Египетские вечера

Серова Марина Сергеевна

Мельников уверенно повел меня по коридорам. Сначала мы вошли в тесный кабинет, где восседал на стуле большой и толстый дядька.

— Здорово, Кузьмич, — Андрей протянул руку для рукопожатия.

Я тут же порадовалась, что я женщина и в таком телодвижении у меня нет необходимости.

— С чем пожаловал? — спросил Кузьмич очень даже дружелюбно.

— Надо вчерашнего летуна посмотреть — сам он в полет отправился или помогли ему. Ты еще не знакомился с ним?

— Только собирался. Идемте вместе.

Мы прошли по длинному коридору до

упора, повернули налево и вошли в небольшой зал. Здесь было прохладно, наверное, работали холодильные установки или кондиционеры.

В зале стояло три стола. На каждом лежало тело, прикрытое простынкой. Простыни были какими-то желтоватыми, с разводами, но, думаю, чистыми.

Около дальнего стола мы остановились. Кузьмич откинул простынку, и я увидела тело Глеба. Первым делом мы осмотрели его руки и ноги на наличие порезов, но таковых не оказалось. Зато на лодыжках виднелись едва заметные синеватые пятна.

— Тут определенно убийство, — как бы между прочим заметил Кузьмич. — Эти пятна свидетельствуют о том, что некто схватил его за ноги и помог упасть. Кстати, на лице небольшие порезы. Это, скорее всего, от очков.

— Знаем, знаем, — перебил его Мельников. — А ведь самоубийцы очки снимают.

— Совершенно верно. Что-нибудь еще? Хотите присутствовать при вскрытии?

— Ты как? — посмотрел на меня Андрей.

— Пожалуй, мне уже достаточно. Я добилась своей цели. Теперь ты поедешь со мной?

Мельников ничего не сказал. Он просто пошел к выходу. Я двинулась за ним.

Когда мы снова вернулись в кабинет Андрея, он сразу схватился за трубку телефона, а я тем временем прикурила сигарету. Мой бывший однокурсник договорился, чтобы ему дали эксперта, и уже через полчаса, за которые я успела выпить еще и противного растворимого кофейку, мы выехали на место. Я, конечно же, ехала на своей «девяточке». Не в ужасную же машину нашей доблестной милиции садиться!

Наташа была дома. Я увела ее на кухню, чтобы мужчины могли спокойно поработать. Однако мне хотелось посмотреть и послушать, что говорит эксперт, поэтому я попросила девушку просто посидеть, а сама вернулась в комнату.

Все стекляшки с балкона собрали в пакетик, чтобы сделать анализ крови. Кроме того, эксперт внимательно осмотрел балкон, пытаясь найти отпечатки пальцев. Я довольно улыбалась, несмотря на серьезность обстановки.

Наташа сидела на кухне с каменным лицом. Она абсолютно ничего не делала, просто смотрела в одну точку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Нормально.

— Ты оказалась права. Глеба на самом деле убили.

— Убили все-таки… — произнесла девушка очень тихо и вроде бы спокойно, но из глаз ее полились крупные слезы. — Но за что? И кто? Глеб никому никогда не делал зла. Ты согласна заниматься этим делом? — Наташа сфокусировала взгляд на мне и стала вдруг очень серьезной.

— Да. Я найду убийцу.

Слова мои прозвучали очень даже убедительно. Во-первых, мне надо было вселить в девушку уверенность, а во-вторых, осечек-то

у меня еще не случалось. Случались дела очень запутанные и сложные, но мне всегда удавалось выйти на правильный след. Наверное, талант у меня такой.

Наташа встала, вышла из кухни, а потом вернулась, протягивая мне деньги.

— Тариф твой мне известен. Надо же, когда мы разговаривали там, на даче, я и подумать не могла, что мне могут пригодиться твои услуги. А вот случилось. Здесь тысяча долларов пока.

Я положила деньги в карман.

— Ну что? Ты остаешься или едешь с нами? — На кухню вошел Мельников и обратился ко мне.

— Я пока останусь.

— Хорошо. Наталья, нам тоже надо будет с вами поговорить. Вы сможете подъехать ко мне на работу?

— Когда? — Девушка вздрогнула.

— Возможно, сегодня. Или завтра. Я позвоню вам.

— Конечно.

Наташа вышла проводить Андрея с экспертом.

— Расскажи мне о Глебе все, что знаешь, — попросила я ее, когда она вернулась. — Даже то, что тебе на первый взгляд может показаться неважным. Где работал, с кем дружил? Были ли у него какие проблемы?

— Знаю о нем я немного, — начала Наташа рассказывать, а заодно решила сварить кофе. — Он вообще не любил о себе ничего говорить, а я особенно и не спрашивала. Он меня устраивал такой, какой есть. А в последнее время работал охранником в фирме «Гарант». Они там ценные грузы сопровождали, и еще какие-то дела были.

— А друзья? У Глеба были друзья?

— Домой к нам никто не приходил. В разговорах он называл какие-то имена, если рассказывал о чем-то, только я не знаю, кто это. Да и сами имена не запомнила — невнимательно слушала. Так что, Таня, многого я рассказать тебе не смогу.

— Он из Тарасова или приезжий? Родители есть? — не отставала я с расспросами.

— Не знаю.

— Как же так? Целый год вместе живете, а ты почти ничего о нем не знаешь, — подивилась я.

— Так получилось. Глеб иногда уезжал в командировки. Куда, зачем, мне тоже неизвестно.

— Все с тобой ясно. — Я вздохнула. — Наташа, а тебе не приходило в голову, что Глеб твой мог заниматься чем-то не очень дозволенным? И вдруг он вообще бандит какой-нибудь?

— Да что ты говоришь! Если бы ты знала его, то ни за что так бы не подумала. Он очень хороший. У него принципы. Он честный был. И вообще — мужик настоящий, не то что некоторые. Я чувствовала себя рядом с ним женщиной. А большего мне и не надо было, — горячо возразила Соколова.

— Хотя бы где находится его фирма, ты знаешь? — Я не могла скрыть досады в своем голосе.

— В Ленинском районе, на Лунной. Более точного адреса у меня нет.

— А документы у Глеба остались?

— Да. Паспорт где-то лежал.

Девушка пошла в комнату искать паспорт. Я двинулась вслед за ней. Наташа долго рылась в ящиках стола, но никак не могла найти красную книжицу.

— Нет? — с тревогой спросила я.

— Может, он с собой его на работу взял, там зачем-то понадобился?