дети от последующих браков и связей на стороне не доживали до двухлетнего возраста и по разным причинам погибали. Это было понятно, и после нескольких первых случаев не осталось тайной. Но, как ни странно, даже зная о том, что судьба таких детей предрешена, находились женщины, решавшие рискнуть. И вплоть до самого преклонного возраста рядом с королём возникали те, кто готов был попробовать родить ему ещё наследников.