Ее бабник
Шрифт:
— Почему? — покачала головой.
— Вдруг еще родит раньше времени, — ласково погладил ее еле заметный животик. — Да и пристроена она в надежные мужские руки, — пояснил он. — А ты еще нет!
— Я тебе, что бездомное животное?! — возмутилась, выходя из-за Маришки, с трудом сдерживающей смех.
— Заметь, ты сама это сказала, — захохотал Леха, да и все наши заржали. Вот же! Весело им!
— Ты попал! — сжав кулаки, стала надвигаться на него.
— Дикарка! — выкрикнул, сквозь смех, отступая от
— Попалась, пташка?! — оскалился тот.
— Ну, вы тут пообщайтесь, — крикнул Леха, возвращаясь назад.
— Леха, вернись! — заорала я, пытаясь вырваться из рук Макса.
— Тебе, что меня мало! — раздраженно буркнул тот, кого на данный момент, видеть совсем не хотела. — Так я постараюсь, даже довольна останешься.
— Тебе, что заняться больше нечем? — разозлилась. — Так устройся на работу, глядишь, пользы будет больше.
— Самая умная!? — пришёл Макс в ярость.
— Да уж не тупая! — выдохнула в его лицо, а затем добавила. — В отличие от некоторых.
— Стерва! — встряхнул меня за плечи, сверля злобным взглядом.
— Что, сказать больше нечего? — усмехнулась я.
— Я много чего могу, — прижал к себе еще крепче. — А твой поганый язык вырву к чертям собачьим, чтобы…
— Правду слушать всегда неприятно, — фыркнула, цепляясь за его плечи. — Тем более о себе любимом, — пропела, радуясь, что смогла задеть его за живое, а сама малость прибалдела в мужских объятиях, тем более пальцы уже не впивались в мое тело, а нежно поглаживали.
— Что ж с тобой так сложно? — как-то грустно выдохнул он, потираясь носом о мою щеку.
— Потому что не стремлюсь раздвинуть перед тобой ноги, — пробормотала, тащась, что даже бабочки оккупировали мой живот, наводя там хаос.
— А перед кем желаешь? — напрягся он.
— Это тебя не касается… — начала я.
— Ошибаешься! — перебил, снова сжимая в своих руках мое хрупкое тельце.
— Нет! — выплюнула. — Ты мне никто и звать тебя никак, чтобы перед тобой отчет держать.
— А что ж ты тогда тащишься в моих объятиях, словно кошка при случке? — вскипел Макс.
— Так грех моментом не воспользоваться, — усмехнулась в ответ.
— Так зачем дело встало? — снова встряхнул. — Сейчас, пользуясь моментом, оттрахаю тебя за углом и дело с концом.
— Облезешь! — забрыкалась в его руках, желая вырваться на свободу.
— Послушай… — схватил меня за плечи. — Давай уже трахнемся, чтобы обоим не мучиться…
— Ну, уж не! Я на такое не подпишусь никогда! — уперлась ладонями в его грудь. — Тем более, ты герой не моего романа.
— Да оставь ты уже эти розовые сопли про любовь, — фыркнул он. — Нет ее! Это только сказки для маленьких девочек…
— Тебя, что обидели в детстве? — ухмыльнулась,
— Заткнись! — зашипел мужчина.
— Что, всех теперь гребешь под одну гребенку? — не унималась я.
— Ты не поняла? — ух, даже желваки заходили ходуном.
— Так знай, что не все такие…
— Да, заткнешься ты когда-нибудь? — оттолкнул меня от себя и довольно сильно, что чуть не упала, но, покачиваясь из стороны в сторону, устояла все-таки на ногах.
— Псих! — выкрикнула. — В дурку тебе нужно, чтобы мозги поставили на место.
— Тварь! — бросился на меня, но я успела увернуться и бросилась к своим подальше от этого идиота.
— Ну и как она, любовь-морковь? — вырос передо мной Леха.
— Свали! — огрызнулась на него, пыша гневом, словно дракон.
— Респект Максу! Так раззадорить тебя не каждый может! — заржал этот гад.
— Знаешь что? — схватила его за грудки, что даже все в округе притихли. — Катился бы ты вместе с Максом далеко и надолго.
— Оу! Остынь! — оторвал от себя мои руки. — Без резких движений, — поднял руки вверх. — А то даже страшно как-то…
— Вот и правильно! Бойся! — развернувшись, поспешила прочь.
— Лена!? — позвала меня Маришка, но я не оглянулась, даже шага не сбавила, потому как нуждалась в передышке, а то ведь еще порву кого-нибудь, как Тузик грелку.
— Лен, — нагнал меня Леха.
— Чего надо? — все так же, не сбавляя шага.
— Прости дурака?! — выпрыгнул передо мной, что даже пришлось резко остановиться, чтобы не врезаться в него. — Виноват! — покаялся он. — Ведь хотел, чтобы ты обрела свое счастье…
— Не смеши меня, — перебила его исповедь. — С “ним”! Априори быть не может.
— Это мы еще посмотрим, — усмехнулся Леха.
— Опять за свое?! — возмутилась, пытаясь его обойти.
— Я понял! — отошел в сторону. — Не сегодня! Тебе остыть нужно! Сил там поднабраться… перышки подлатать…
— Леха! — грозно развернулась к нему. — Отвянь!
— Не могу! Ты так смешно злишься…
— Оу! Там кажется Дашку твою обнимают, — перебила парня, желая поскорее от него отвязаться.
— Убью! — взревел он, исчезая в мгновение ока.
— Круто ты его! — подоспела Маришка.
— По-другому с ним никак, — развела руками.
— Да забей, — улыбнулась она. — Не стоят они твоего внимания.
— Им-то не вобьешь это в голову, — вздохнула тяжело. — Ты сегодня домой?
— Ага. Олежка вечером приезжает, — поведала она.
— Ну, тогда лети к своему Дьяволу, — усмехнулась.
— Скажешь тоже, — погладила свой еле заметный животик. — Олежик, он…
— Ой, все! — осадила ее, не желая слушать дифирамбы в адрес Олега. — Избавь меня от этого.