Ее Валентинов день
Шрифт:
Он поцеловал ее в макушку и направился к двери.
– Буду мило с ней разговаривать в той техасской манере, как ты меня научила, когда я был молокососом. Она будет сама просить нас принять от нее это ранчо.
Подойдя к двери, Макс оглянулся и снова увидел печальный, рассеянный взгляд. Такое выражение лица у нее было, когда мама думала о Джино, его старшем брате, умершем несколько месяцев назад. От этой глухой тоски в материнских глазах у Макса защемило сердце. Он сделал бы все что угодно, лишь бы снова обрадовать ее. Все что угодно.
И именно ради
ГЛАВА ВТОРАЯ
– Итак, расскажи мне, Си Джей, — попросил Макс, искоса бросив на Кэрри взгляд.
Они покинули автостраду и свернули в мрачный промышленный район, вид которого внушал уныние. На горизонте сверкнула молния.
– Как теперь живется на ранчо?
Кэрри взглянула на него и покачала головой. Она не могла взять в толк, о чем речь.
– На каком ранчо?
«На том самом, которое ваша семья похитила у нас, — цинично усмехнулся он про себя. — Или ты собираешься делать вид, что этого никогда не было?» Но вслух сказал:
– На ранчо, где ты живешь, конечно.
Она покачала головой. Что Мара сказала этому человеку, когда уговаривала его провести с ней вечер? Конечно, у ее подруги иногда случаются полеты воображения... Но сейчас это было нелепо.
– Я не понимаю тебя, — удивленно ответила она.
– А! Полагаю, что ты — обыкновенная простая техасская девушка. — В его голосе слышался сарказм.
Но она кивнула:
– Да, так оно и есть.
– Почему все техасцы, которых я встречал на своем веку, всегда пытаются прибедняться? Хотя при этом несметно богаты и владеют десятками акров земли.
Она растерялась. Не могла же Мара сказать, что Кэрри из богатой семьи!
– Но техасцы и вправду большей частью обычные средние люди, — возразила она в свою защиту.
— Se non ё vero, ё ben trovato [1] .
Он и так говорил непонятные вещи, а теперь, когда еще и по-итальянски, Кэрри совсем была сбита с толку.
1
Даже если все неправда, это хорошая история (ит).
– Знаешь, что, — обвиняюще произнесла она, - а ведь ты совсем не техасец. Что-то не очень ты смахиваешь на жителя наших мест.
– Grazi [2] , — ответил он, небрежно пожимая плечами. — По крайней мере наполовину я точно техасец.
О! Наполовину! А другая половина явно была итальянской. Как могла Мара упустить эту маленькую подробность? Кэрри нервно теребила прядь волос, теряясь в догадках, по какой причине такое могло произойти.
– И что же означала сказанная тобой фраза?
2
Спасибо(ит.)
Улыбка тронула его губы.
— Я сказал, что это хорошая история, даже при том,
Но не успела она возмутиться, как в кармане его пиджака зазвонил мобильник. Он вытащил телефон и посмотрел на дисплей, где высветился помер абонента.
— Это моя мама. — Его брови удивленно приподнялись. — Она звонит из Венеции.
— Твоя мама?!
— Si, Maма [3] .
Подъехав к обочине, он прислонил мобильник к уху. И принялся разговаривать по телефону — на итальянском языке, как Кэрри и предполагала. Потом внезапно спросил у нее:
3
Да, мама (ит.).
— Ты хотела бы поговорить с моей мамой?
Кэрри в ужасе уставилась па этого странного человека. С какой стати ей разговаривать с его мамой?!
— Не очень, — отказалась она, качая головой. Сказав еще пару фраз по-итальянски, он сложил телефон. Потом перевел карие глаза на Кэрри, пристально изучая ее:
— Значит, старая обида еще жива? — Его голос звучал сухо.
— Я не понимаю тебя...
— Тогда почему ты даже не желаешь разговаривать с моей мамой?
— Да о чем я должна разговаривать с твоей мамой?!
– Кэрри вконец вышла из себя. — Например, о том, как ее сын ведет себя на первом свидании? Но мне не хотелось бы начинать вечер с оскорблений.
Макс рассмеялся, оценивающе глядя на нее. И получил в ответ полный негодования взгляд.
— Но послушай... — Улыбка слетела с его лица, а брови озадаченно нахмурились.
– Получается какая-то ерунда. Мама сказала, что кто-то прислал ей сообщение, будто я опоздал на встречу с тобой.
– Он пожал плечами, недоуменно хмыкнул и взглянул на нее как бы в ожидании объяснений.
– Но я пришел даже раньше назначенного часа!
Она выдержала его взгляд.
— Ты опоздал.
Он нахмурился еще больше.
– Выходит, ты уже начала звонить людям и жаловаться?
– Я никому не звонила.
– Значит, кто-то еще узнал об этом и позвонил моей маме.
– Твоя мама в Италии. Какая ей разница, вовремя ты пришел на встречу со мной или опоздал?
Его губы растянулись в снисходительной улыбке, а быстрый пронизывающий взгляд заставил Кэрри заерзать на кожаном сиденье. Забавно, несмотря на раздражение, этот мужчина, несомненно, нравится ей.
– Потому что она заботится обо мне, — проговорил Макс, ведя машину по оживленной трассе. — И хочет, чтобы мы поладили. Ради старых времен.
Когда она ломала голову над тем, что он имеет в виду, снова зазвонил мобильник. Макс, боковым зрением глянув на дисплей, узнал номер Тайто.
– Где ты? — раздался в трубке бодрый сочный тенор помощника.
– Примерно в квартале от тебя. Буду там через минуту.
Он взглянул на Кэрри. Казалось, она полностью была поглощена созерцанием видом из окна.
– Шейла знает, что я приеду? — вполголоса спросил Макс.
– Ну... Нет.
– Почему ты ей не сказал?