Эхо во тьме

Риверс Франсин

— А что было потом? — спросила Елена, увлеченная рассказом.

— Потом? Эта молодая семья еще какое-то время жила в Вифлееме. Иосиф был хорошим плотником, поэтому он работал и содержал семью. Но прошло несколько месяцев, и к ним пришло несколько путешественников из другой страны, чтобы посмотреть, Кто это родился под новой звездой. Они признали, что это особенный Младенец, что Он не просто человек.

— Это был Бог? — спросила Елена, расширив от удивления глаза.

— Он был Богом, пришедшим на землю, чтобы жить

среди нас, и эти люди из далекой страны привезли Ему подарки: золото, потому что Он был Царем, ладан, потому что Он был Первосвященником всех людей, и смирну, потому что Он должен был умереть за грехи всего мира.

— Этот Младенец должен был умереть? — разочарованно протянула Елена.

— Тише, Елена. Слушай дальше… — сказала мама, которая сама слушала с большим интересом.

Хадасса добавила в таз еще горячей воды.

— В те дни жил один злой царь, который знал, что должен родиться Младенец, Который станет Царем, поэтому злой царь приказал убить Его. — Хадасса отставила в сторону кувшин, из которого доливала горячую воду. — Люди из далекой страны знали о планах этого злого царя и предупредили Иосифа и Марию. Иосиф и Мария не знали, что им делать, и стали ждать, что им скажет Господь. И вот перед Иосифом предстал ангел и сказал ему, чтобы он увез Мать и Ребенка в Египет, где они будут в безопасности.

Рассказывая историю, Хадасса продолжала выливать из таза, в котором девочка держала ногу, холодную воду и доливать туда горячую до тех пор, пока оттуда не пошел пар. Постепенное нагревание воды не усиливало боль, и девочка, увлеченная историей, больше не обращала ни на что внимания.

— Прошло время, и злой царь умер, и тогда Бог послал им весть через другого ангела…

В этот момент Елена слегка вздрогнула и тихо простонала. Вода в тазу покраснела — нарыв прорвало, и гной стал вытекать.

Хадасса погладила девочку по больной ноге.

— Вот и умница. Подержи еще ножку в воде. Пусть нарыв весь вытечет, — сказала она и поблагодарила Бога за Его милость. — Ну теперь тебе лучше? — Тяжело опираясь на свой посох, Хадасса встала и сделала припарку из трав, какие обычно делал Александр для пациентов с гноящимися ранами. Когда припарка была готова, Хадасса обернулась к маме с дочкой. — Пусть теперь твоя мама поставит тебя на стол, а я перевяжу тебе ножку, — сказала она Елене, и Ефихара сделала, как ей было сказано.

Хадасса осторожно ополоснула ногу Елены, вытерла ее, убедилась в том, что на ноге не осталось ни одной капли кроваво-красного или желто-белого гноя. Затем она осторожно наложила припарку и плотно обвязала ногу чистой материей. Потом вымыла и вытерла руки. Слегка щелкнув Елену по носу, Хадасса шутливо сказала ей:

— Два дня не бегать.

Вздрогнув, Елена захихикала. Но ее лицо тут же посерьезнело, и она спросила:

— А что потом было с тем маленьким Мальчиком?

Хадасса сворачивала оставшуюся ткань.

—

Он вырос и стал проповедовать Свое Царство; и имя Ему было Чудный Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира. — Она положила свернутый перевязочный материал на полку.

— Ну, вот видишь, Елена. С этим маленьким Мальчиком все было хорошо, — сказала дочке Ефихара.

— Нет, — сказала Хадасса, покачав головой. — Ребенок вырос и стал сильным. Он преуспевал в премудрости и в возрасте, и в любви у Бога и людей. Но люди предали Его. Они оклеветали Его и отправили на распятие.

Елена тут же погрустнела, а Ефихара была потрясена услышанным, и ей, судя по всему, теперь очень не хотелось, чтобы Хадасса рассказывала такое печальное продолжение истории.

Хадасса же потрепала Елену по щеке.

— И даже последователи Иисуса не понимали, Кто Он есть на самом деле. Они думали, что Он обыкновенный человек, Елена. А Его враги думали, что, если они убьют Его, Его Царству придет конец. Его тело захоронили в пещере, пещеру закрыли тяжелым камнем, а вход приказали охранять римским стражникам. Но через три дня Иисус воскрес из этой могилы.

Лицо Елены сразу же осветилось улыбкой.

— Он воскрес?

— Да. И Он живет до сих пор.

— Расскажи еще!

Ефихара засмеялась.

— Нам надо идти, Елена. Другие больные ждут, — улыбаясь, она дала Хадассе два кодранта и взяла Елену на руки. — Спасибо тебе за помощь. И за эту историю.

— Это не просто история, Ефихара. Это правда. И мой отец был тому свидетелем.

Ефихара удивленно посмотрела на нее. Она прижала к себе Елену и замешкалась, будто хотела остаться и поговорить еще. Но она была права. Оставались другие больные, которые ждали своей очереди. Хадасса дотронулась до руки женщины.

— Приходите сюда в любое утро, и я расскажу вам обо всем, что делал Иисус.

— Мама, пожалуйста… — оживилась Елена. Ефихара кивнула в знак согласия. Она открыла дверь, чтобы уйти, и тут же невольно остановилась, увидев, что прямо перед входом сидит Александр.

Она вздрогнула и, смущенно извинившись, прошла мимо. Елена отвернулась и теснее прижалась к маме. Слегка опустив голову, Ефихара заторопилась домой. Александр растерянно смотрел им вслед. Он увидел страх в глазах этой женщины и в глазах ребенка. И в то же время они полностью доверились Хадассе.

— А где остальные? — спросила его Хадасса.

— Я сказал им, чтобы они приходили завтра.

— Ты сердишься на меня?

— Нет. Я же сам попросил тебя попробовать сделать с ней что-нибудь. Просто я не ожидал… — Александр вдруг рассмеялся и покачал головой. Потом он встал и посмотрел на нее сверху вниз. — Мне теперь придется внимательнее присматриваться к тебе, а то ты всех пациентов у меня из-под носа уведешь. — При этом он слегка, в знак нежного отношения, дернул Хадассу за маску, закрывающую лицо.