Эгнор
Шрифт:
Попытки разрушить алтарь ни к чему не привели: боевые заклинания легко им поглощались, а простым оружием и камнями его было не взять — людям, ударившим или кинувшим в него тяжелым, становилось плохо, а камню хоть бы хны! Только крепления для рук и ног удалось срезать. С камнями душ решили поступить просто — тупо разбили. Сначала, правда, пришлось посбивать заклинаниями неплохую защиту из непонятной стихии. В итоге никто ничего не почувствовал, но я увидел формирование и таяние серого тумана и даже почувствовал чужой вздох облегчения. Может, это я сам себя убедил, кто знает?
Мы передали Назару
Утром экипировались, попрощались с остальными и выдвинулись.
Сначала на склад. Вооружились и пошли в сторону башни. Настроение у всех было бодрое, особенно после двух сожженных бластером охранников и удачного минования ловушки — опять Лиза постаралась.
На улице нас встретило яркое теплое солнце, голубое небо и тихая погода. С наслаждением втянули пахнущий многовековой пылью воздух и стали выбирать место пересечения улицы.
Глава 15
Выбирали долго. Улица по направлению к башне практически как в час пик. Двойки тварей фланируют туда-сюда. Медузы будто застыли в воздухе. Мы сдвинулись вдоль этого «Бродвея», туда, где развалины были крупнее.
— Действуем так, — начал я, — издалека снимаем как можно больше медуз. Все поняли, как прицеливаться? Дальше ждем недолго и следим за реакцией. Если особой суеты не будет — рвем через улицу, отстреливая наземных тварей. Распределяем цели. Помните, надо захотеть выстрелить!
— Да сколько можно, помним мы! — возмутилась Лиза. — Прицеливаться неудобно, рука дергается.
— Встань полубоком к цели, расставь пошире ноги и расслабь руку. Плавно поднимай вытянутую руку и, как только совместишь цель с прицельной выемкой, задержи дыхание и плавно жми на выступ. Привыкнете. Цели распределите слева направо, как сами стоите. Я беру двоих самых левых, вы остальных четырех медуз. Готовы? Огонь!
Двумя выстрелами я сбил двух медуз. Две белые вспышки — и на землю посыпались останки далеких тварей. Звука не было, дальность примерно метров двести. А здорово: ни отдачи, ни упреждения никакого не надо. «Снаряды» летели если не со скоростью света, то быстрее пули — это точно. И неожиданно я почувствовал ладонью уменьшение заряда, необъяснимо как. Напарники на своих медуз потратили выстрелов десять.
— Мне кажется или все чувствуют снижение заряда в излучателе? — спросил Агнар.
Все согласились.
— Я еще вчера заметил, — добавил Рон.
— А я попал! — восторженно прокричал Витар.
— Да тише ты, — успокоила его Лизия, — наблюдаем же за дорогой.
Монстры, казалось, и не заметили потери бойцов, так же спокойно двигались в разных направлениях.
— И что, будем ждать, пока новые прилетят? — нетерпеливо заметила Лиза.
— Вперед, — скомандовал я.
И мы побежали, в упор расстреливая наиболее близких членистоногих. Два раза пришлось обегать дымящиеся останки. Запах от них шел еще тот! Когда забежали в развалины, нас с Витаром и Лизией чуть не стошнило, а бывалым — хоть бы что.
— Молодежь! — заметил Агнар, отдышавшись, и подмигнул Рону.
Они внимательно следили за действиями тварей. Те зашевелились быстрее, их стало больше, но явно нас потеряли.
Мы продвигались из здания в здание. Переулки старались пересечь быстро и скрытно, сбили еще пару медуз. В конце квартала пришлось пересекать широкий проспект. Действовали по отработанной схеме, но число тварей возросло. Не обошлось без ранения — несмотря на хороший амулет, защита Витара все-таки истощилась, и «богомол» успел содрать кольчугу и чуть не вырвал кусок плоти из его бока. Но граф успел выстрелить. Потом побледнел и стал заваливаться. Мы с Роном еле успели занести его в здание, ухватив под мышки.
Я сразу влил в него силы Жизни, а Лиза наложила исцеление. Мы окружили его и стали ждать. Только через несколько минут Витар пришел в себя.
— Ты как?
— Вроде нормально, — произнес он, прислушиваясь к себе, — бок немного болит, и слабость. Но я быстро восстановлюсь, вот увидите!
— Обед и отдых, — скомандовал я. — Рон, следи за небом.
Пожевали, попили. Витар тоже присоединился немного позже. Обошлось, рана оказалась пустяковая, и яда мало попало, только крови потерял изрядно, но идти сможет. Бежать — недолго.
— Заметили, чем ближе к башне, тем больше тварей? — спросил Агнар. — А что будет возле нее?
— Сейчас посмотрю, — сказал я и вылетел сознанием.
До башни оставалось всего ничего. Пять кварталов домов и четыре широкие улицы. Количество защитников увеличивалось с приближением к круглым развалинам, а по круговой улице вокруг башни было вообще не протолкнуться. Там встречались и подобия «чужих» с длинной выдвигающейся пастью, и новые твари: огромные гусеницы, все покрытые длинными щупальцами. Сами тела лежали неподвижно, а склизкие на вид щупальца непрерывно шевелились, обшаривая все вокруг. Другие чудовища замирали, как только щупальце касалось их, и отходили подальше, когда оно отодвигалось в сторону. От гусениц несло очень мощной магией Земли.
Сразу за полуразвалившейся стеной башни никого не было, а в самой стене виднелись неактивные желтые плетения. Скорее даже остатки плетений. Там были только сохранившиеся межкомнатные перегородки и несколько спусков вниз. Еще было видно, как из-под башни густо выходят толстые, как канаты, нити силы и устремляются вверх, постепенно расходясь в стороны и дробясь на более мелкие. Площадью остатки башни были с половину небольшого квартала.
— Ничем не могу обрадовать, — некоторое время спустя докладывал я, — пять кварталов и четыре широкие улицы. Последняя — жуть. Битком набиты, и какие-то огромные гусеницы с щупальцами лежат, а защита у них, похоже, нашим бластерам не по зубам. Медуз тоже полно. Вот так.
Рон нахмурился. Остальные тоже задумались.
— Не останавливаться же на полпути, а? — первым высказался Витар. — Я уже в порядке, сил полно.
Я покосился на него с сомнением.
— Да уж конечно, полно! — ответила Лиза. — Но набираешь вполне себе быстро. Если бы не Егор, я бы не пошла, а с ним — вперед и только вперед! Всех победим!
— У меня восторгов меньше, но очень любопытно, что же они так охраняют? В конце концов, охотники бывали в башне. — У Агнара любознательность перевесила осторожность.