Единственная
Шрифт:
— Ты и я можем изобразить это, но твоя дочь, боюсь, еще пока не очень опытная актриса.
— А когда они с Ласло меня дурачили, у нее неплохо получалось, — огрызнулся он.
— А много ли ты уделял ей времени, со всеми твоими проблемами с лесопилками, загонами для скота, жеребятами твоих рысаков?
Быстро глянув в его глаза, она поняла, что попала по больному.
Улыбающийся юный официант-мексиканец указал им свободный столик. Принял заказ, устремился к кухне. Они же вновь вернулись к разговору.
— Но теперь, когда
— Для этого ты и женился на мне, не так ли? Нам же остается быть терпеливыми и молиться, чтобы, как только мы вернемся в Прескотт, слух о нашем затянувшемся ухаживании заглушил пересуды о ее страстной увлеченности Ласло и разрыве помолвки.
— Может быть, все-таки есть еще шанс уговорить Эдварда жениться на ней, — задумчиво сказал Колин.
Вилка Мэгги со звоном упала на тарелку.
— Еще один брак по расчету? — Она помрачнела, но прежде, чем он ответил, продолжила:
— Это только усложнит ее проблемы. Даже если бы он и смог простить ее неосторожный поступок — а мы оба знаем, что есть мужчины, способные на это, — она-то его все, равно не любит.
— Но шесть месяцев назад она, похоже, с радостью приняла его предложение.
— Да ведь она была девочкой с горящими глазами, за которой ухаживал мужчина постарше, видный, процветающий адвокат, которого одобряет даже отец.
Голос его зазвучал угрожающе тихо, когда он спросил:
— Так ты хочешь сказать, что она согласилась на помолвку только для того, чтобы доставить мне приятное?
Мэгги ощутила, как он ощетинился, и попыталась успокоить его отвратительный шотландский темперамент, чтобы не потерять возможности, когда все разъяснится, выступать вместе, помогая Иден.
— Нет, это произошло неосознанно с ее стороны, и ты тут не виноват. Вещи такого рода часто случаются с богатыми девушками, выросшими в тепличных условиях.
— Как, например, с тобой? — В то же мгновение, когда Колин задал вопрос, он был готов откусить себе язык. Но он должен был знать, несмотря ни на что. Подруги по несчастью.
На ее лице одновременно отразились осторожность и задумчивость.
— Мой отец был богатым бостонским торговцем. Он создал своим дочерям все условия и ожидал, что они соответствующим образом выйдут замуж. И мои сестры так и сделали. Я же, романтическая дурочка, ждала большего.
Это объединяет вас с Элизабет. Она опустила глаза и увидела, что крутит на пальце кольцо.
Колин тоже обратил на это внимание. Не сводя глаз с кольца, он сказал:
— Оно переходило в семье моей матери из поколения в поколение. И это единственная вещь, которую я парнем прихватил с собой, покидая Шотландию.
Ей стало внезапно легче. По крайней мере, он не покупал его для первой жены. Ей было страшно снять его и обнаружить внутри какую-нибудь выгравированную надпись. Быстро поднеся салфетку к губам, она изящно их промокнула и сказала:
— Я думаю, перед тем, как лечь спать, я должна
— Да, насчет того, чтобы лечь спать… — начал он.
Она приняла царственную позу, словно королева Виктория, ожидающая новостей. Но что же он собирается сказать: «Ты ляжешь на кровати, а я на полу? Или бросим жребий, кому достанется кровать?» После долгих лет упражнений в азартных играх она наверняка выиграет.
— Когда мы окажемся в «Зеленой короне», у тебя будет своя спальня. А теперь ты иди первая и ложись. Я же проведу ночь на кушетке, которая имеется у нас в номере.
Мэгги представила себе, как длинные ноги Колина Маккрори скрючиваются на маленьком диванчике, и это зрелище чуть ли не заставило ее улыбнуться.
— Не будь смешным. Постель достаточно большая для двоих — чтобы спать, — подчеркнула она. Затем она все же не удержалась от легкой улыбки. — В Новой Англии есть старинный обычай, называется бандлинг. Может быть, ты слышал о нем?
— Да. Он и в Шотландии есть. — Он иронически поднял бровь. — Что же, ты хочешь, чтобы я пошел на поиски той доски, которую мы положим между нами? Так, англичанка?
Мэгги недаром семнадцать лет играла в покер.
— Нет, шотландец. Я не думаю, что она нам понадобится, — ответила она с непроницаемым лицом. Получил?
После того как Мэгги переоделась в пеньюар и расчесала волосы, невозмутимость ее сменилась чудовищным волнением. Что за безумие овладело ею, когда она предложила ему половину постели? Она уставилась на постель, и под ее взглядом двуспальная кровать, похоже, уменьшилась в размерах. Если бы он только не был столь холоден и высокомерен, объявляя о своем жертвенном решении — спать на кушетке.
— Он сделал это только для того, чтобы подчеркнуть формальность нашего брака. И чтобы наказать себя за то, что так страстно томится по моему телу, — бормотала она, как ненормальная, отбрасывая покрывало с кровати. — Лицемер, пуританин, шотландец… Просвитерианин!
Она задула лампу и бросилась на кровать, устраиваясь на самом краю, подальше от двери. В номере стояла удушающая атмосфера, как перед неминуемым летним ливнем. Она нарочито выбрала самый скромный из пеньюаров — с высоким воротником и длинными рукавами. В нем было жарко, и от этого она чувствовала себя еще более несчастной.
Беспокойно прокрутившись чуть ли не час, Мэгги откинула простыню и села, выругавшись.
— Какого черта он не приходит. Мы бы уже давно оба спали.
Так бы ты и заснула, если бы он лежал рядом, — насмешливо сказал внутренний голос. Она спустила ноги с края кровати, при этом подол пеньюара складками собрался на бедрах.
В этот самый момент Колин открыл дверь и вошел в полумрак комнаты. Полумрак, если бы не лунный свет, падающий в окно, заливал кровать и обрисовывал пару длинных стройных ног, прекрасных, именно таких, как он себе представлял.