Ее бабник

Швайг Лилия

Эх, все-таки счастливая она, такого самца приручила, теперь вот ляльку ждут. Хм, а животик ей к лицу!

Пока весила куртку, Олег уже утащил Маришку на кухню, ну и я поскакала вслед за ними, только Макс и тут не упустил момента поиздеваться надо мной. Хорошо так пихнул меня своей костлявой задницей, что я ударилась плечом о стену.

— Не лезь вперед батьки в пекло! — расплылся в ехидной улыбке.

Блин, жаль, что я не садистка, но на данный момент и в этой ситуации желала сделать из него гуинплена. Но

что-то его насторожило, может быть зловещее выражение на моем лицо, что Макс сначала отшатнулся, как от прокаженной и быстро так свалил за сладкой парочкой.

То-то же! Бойся! Елена Прекрасная идет за тобой! Прислонившись к стене, выдохнула, собираясь с силами, поспешила на кухню. Там уже все сидели за столом, на котором в чашках дымился чай, а порезанный на кусочки торт, красовался в центре стола.

А вот Маришка поглощала чернику, прямо из пакета, жмурясь от удовольствия. Хмыкнув, положила себе на тарелку кусочек торта, поставив перед собой, поддела ложкой сладкое лакомство, отправляя себе в рот. Смакуя, сделала глоток чая, держа чашку в руках.

— Мы тут с Олегом подумали и решили, что вы оба будете крестными нашему малышу, — прощебетала Маришка.

Честное слово, нельзя преподносить такую новость за столом, не подготовив заранее. Нет, я конечно, за и руками, и ногами, но… Из нас получится убойная парочка крестных. В общем, бедный ребенок!

Короче, все сладкое лакомство встало поперек горла и даже попало не туда… И все это оказалось на Максе! Еще и рукой махнула, пытаясь прикрыть рот, да не удачно, чай тоже выплеснулся на него.

— Блять! — подскочил тот. — Руки у тебя не из того места растут…

— Слюнявчик надо подвязывать, раз жрать аккуратно не умеешь, — не упустила момента поддеть его.

— Рот закрой! — зарычал на меня, сжимая кулаки.

— Это тебе урок! Не годишься ты на роль крестного! — выпалила я.

— Хватит! — рявкнул Олег. — Вы же в гостях!

— Маришка, я позвоню, — вылетела в прихожую, быстро натягивая сапоги и схватив куртку, покинула квартиру.

Игнорируя лифт, сбежала по лестнице вниз, а там на улице наконец-то вдохнула в себя глоток свежего воздуха.

Хоть предложение и заманчивое, но я откажусь. Не выйдет из этой затеи ничего путного, еще и ребенок попадет под горячую руку.

Поскакала прочь со двора дома, но тут же дорогу перегородила тачка, и Макс прорычал в открытое окно:

— В машину села!

— Да пошел ты! — фыркнула и направилась дальше.

— Я кому сказал? — раздался голос этого упыря над самым ухом и в следующее мгновение, схватив меня за локоть, потащил за собой.

— Точно не мне! — огрызнулась в ответ.

— Лучше молчи! — зарычал он, закидывая меня на переднее сидение, сразу блокируя дверь.

Молча сел за руль, под мой ничего непонимающий взгляд, рявкнул:

— Олегу обещал, что доставлю тебя домой!

—

Не стоило так утруждаться… — но осеклась, глядя Максу в глаза, полыхающие яростью и обещающие, если не заткнусь, придушить меня при первой возможности.

Отвернулась от него и сразу зажмурилась от страха, так как машина сорвалась на полной скорости, словно мы шумахеры, да и ехали, вернее летели, словно торнадо, обгоняя и подрезая всех на своем пути.

Не сразу поняла, что мы остановились, только когда он рявкнул:

— Пошла вон! — вылетела из машины.

В себя пришла уже в комнате с катившими по щекам слезами.

— Сволочь! — уткнулась в подушку, продолжая рыдать.

Глава 8. Макс

Вечером я собрался ехать к родителям. Все же обещал им, что буду, во что бы это мне не стало. Безумно надеюсь, что наши семейные посиделки не закончатся скандалом, битьем посуды и угрозой оставить меня на мели.

Я привык, что полностью сижу на их шее в финансовом плане. Делаю, что хочу и не в чем себе не отказываю. Разве не о таком мечтают большое количество парней?

Хоть меня и тыкают носом за бездарный характер, лень и другие мои не лучшие качества, я все равно продолжаю делать то, что делал. И на этом не собираюсь останавливаться.

Мне нравится а, значит, пусть другие ждут и надеются, что удастся меня переубедить. Или я повзрослею. В последнее мало верится даже мне, но надежда умирает последней.

Вышел из машины, направляясь к двухэтажному дому. Только мне стоило переступить порог, как нарисовался дом работник, но ему и рта не удалось открыть под вопли матери.

— Сынок! Сынок! — вылетела в коридор женщина с темными длинными волосами, большими синими глазами. Ее строгое платье, осанка и невозмутимое лицо куда-то испарились. Сейчас передо мной была обычная уставшая мать, которая встречает сына так, будто он вернулся из армии.

Я улыбнулся, хотя в душе не мог угадать, откуда это такие перемены в настроении. Куда делся привычный высокий хвост? Вместо него распущенные локоны. Наряд сменился на более простой: розовая рубашка и классические черные брюки. А так же ноль косметики на лице. Что происходит?

— Сынок! — прижала меня к себе, а я в ответ приобнял ее за плечи. Не люблю эти нежности.

— Я так рада тебя видеть! — пробормотала, поднимая на меня глаза, светящиеся счастьем.

— Эмм…я тебя тоже! — ответил.

— Как добрался?

— Нормально.

— Как настроение?

— Нормально.

— Что-то стряслось? — встревожилась.

— Нет, с чего ты взяла? — удивленно посмотрел на мать, которая меня раскусила.

— Ты просто странно смотришь…

— Как это? — походу переиграл. Если честно, ее поведение меня сильно напрягает.