Еду в сад
Шрифт:
Фёдоровна. Нет, уж мы по одному рожали… а вы-то тем более. Я Вадима родила, ушла жить к маме. С мужем я сошлась так просто, не любила. Родился Вадим, я им совсем не занималась. Помню, у соседей через забор был пожар, я Вадима схватила ночью, завернула в одеялку, выбежала, положила его на землю, а сама давай ведрами воду носить. К утру все прогорело, наш забор, а на дом не перешло. А я хватилась – где же мой Вадим? А он так и провалялся на земле всю ночь. Я была активная! У Вадима сынок, Сереженька,
Валера. Не навещают они тебя, бабушка?
Фёдоровна. А нет, нету! А раньше у детей разница в возрасте была большая. Старшему, к примеру, шестьдесят… а младшенькому сорок. Вы тоже можете родить еще через лет пятнадцать.
Валера. Только через мой труп!
Светлана. Отчима не хочется ребенку на голову навязывать.
Ира. Этого не знаешь как на ноги поставить. И молишься и молишься, только бы дожить!
Валера. Закалять надо! Каждое утро холодной водой ухо, горло, нос. Я Антона закалял!
Татьяна. Кто же зимой закаляет, дуралей!
Валера. Если бы не Татьяна, я бы его закалил. Надо холод, открытые окна, водой обливание…
Светлана. Вот сейчас у нас будут такие условия. Будет обливание. Я сегодня не на дежурстве… Мы с Таней их скатертями всех укроем, полиэтиленкой… Нигде ничего не посушишь… Нечего сказать. Спасибо тебе, Татьяночка, что ты пригласила меня бесплатно нянчить твоего Антошу, пока ты отдыхаешь на работе, да еще без крыши над головой. Хотя я имею такие же права жить на этой даче одна и без твоего согласия.
Валера. Раз-ли-ва-ю! Последняя. (Разливает.)
Все пьют. Ира вышла в комнату.
Фёдоровна, у вас нет лекарства настойки календулы?
Фёдоровна (осторожно). А это от чего?
Валера. Это от горла.
Фёдоровна. Нету, нет, Валерик, я полощу лопухом. Тебе нарвать?
Валера. А у вас нет настойки лимонника, экстракт космонавтов элеутерококк?
Фёдоровна. Нет, нет, Валерик. А это от чего?
Валера. Это от пониженного тонуса. А какая-либо настойка есть?
Фёдоровна. На спирту?
Валера. Само собой.
Фёдоровна. Есть, Валерик, но тебе не подойдет. Настойка йода.
Валера. Послаще чего-нибудь.
Фёдоровна. Чего-нито найду. (Выходит.)
Входит Ира.
Ира (решительно).
Светлана (быстро). Никто не говорит! Давай поменяемся.
Татьяна. Мы переедем сюда, и всё. Ты туда!
Валера. Что я говорил? Без бутылки ни-ку-да! И всем стало весело.
Ира (возбужденно). Маме позвонила Фёдоровна и сказала, что некому на той половине жить, дом без жильцов разваливается. Я приехала, все вымыла, побелила рамы в комнате, стекла помыла… Через неделю приезжаю с вещами, с холодильником, с ребенком, на машине, и вот тебе и раз! Вы уже заняли, что я помыла. Интересно. (Сидит, повесив голову. Ее развезло.)
Валера. Что было, того не вернется. Закон джунглей!
Ира. Скандал мне устроили.
Валера. Они ду-ры! Дуры. Сами не понимают своего счастья. Теперь живо! Все вымыть и ей сдать. Они там не заплевали. И ты въедешь туда, а холодильник я на тачке сволоку.
Ира. Нет, у меня уже нет сил переезжать. Я предлагаю, чтобы мы имели одинаковые права. Мы все платим за меня по восемьдесят рублей. А то вы живете бесплатно на моей площади.
Валера. Хорошо, скидываемся по восемь червонцев, и что будет? Нам от этого что перепадет?
Ира. Почему я должна платить, если вы все заняли?
Валера. Допустим, мы платим. А дальше как живем?
Ира. Я здесь остаюсь, вы там.
Светлана. Нет. Ты не поняла. Мы как раз берем на себя всю оплату и переезжаем сюда.
Ира. Прекрасно. А я без крыши с больным ребенком.
Татьяна. Ну ладно. Давайте так: мы покрываем крышу, Валерка покроет, а ты пускаешь наших ребятишек и бабку ее под крышу.
Ира. На терраску?
Светлана. В комнату, в комнату. Здесь холодно.
Ира. А мы? У него же тридцать девять и шесть!
Светлана. А как мы поступаем всегда? Мы, медики? Отгораживаем чем есть: ширмой, одеялами… Моем хлорной известью.
Ира. Но дождя-то нет.
Татьяна. Да уже еле держится, посмотри!
Светлана. Мы его отгородим, самое главное ему сейчас – это тепло. Мы надышим. Ира. И берем расходы на троих. По восемьдесят.