Эхо

Бранднер Гарри

Он проводил Холли в свой кабинет и предложил ей сесть.

— Итак, доктор Лэнг, — начал он. — Вас интересует оборудование для лаборатории. Не желаете ли посмотреть наш каталог и вот эти брошюры?

— В этом нет необходимости, — ответила Холли, жалея, что недостаточно хорошо подготовилась к этому визиту. — Я бы хотела поговорить с вами об оборудовании, которое приобрел мой коллега, доктор Вейн Пастори.

Шейфер перестал улыбаться.

— Этот заказ был сделан для округа Ла Рейн?

— Нет. Доктор Пастори сотрудничает

с нами, но оборудование, о котором идет речь, было предназначено для его собственной частной клиники.

— Ясно, — произнес Шейфер, хотя ему далеко не все было ясно. — Могу я спросить, что вас конкретно интересует?

— Мы слышали превосходные отзывы о качестве оборудования доктора Пастори, — импровизировала Холли. — Ну, и конечно о ее цене.

Они обменялись любезными улыбками.

— Наша администрация пожелала приобрести точно такое же оборудование для нового отделения, которое сейчас достраивается.

— О да, понятно. Замечательно. — В глазах продавца вновь блеснул свет комиссионных. — Ну, тогда мы сейчас проверим по компьютеру и найдем то, что нам нужно.

С этими словами он повернулся на стуле к компьютеру.

— В наше время без компьютера не обойтись. Иногда приходится поднимать старые документы, и это легче сделать, чем рыться в картотеке.

Холли старалась сидеть спокойно, непринужденно улыбаясь, пока Шейфер нажимал на клавиши и смотрел на экран. Она закинула ногу на ногу, чтобы предоставить возможность увидеть не только ее улыбку, которая к тому же становилась уже натянутой.

— Напишите, пожалуйста, имя вашего коллеги, — попросил Шейфер.

Холли написала на листке "Вейн Пастори", и он ввел это имя в компьютер. Машина заработала, и Холли начала готовить свое отступление в случае отсутствия информации о Пастори. Однако она напрасно волновалась, через некоторое время на экране появился перечень дат, медицинских приборов, цен и другая закодированная информация названий.

— Доктор Пастори — наш очень хороший покупатель, — произнес Шейфер. — Особенно много он приобрел в прошлом месяце.

— О да, мне это известно, — сказала Холли, подаваясь вперед и пытаясь разобраться в том, что было на экране.

— Не могли бы вы сказать, какое конкретно оборудование вас интересует? Или мне посмотреть весь перечень?

— Да, я думаю, так будет лучше, я хочу быть уверенной, что мы не заказывали этого для Ла Рейна. Мне нужно только то, что находится в клинике Пастори.

— Хорошо. Мы сейчас все узнаем. — Олен Шейфер еще несколько раз нажал на клавиши. — Значит, так, все это было отправлено в его клинику, находящуюся рядом с Медвежьей Лапой. Это то место?

Холли чуть не рассмеялась.

— Да, Медвежья Лапа. Смешное название, которое трудно забыть. Это то место.

— Небольшой городок, насколько я слышал, — продолжал Шейфер. — Зимой туда приезжает всего несколько лыжников. Однако там есть почта и клиника вашего доктора Пастори.

Холли встала

со стула.

— Большое спасибо, мистер Шейфер. — Вы даже не представляете, как мне помогли.

Продавец встал тоже.

— А как же оборудование? Вы не хотите посмотреть список?

— Почему бы вам не переснять его на принтере и не прислать мне в больницу Ла Рейн? Я выберу и сделаю вам заказ.

И Холли второй раз за это утро поспешно удалилась, оставив Олена Шейфера в недоумении по поводу его комиссионных.

Глава 14

В то время как Холли Лэнг торопилась покинуть фирму Лендруд и K° в округе Вентура, Эйб Креддок сидел в хижине старого Джорджа Виттекера, спрятанной среди деревьев на южном конце Пиньона. Эту покосившуюся хижину снял на время один из журналистов, приехавший из Лос-Анджелеса, где он работал в отделе скандальной хроники одной из бульварных газет. Этот так называемый писатель вытащил Эйба Креддока из тюрьмы, взяв его на поруки, и вдобавок пообещал ему тысячу долларов, если тот расскажет, что произошло в лесу с Кели Вейном. При условии, что Креддок никому больше свою историю не расскажет.

Эйба это устраивало. И хижина была вполне удобной, и его внимательно слушали, и выпивка была под рукой. Что же касается преднамеренного убийства Джонеса, в котором его обвиняли, то теперь его это даже не волновало. Ребенок убежал, от Кели ничего не осталось, а других свидетелей не было. Это был обыкновенный несчастный случай, который мог произойти с кем угодно.

Писатель из Лос-Анджелеса, которого звали Луис Зено, сидел за старой пишущей машинкой, которую он привез с собой. Еще никогда в своей жизни Эйб не видел человека, который мог так быстро печатать.

Зено вынул отпечатанный лист и протянул его Креддоку.

— Эйб, я хочу, чтобы ты посмотрел, все ли верно. Ты рассказал свою историю, и мне надо быть уверенным, что она соответствует фактам, подтверждающим то, что произошло на самом деле.

Креддок взял лист, вытер рот и откашлялся. Затем, как школьник, начал читать:

— В тот роковой полдень, когда мы с Кели Вейном вошли в густой плачущий лес в окрестностях Пиньона, уже тогда у нас появилось предчувствие…

Эйб перестал читать и, нахмурившись, поднял голову.

— Что-то не так? — обеспокоенно спросил Зено.

— Вот тут написано о плачущем лесе. Лес не плакал. Во всяком случае, я не помню, чтобы что-то капало в тот день.

— Это просто литературный прием для большего эффекта, — сказал Зено.

— Для чего?

— Пусть это тебя не волнует. Читай дальше.

Креддок еще раз вытер рот, снова откашлялся и продолжал.

— …появилось предчувствие чего-то ужасного. В тени ощущалось чье-то невидимое, но зловещее присутствие. Но мы даже представить не могли тот невыразимый ужас, который произойдет с одним из нас, прежде чем снова взойдет солнце…