Его выбор

Са Мари

Даже не знаю, что между ними происходит, но искры летят такие, что и меня порой цепляет. А может все потому что я беременна и гормоны шалят.

— Костя вроде сегодня придет. Принесет нам продукты. Может фильм какой притащит.

Кристина так улыбается, что я невольно задумываюсь, а не связывает ли ее с нашим товарищем майором нечто большее, чем просто охрана очень ценного свидетеля. Но со мной она никогда подробностями не делится.

— Здорово. Может там будут яблоки. Очень хочется.

— Так надо было ему в прошлый раз сказать.

Он бы купил.

— Неудобно как-то.

— Неудобно спать на потолке.

С одной стороны она, конечно, права. С другой я не считаю правильным, гонять постороннего мужчину, целого майора за яблоками. Только потому что беременна. Потерплю. Ничего страшного. Надеюсь, это уже скоро закончится.

Мы допиваем чай. Убираем посуду и идем в комнату.

— Мда, — хмыкает Кристина, — вот и вся прогулка. Давай что ли гимнастикой займёмся. А то скоро станем такие толстые и в дверь не пролезем.

— Я беременная, — напоминаю.

— Ну, а я-то нет.

Мы хохочем. Потом приспосабливаем на полу какие-то покрывала. Чтобы помягче было. Профессиональным коврикам здесь взяться неоткуда. Не просить же снова Константина. Он сотрудник при исполнении, а не наша персональная нянька.

Крис очень клево изгибается. Принимает всевозможные формы. И вообще видно, что с физподготовкой у нее все в ажуре. А вот на меня жалко смотреть. Но я тоже стараюсь. А ее подколы о моей неуклюжести лишь подхлестывают азарт.

В какой-то момент мы так увлекаемся, что не замечаем ни хлопка двери. Ни уверенных мужских шагов по коридору. А подпрыгиваем уже когда в комнате звучит грубый мужской бас товарища майора.

— Вот это да! Физкультурой решили заняться. Похвально.

Смотрит при этом мужчина исключительно на Кристину. Вернее, на ее задницу, которая сейчас оттопырена в замысловатой позе. Я вижу, как девушка краснеет. Хотя, возможно, просто приток крови к голове. Ведь она стоит почти что вверх ногами.

— Стучать не учили?! — буркает и переворачивается.

И я тоже пытаюсь перевернуться, но в пояснице внезапно простреливает. Охаю. Встать хочу. Ко мне тут же подлетает девушка.

— Аня, что случилось?

— Не знаю. Живот резко заболел. Тянет так сильно.

— Аня, а ты не…

В этот момент раздается хлопок, и по ногам начинает течь нечто подозрительно теплое.

Глава 33

Маленький розовый комочек. Мое крошечное счастье. Как только его вижу. Как только акушерка кладет мне его на груди. Кожа к коже. Тело к телу. Понимаю, что это мое. Никому и никогда не отдам. Он настолько родной, будто мы уже давно знакомы, а не встретились только что лицом к лицу в стерильной родильной палате.

Мне что-то кричит врач. Я пытаюсь сосредоточиться, а высокий мужчина снова громко повторяет:

— Держите ребенка крепче!

Я настолько в шоке. Настолько измотана родами, что ничего не соображаю. Но руки смыкаю плотнее, как и советует врач.

Роды

были тяжелыми. Может потому, что первые. А может стресс во время беременности сказался. А еще может потому, что ребенок крупный. Ну, по крайней мере для новорожденного.

Все это мне говорит женщина-акушерка, которая стоит рядом. Я знаю, что за дверями охрана. Что волноваться не о чем. А на новой квартире меня уже ждет Крис. Нам пришлось поменять место пребывания, потому что старое мы рассекретили.

Товарищ майор перенервничал и вызвал скорую. Но его нельзя винить. Неокрепшая мужская психика оказалась не готова к подобному. Похоже задерживать голыми руками преступников гораздо проще, чем оказаться рядом с женщиной, которая вот-вот родит.

В палате долго рассматриваю этот маленький сверток. Он пыхтит. Но не плачет. Смотрит на меня своими темными, как ночь сейчас за окном, глазками. И я не удерживаюсь. Произношу.

— Совсем как у папочки!

На что сынок улыбается мне так, что сердце заходится. Хотя, возможно, это и не улыбка вовсе. Умеют ли новорожденные улыбаться? Впрочем, какая разница. Все равно для меня нет ничего милее.

***

(Полгода спустя)

— А ты что?

— А я что? Страдать по нему должна? — фыркает в трубку Кристина, я даже не понимаю, как так мы сблизились. С одной сблизились. С другой отдалились. Мысли о Соне неприятно царапают душу. — Я за ним бегать не собираюсь. Ушел и ушел. Скатертью дорожка, товарищ майор.

— А как же ребенок?

Пауза в телефоне очень выразительная. Затягивается. Так что я уже жалеть начинаю. Зачем спросила? Мало девушке переживаний? Лучше бы посочувствовала. И сама в таком положении ведь была.

— А ребенок мой, — наконец выдыхает она.

Да и я тоже. Понимаю, конечно, что ее дело решаться ли на аборт. Но когда у самой карапуз растет, подобное воспринимается близко к сердцу.

— Крис, а приезжай к нам. Погостишь. Даже жить можешь сколько хочешь. А после родов мы с мамой тебе поможем.

— Сумасшедшая! — смеется она, — вот ведь ты добрая душа. Сама крутишься, как белка в колесе, а все равно к себе на шею кого-нибудь посадить хочешь. Нет уж! Я так не могу. Сама справлюсь.

— Но ты ведь совсем одна.

Вспоминаю, что у Кристины родственников совсем не осталось. А у меня мама и брат. И даже Данила, как хвостик привязанный. Сколько раз я его отсылала. Но он не уходит. Охраняет. А мне ему даже платить нечем. Но он словно членом нашей семьи стал. Приходит после работы. И по городу меня вечно сопровождает. Да я с ним даже сына оставить не побоюсь. Не то что с Сашкой балбесом.

К тому же беспокоится не о чем. Майор постарался. Подчистил все хвосты. И даже Роксана уехала вроде в Израиль и вряд ли когда-то вернется. А ее папаша сел надолго. Поэтому охрану месяц назад с меня сняли. Как и с Кристины. И товарищ майор канул в лету. Только вот он не знает, что похоже скоро станет отцом. К н и г о е д . н е т