Эффект Доплера

Рафаэль Тигрис

– У ребёнка есть родители. Он находится на их попечении и попечении государства, а вы просто человек с улицы, да к тому же, как я погляжу, ещё и шантажист.

– Не хамите, профессор. Как бы это отрицательно не сказалось на здоровье ваших пациентов, – грозно произнёс посетитель.

Борис Петрович взял трубку телефона и набрал номер.

– Охрана! Это профессор Хабаров. Зайдите пожалуйста в мой кабинет. Тут одно постороннее лицо угрожает мне и пытается шантажировать.

– Зря вы так поступаете,

профессор, ой как зря, – сказал мужчина.

Он встал, собираясь уходить

– Вот почитайте это на досуге. Может ещё опомнитесь.

Сказав так, он положил на стол брошюру, на обложке которой было изображение Христа без распятия.

– Я атеист и не нуждаюсь в религиозных агитках, – с пренебрежением ответил Борис Петрович.

– И всё таки почитайте.

Мужчина удалился, оставив на душе у профессора неприятный осадок.

Рабочий день прошёл так же напряжённо как начался. Помимо неприятной встречи с незнакомцем и девочкой-инвалидом было много сложных случаев и изнуряющих осмотров.

– Надо сегодня расслабиться, – подумал профессор и уже из машины набрал знакомый номер престижного мотеля.

– Желаете те же апартаменты с ванной-джакузи?

– Да, если можно.

– Эскорт –услуга тоже?

– Да и желательно предыдущий вариант.

– Веронику?

– Да, её.

Потом он набрал номер телефона жены.

– Дорогая я сегодня задержусь. Да, много работы и совещание намечается у директора к концу дня. Так что буду некоторое время вне зоны досягаемости.

Уладив дела с женой, Борис Петрович довольно потянулся, предвкушая скорую расслабуху.

Когда он зашёл в гостевые апартаменты, ванна-джакузи уже была заполнена тёплой водой и призывно благоухала. Профессор оголился и с упоением влез внутрь. Заявленная подружка, так ему понравившаяся с предыдущего раза, по имени Вера – Вероника не заставила себя долго ждать.

– Скидывай шмотки и залезай, – позвал её Борис.

Вероника так и сделала, и скоро на диван полетели футболка с джинсами и лифчик с трусиками. Она нарочито медленно залезла в джакузи, предоставив клиенту вдоволь насладится прелестями своего длинноногого тела.

Бокалы шампанского уже поджидали их на бортах.

Вероника начала секс – прелюдию, просунув стопу со свежим педикюром в пах с причиндалами Бориса. Тот тем же приёмом упёрся в тёплую женскую промежность. Сексуальные игрища между партнёрами начались.

Однако, как ни старалась Вероника, но должной реакции со стороны профессора не произошло. В этом она ещё раз убедилась когда они вместе выходили из джакузи.

«Ладно, – подумала путана, – растормошу его в постели».

Но и в постели, как ни старалась умелая девушка, результат был вялым.

– Что с тобой сегодня, доктор? – спросила Вероника, медленно вставая с клиента.

– Устал,

проголодался, – только и смог ответить Борис Петрович.

Но, даже сытно отужинав, он понял, что сегодня не его день и стал угрюмо одеваться.

– Доктор! Может тебе минет сделать глубокий?

– Да ладно, брось, – брякнул на прощание Борис.

Дома он заявил жене, что не голоден и очень устал.

Уже укладываясь спать, он вспомнил, что жена сегодня сдавала анализы на панкреатит.

– Ответы когда будут?

– Завтра пришлют мне на «мыло».

Ночью за окном громыхала непогода. Молнии без конца сверкали, рисуя на стенах спальни пугающие тени. Кое как уснув, Борису стала сниться однорукая девочка, прыгающая в коридоре больницы, и циничная улыбка сопровождающего её мужчины.

Доктор вскочил с постели. Его супруга решила принести мужу успокоительное, зашла в ванную и с криком ужаса вернулась обратно.

– Что такое! – воскликнул Борис Петрович, – мышку встретила?

Жена отдёрнула штору, и при свете утреннего солнца доктор увидел пожелтевшее за ночь лицо супруги. Вероятно оно было таким ещё со вчерашнего вечера, но было не заметно при искусственном освещении.

Дальше-хуже. Анализы пришли очень неутешительные, а последующее УЗИ брюшной полости выявило самое ужасное предположение – опухоль поджелудочной железы.

– Борис Петрович, операция ничего не даст. В процесс уже вовлечена вся железа, а удалять её всю, сам знаешь, невозможно, это верная гибель. Максимум, что можно сделать это дать отток жёлчи в обход опухоли.

Борис выслушивал вердикт своего коллеги словно смертный приговор.

– Скажи честно. Сколько?

– Борис Петрович! Сам знаешь это очень индивидуально.

– Не юли. Говори прямо.

– Печень уже вовлечена в процесс.

– Значит не более 6 месяцев.

– Заметь, ты назначил этот срок. И то в случае если будет получать поддерживающую терапию.

На сороковинах после похорон жены Борис помимо близких родственников привёл ещё и дочку. Дети не способны подобно взрослым глубоко осознавать трагизм потери близких, и девочка скоро стала равнодушно разгуливать среди могил.

Борис Петрович только присел на скамейку, как рядом очутилась та неприятная личность под именем Доплер.

– Что ты здесь делаешь? – возмутился профессор.

– Пришёл вам посочувствовать.

– Убирайся вон вместе со своим сочувствием.

– Ну зачем вы так?

– Ты причина моих бед. Прочь с глаз моих!

– Ну раз вы осознали этот факт, то зачем ещё больше усугубляете ситуацию?

– Что ты имеешь ввиду?

– Вам всего то надо было оказать посильную материальную помощь той девочке-инвалидке.