Эхобой

Хейг Мэтт

— Надо же, Оксфорд… Прямо как твои родители, — продолжал дядя Алекс. Тогда я этого не заметила, но теперь, оглядываясь назад, могу сказать, что в его голосе прозвучала грустная нотка. Может быть, потому, что его самого исключили из школы. Один из немногих фактов его биографии, который был мне известен. Однажды он взломал программное обеспечение школы, в которую они ходили с моим папой, и почти уничтожил ее. Его поймали и исключили из всех существующих школьных программ. Должно быть, дядю Алекса задевало, что папа получил самые

высокие оценки из всех возможных во Вселенной.

— А что ты собираешься изучать? — спросил он, и его тонкие брови взлетели вверх, точно крылья.

— Философию, — ответила я тихо. Яго заметил нас и слегка нахмурился, а затем вернулся к игре с Дэниелом.

— А-а, самый старый предмет. Поиск смысла существования. Тебе надо учиться. Я помогу, Одри. Всем, чем смогу, — дядя Алекс вздохнул и остановился внутри голограммы огромной ракушки.

Он прошептал так, чтобы Яго не услышал:

— Мне сложно с ним разговаривать. Почти никогда не удается вытащить его из капсулы. Правда, он любит шахматы. Иногда мы играем вместе. Так что есть надежда. И честно говоря, я никогда не был лучшим отцом на свете. Я дал ему все, кроме того, что ему нужно. Кроме моего времени.

Мы двинулись дальше, и в этот самый момент Яго психанул.

— Что? — заорал он. Вскочил и швырнул шахматную доску через всю комнату так, что фигурки покатились к нам по полу. Похоже, он очень сильно разозлился на Дэниела: лицо покраснело, глаза из-под темной кудрявой челки сверкали презрением.

— Ты не можешь так делать! Ты, черт возьми, не можешь так делать! Ты делаешь только то, что тебе говорят, а я приказал тебе проиграть!

— Яго! — крикнул дядя Алекс. — Следи за языком!

Он бежал к сыну, когда тот размахнулся и ударил Дэниела по лицу.

Эхо в упор посмотрел на мальчишку.

— Ты проиграл, — проговорил он. — Мат.

Это заставило дядю Алекса напрячься куда больше, чем ругательство Яго.

— Подожди-ка, подожди минутку, — он подошел и уставился на Дэниела. — Что здесь произошло?

— Он не послушался моего приказа, — пояснил Яго. — Я приказал, чтобы он играл хорошо, но все равно хуже, чем я. А он разбил меня в двенадцать ходов! Мат! Его нужно утилизировать.

Дядя Алекс бросил на меня быстрый взгляд — наверное, беспокоился, как я на все это отреагирую. Потом он переключился на Дэниела:

— Возвращайся в свою часть дома. Живо. В противном случае будешь наказан. Ты меня понял?

Наказан. Разве Эхо можно наказать?

Дэниел прошел мимо и снова в упор посмотрел на меня. Казалось, он видит меня насквозь. «Ты не…» — прошептал он, но замялся и пошел дальше. Или, по крайней мере, мне показалось, что он произнес именно это. Что это было? Предупреждение или угроза?

Дядя Алекс вернулся в мою комнату:

— Не переживай. Яго сделал что-то не так. Он неправильно сформулировал команду. Или жульничал

во время игры. Он иногда так делает, чтобы привлечь мое внимание. Что же касается более серьезных вещей… Возможно, полиция захочет с тобой пообщаться. Но ты не должна беспокоиться о…

— О том, что произошло в Клаудвилле?

Моя наивность вызвала у него улыбку:

— На Клаудвилль полиция уже давно махнула рукой. Нет. О том, что произошло с твоими родителями. Помнишь, я упоминал об этом, когда мы ехали сюда. Тебя могут попросить выступить свидетелем против «Семпуры», рассказать миру о том, что произошло.

Мне было сложно все это переварить. Даже думать ни о чем не хотелось. Наверное, я просто сказала: «Хорошо». Должно быть, я отреагировала слишком вяло, потому что дядя сказал:

— Эффект от нейродетекторов нивелируется в процессе использования, но вначале он может быть довольно сильным. Ты можешь чувствовать себя немного растерянной.

— Угу.

Но тут я вспомнила, что он собирается в Париж.

Мне не хотелось оставаться дома одной, в компании Яго и Эхо. Я хотела быть с дядей Алексом.

— А можно и мне с вами? В Париж?

Дядя Алекс посмотрел на меня долгим взглядом. На секунду показалось, что он колеблется.

— Не думаю, что это хорошая мысль, — наконец ответил он. — Я поеду на склад, где полно Эхо. Они делают Мадару. Хочу проверить, как идет работа.

— Ох, — выдохнула я. Это меняло дело. Моя идея казалась уже не такой привлекательной. Я закрыла глаза и немного подумала.

— Да, наверное, мне лучше остаться здесь.

Дядя Алекс попытался в очередной раз меня успокоить:

— Тебе не о чем волноваться. Ни Дэниел, ни любой другой Эхо, живущий под моей крышей, не способны причинить вред человеку. Подобное никогда не происходило с прототипами «Касл». На меня работают лучшие в мире дизайнеры. Победа в шахматах — неопасный дефект, уверяю тебя.

Он убедил бы меня, если бы сам не был так взволнован.

ГЛАВА 15

Позже я услышала, как дядя Алекс разговаривает с Эхо снаружи, на центральной аллее. Поначалу я не могла ничего разобрать, но потом он повысил голос.

— С сегодняшнего дня, — кричал он, — вы не поднимаетесь на второй этаж! Второй этаж под запретом! Для всех вас! Это приказ! Вам все ясно?

А потом попросил Дэниела пройти в его кабинет на пару слов.

Я вернулась в постель. Дядя Алекс появился поздно вечером с высококалорийным банановым шейком, белковой таблеткой, шоколадом без кофеина и яблоком. Еще он принес мне сверток с новой одеждой, которую купила Мадара, и с моей старой одеждой, которую она тоже привезла. Он сказал, что приготовил шейк сам, как и завтрак, вот только я не была уверена, что это правда. Вкус был слишком идеальным — обычно такой бывает еда, приготовленная Эхо.