Эхо времен
Шрифт:
Саба кивнула.
— Мне предстоит проникнуть в Дом знаний, и, надеюсь, я сумею найти там какие-нибудь разгадки.
— Если только это — не другая тайна, — сказала Эвелин.
Профессор невесело улыбнулась.
— В каком же времени я там побывала? Когда успел кто-то вырезать на дереве моё лицо? Не окажется ли так, что, попав в прошлое, я обнаружу там женщин с другой планеты, которые все похожи на меня, и если именно так и окажется — то откуда взялись они?
Риордан поёжилась.
— Это, возможно, проявление трусости, но я рада, что мне предстоит стать всего
Прозвучал сигнал таймера, возвестивший об окончании тренировки. Саба ушла в душевую кабину, а Эвелин задержалась. Официально время отдыха ещё не началось, поэтому она надеялась найти в спортзале кого-нибудь, с кем можно было бы провести спарринг на матах. Она твёрдо верила, что ничто так хорошо не помогает снять стресс, как поединок с равным партнёром, искушённым в кэмпо [5] не менее её самой.
5
Кэмпо (яп.) — в прямом переводе «учение кулака» или «закон кулака» — совокупное название различных стилей восточных единоборств, использующих преимущественно атаки и блоки «голыми руками», без использования оружия
Риордан направилась к спортзалу, но в тот самый момент, когда она взялась за ручку двери, у неё на запястье негромко зажужжал коммуникатор. Оттянув манжет спортивного костюма, Эвелин взглянула на дисплей и вздохнула.
Миллард! Его «на потом» не отложишь.
Риордан приняла душ и переоделась в рекордно короткое время, а потом помчалась бегом к лифту, чтобы подняться на тот этаж, где располагались кабинеты высшего руководящего состава.
Выйдя из кабины лифта, женщина была приятно удивлена: из соседней кабины вышел её муж.
— Привет, — сказал он и взял Эвелин за руку.
— Ты не знаешь, что произошло? Что там будет, на этом совещании — «ах, ох!» или «о, йес!»?
— Ничегошеньки не знаю, кроме того, что я — это я, а ты — это ты, о, жена моя! — с усмешкой проговорил Росс.
— Стало быть, ты не сделал из Михаила Никулина котлету.
Мердок рассмеялся.
— Я его даже не видел. Кроме того, в нашей семье специалист по отбивным — ты. Тебе в отличие от меня не понадобилось бы много времени, чтобы разделать этого русского.
Эвелин кивнула, скрыв, какое испытала облегчение. После разговора с Сабой она вдвойне порадовалась тому, что не стала снова обсуждать свою первую встречу с Никулиным после того, как они с мужем ушли от Эша к себе. Похоже, Росс успел все обдумать и сделать выводы.
— Вот-вот, и не забывай об этом, — сказала агент Риордан делано командным голосом.
Рядом никого не было. Она прижалась к Мердоку, и их губы слились в коротком поцелуе. Затем Росс постучал в дверь кабинета «большого босса».
— Войдите.
Миллард сидел за письменным столом. Его седые волосы были растрёпаны, он, похоже, не причёсывал их, а просто пригладил руками.
— Что-то случилось? — спросил Мердок, когда они с женой подошли и сели в низкие слишком мягкие кресла, стоявшие перед столом.
— Очень много разного, — отозвался Миллард с кривой усмешкой. — Но это — моя головная боль. Я позвал вас двоих, чтобы все обсудить в последний раз. Понимаю,
— Мы здесь, — не без опаски проговорила Эвелин.
— Если все дело в этих русских… — начал Росс.
— Нет, — вздохнул хозяин кабинета и переложил с места на место пару листков бумаги, даже не взглянув на них. Он откинулся на спинку стула и продолжил; — я помню о том, что мы почти насильно заставили вас участвовать в этой миссии, но только потому, что там отчаянно нужны именно вы двое. Вы оба в прекрасной физической форме: медики дали вам «зелёный свет» после повышения, полученного по возвращении с Доминиона. Но некоторые наши сотрудники, чья работа заключается в том, чтобы следить за подобными вещами, уверены: супружеские пары лучше не меньше года держать на Земле — как говорится, при штабе, до тех пор, пока они не почувствуют — их отношения достаточно крепки и выдержат напряжение работы в поле. А у вас даже медовый месяц не успел закончиться. Что вы думаете о необходимости вот так, впопыхах, отправляться на задание?
Эвелин так удивилась, что не сразу нашлась с ответом.
— Вы спрашиваете, — осторожно поинтересовалась она, — имея в виду возможные трения с кем-то из членов отряда?
Миллард озадаченно взглянул на неё.
— Нет, никого конкретно я не имел в виду. А что, возникла какая-то проблема?
— Нет, — ответил Росс одновременно с женой. — Нет.
Они переглянулись и улыбнулись.
Эвелин поняла, что только они трое в курсе случившегося между ней и Никулиным. Нет, четверо — считая Сабу, но Эвелин не верила, что эфиопка стала бы об этом распространяться. Следовательно, Нельсон действительно задал свой вопрос, так сказать, «в целом».
Пока агент Риордан не была замужем, в рамках деятельности Проекта она, как и все кругом, постоянно была занята чем-то срочным и крайне важным. Даже в этих условиях сотрудники, безусловно, находили возможности для общения, даже образовывали пары. Эвелин тоже время от времени встречалась с мужчинами, бывшими её коллегами по работе в Центре, в те дни, когда служила там, в качестве инструктора рукопашного боя. Какое-то время у неё даже был роман «на стороне», и она не боялась, что её спросят: «Чем ты там занимаешься?» — так как у неё всегда был готов ответ вроде: «Преподаю боевые искусства». Но ни о чем серьёзном с человеком не из Проекта, конечно, не могло быть и речи. Разве могут быть серьёзными отношения с мужчиной, которому тебе придётся соврать, если, лёжа с тобой в постели, он спросит: «Как дела на работе?»
До встречи с Россом ничего серьёзного у Эвелин не было. Их отношения начались на другой планете, вдали от психотерапевтов, психологов и прочего персонала Проекта. Она все сделала по-своему и намеревалась поступать так и дальше. Ей даже в голову не приходило, что относительно таких мероприятий, как заключение браков между агентами, существует официальная политика учреждения.
Риордан посмотрела на мужа и поняла, что он наблюдает за ней.
«Неужели он только теперь задумался о том, что так тревожило меня?» — подумала женщина. У неё больно кольнуло сердце, и захотелось избавить его от этих тревог.