Эффект Икара

Сваллоу Джеймс

Где-то наверху в дыму мелькнула тень. Барретт перегнулся через перила верхней палубы и отвратительно ухмыльнулся, прицелившись в них из руки-пулемета. Стволы завертелись, и орудие выплюнуло дождь пуль с бело-желтыми хвостами.

— Держись! — крикнул Саксон, когда очередь разнесла в крошки стекло, на котором они лежали, и их окутало одеяло раскаленных газов.

Они полетели в недра горящей яхты и скрылись из виду.

Барретт сплюнул и отвернулся с гримасой отвращения; над его рукой курился пороховой дымок.

Он пнул россыпь гильз и двинулся к вертолету. Федорова — по-прежнему холодная, словно айсберг, даже в ярости — бросила на него злобный взгляд. Она уже счистила с себя б о льшую часть клея, но была недовольна тем, что ей не удалось самой перерезать горло Саксону.

Намир резким жестом велел женщине лезть в вертолет, а сам забрался в пустовавшее кресло пилота.

— Всё с ними? — спросил он.

— Из-за дыма мало что видно…

Объяснение Барретта было прервано глухим взрывом, раздавшимся где-то в недрах «Икара», в машинном отделении. Яхта содрогнулась и опасно накренилась; на главную палубу хлынула вода.

— Давай в вертолет, — приказал Намир. — Через несколько минут здесь будет полиция. Когда они приплывут, нас здесь быть не должно.

Барретт в последний раз оглянулся, прислушиваясь к предсмертным стонам яхты, пожираемой огнем и водой.

— Увидимся в аду, Саксон, — пробормотал он, забираясь в кабину.

Роторы взревели, разгоняя дым, и вертолет поднялся, затем обогнул тонущее судно, словно стервятник, кружащий над свежим трупом.

Анна, лежавшая на ковре, приподнялась и втянула в легкие глоток отравленного воздуха. Оглядевшись, она заметила безжизненное тело Саксона, свесившееся с покосившегося стола. Когда проломилась крыша, они угодили в столовую. Здесь пылали небольшие костерки, медленно ползущие вверх. На полу хрустел слой оказавшегося бесполезным порошка-огнетушителя. Анна, пригнувшись, двинулась к Бену; дышать было тяжело и больно.

Наверху, сквозь дыру в стеклянном потолке, виднелось темнеющее небо. Дым устремился в отверстие, словно в дымоход, горячий воздух дрожал. Анна моргнула; глаза щипало.

— Саксон? — Она едва могла говорить, голос ее напоминал лай или хрип животного.

Он пошевелился и скатился со стола, шипя от боли. Его поврежденная рука была утыкана осколками стекла, солдат выдергивал их, отбрасывая в сторону.

— Мы… Нам надо выбираться из этой ловушки.

Передняя часть «Икара» уже находилась под водой, и на поверхности озера расплывалось огромное пятно горящего топлива. Вода плескалась за дверями салона, но упавшая балка перегородила выход. Прорваться наружу через дверь было невозможно. А металлическая лестница, ведущая наверх, раскалилась так, что до нее нельзя было дотронуться. На верхних ступеньках бушевало пламя.

Анна обернулась к Саксону.

— Вниз, — сказала она, и в мозгу ее начал формироваться план. — Нужно спускаться. Другого пути нет. — Она сообразила, насколько это рискованно, и внутри

ее все сжалось, но Келсо понимала, что это единственная оставшаяся возможность.

— Эта яхта тонет, ты не заметила? — возразил он. — Нижние палубы уже под водой.

— Я не собираюсь ни утонуть, ни сгореть, — отрезала Анна. — Саксон, ты должен мне поверить! Я знаю выход! Пошли!

Он с трудом кивнул.

— Значит, пошли, — произнес он и, хромая, последовал за женщиной в недра гибнущего судна.

Коридор, ведущий на корму, поднимался вверх под большим углом, и ледяная озерная вода доходила Саксону до пояса. «Икар» доживал последние минуты; электрические лампы рассыпали дождь искр, корпус стонал.

Оказавшись у двери помещения, где хранилась моторка, Саксон и Келсо вынуждены были вдвоем навалиться на нее, чтобы открыть, — так силен был напор воды изнутри. Рука и живот у Бена горели огнем.

В помещении царил хаос: на поверхности воды плавал всякий хлам, шлюпка перевернулась и запуталась в веревках. Со стороны левого борта в иллюминатор хлестала вода, а небольшое оставшееся пространство было наполнено ядовитым дымом.

— Это и есть твой выход? — крикнул Саксон.

Анна, не ответив, нырнула в воду и скрылась в облаке пузырьков. Мгновение спустя она вынырнула на поверхность и потянула Саксона за руку.

— Ты умеешь плавать?

— Конечно, черт подери, я умею плавать.

— В полу есть люк для водолазов. Если откроем его, сможем выбраться в озеро.

Он покачал головой:

— Эта посудина горит! Мы в луже топлива; если попытаемся вынырнуть на поверхность, нам конец!

— Я не это собираюсь сделать. Просто поверь мне! — Она схватила его за кибернетическую руку и снова потянула.

В коридоре раздался грохот, их опалила волна раскаленного воздуха, и Бен прекратил возражать. Вдохнув как можно глубже, Саксон нырнул. Руки его нащупали крышку люка.

Вместе они потянули за задвижки, и вода вокруг них вскипела.

Намир облетел «Икар», но сквозь дым трудно было что-либо различить. В воздух рвались языки пламени, и наемник не решился подлетать слишком близко; топливные баки в середине судна начали взрываться один за другим, и новая волна рыжего пламени охватила корабль.

Нос яхты раскололся, и в корпусе появилась длинная трещина. Судно начало стремительно тонуть, и трудно было сказать, что поглотит его прежде — вода или огонь.

Намир оглянулся на Федорову, которая рассматривала пылающее судно сквозь прицел тяжелого автомата.

— Есть что-нибудь?

Она коротко покачала головой, и Намир понял, что ей ужасно хочется изрешетить тонущую яхту градом пуль, чтобы убедиться — «Икар» стал могилой Бена Саксона.

— У нас гости! — крикнул Барретт и указал в сторону озера.

Намир, оглянувшись, увидел белые с синим моторные лодки полиции, приближавшиеся к кораблю.

— Надо уходить, — произнес он и схватился за рычаги.