Экипаж
Шрифт:
– Моя устала и хоти кушай, - громко пожаловался Дитирон, уставший стоять неподвижно. – Можно, моя пойти кушай? Моя голодная!
– Отличная идея, - согласился Соазссь. – Я тоже ж’йать хочу.
– А я ничего не готовил, - кисло проворчал Дельта. – Вас много, а я один.
– [Множество зеленых треугольников].
– Дельта, ты у нас стюард, - неодобрительно посмотрел на него Рудольф. – Бархат правильно говорит – что будет, если он откажется тебя лечить?
– Я не в восторге от этого факта, но я робот, - равнодушно
– А если я откажусь тебя чинить, когда ты сломаешься? – упер руки в бока бывший профессор. – Система автоматической репродукции справляется не всегда...
– А имеет ли смысл продлевать это бессмысленное существование? – тоскливо посмотрел на него робот-стюард. – Не лучше ли сразу...
– Дельта, дружок, наше терпение не безгранично, - улыбнулся Койфман. В его глазах едва заметно поблескивали бешеные огоньки. – Вот вернется капитан, все ему про тебя расскажу...
Дельта только равнодушно погасил обзорный экран – бессмысленно угрожать тому, кто и так день и ночь думает о суициде.
– Давно пойа его пейеп’йог’йаммийовать, - проворчал Соазссь. – Ву, может займешься? Исп’йавь ему немножко личность, а?
VY-37 никак не прореагировал на просьбу. Он уже больше часа висел неподвижно, никак не демонстрируя того, что все еще функционирует.
– Та як довго нам доведеться чекати йижу?! – возмутился Остап, в животе которого уже давно явственно бурчало. – Яки там е готови страви? Хучь недосмажене, хучь пересмажене – усе зьим!
Великан опустил топор-пушку и грозно затопал в недра «Вурдалака». За ним потянулся остальной экипаж – есть хотели все. Даже Дельта все-таки усовестился и отправился на свое рабочее место – на камбуз.
Снаружи остались только VY-37, Тайфун и Койфман – роботы в пище не нуждались, а бывший раввин перекусил в городе. Он оперся одной рукой на импровизированный костыль в виде винтовки, а другой – на Тайфуна, и продолжил дебаты с таможенниками. К трапезе их никто не пригласил.
Кухня семьдесят второго века не так уж сильно отличалась от того, что можно было отведать в двадцать первом. Конечно, появилось великое множество новых блюд, но основные разновидности остались прежние – закуски, супы, мясо, рыба, овощи, фрукты, сладости... Эта часть цивилизации вообще всегда менялась медленнее всех.
Остап буквально опустошил консерваторий – он вытащил из него все, что можно было отправить в пасть без предварительной обработки. Увы, осталось там не так уж много – экипаж «Вурдалака» редко позволял провизии залеживаться.
Великана с трудом уговорили поделиться с товарищами – алкморег ужасно не любил расставаться с едой. Ежову, например, досталась только четвертинка позавчерашнего ростбифа – большего ему не уделили. Джина с Фридой разделили гусиную грудку (Фрида ела с помощью специального прибора, превращающего пищу в жидкую кашицу), Рудольф, предпочитающий вегетарианскую диету, перекусил картофельным салатом с парой груш, Косколито и Соазссь доели лобстеров, а Дитирон умудрился отбить у Остапа
– Аарона и Дельта купила большой коробка с мясной добыча и травка, - сообщил уу-де-шуу. – Много еда, хорошо кушай.
– А свыня там е? – с надеждой спросил Остап, отправляя в гигантскую пасть уже девятую котлету. – Хочу свинячу видбивну з картоплей!
– Есть, есть, - грустно ответил робот, стоящий у конвертера. – Вы, органические создания, поразительно нефункциональны – вам приходится потреблять столько ненужного протеина... И еще вы все очень уродливые.
– А ну-ка, отключи звук! – швырнула в него гусиной косточкой Джина. – Еще нам тут мешки с гайками нотации не читали!
Ежов зачарованно смотрел, как ест Дитирон. Посмотреть там было на что – уу-де-шуу насадил на руку-бивень поросенка, вонзил в него клыки и быстро-быстро работал длинным языком, покрытым мелкими шипами, как терка. Так же он и пил – опустил голову прямо к чашке с подслащенной водой и начал с поразительной скоростью лакать. Когда дело дошло до гарнира – кучи вареных бобов, в ход пошли паутинные бородавки. Дитирон с молниеносной скоростью выбрасывал паутинки, ухватывал ими бобы целыми горстями и швырял их в пасть, забрызгивая все вокруг жиром. Теперь Михаил понял, почему все старались сидеть подальше от него.
Впрочем, Соазссь тоже ел не так, как люди. Его хоботок вытянулся еще сильнее, а из него вылез длинный осклизлый шип. Он воткнул его в лобстера и буквально высосал его, оставив пустую скорлупку. Точно так же он и пил, только без шипа – просто опускал хоботок в стакан.
– Йижа холодна и не смачна, - тоскливо сообщил Остап. – Мени це не подобаеться. Я хочу вареники з сиром и мьясом...
– Моя жалко, что Великий Дух не разрешай есть друзей, - согласился с ним Дитирон. – В Остапа много мясо, вкусно кушай. И Джина выгляди хорошо, нежный мясо, сладкий...
– Бесмосглый дикарь, - слизнул капли жира с губ Косколито. – Расумных существ нелься есть, это сапрещено конвенцией галактов.
– Моя знай, - горестно стукнул себя бивнями по роговому шлему уу-де-шуу. – Моя кушай только врагов, а друзей оставляй про запас, на голодный год...
– Ну что, Мишенька, покушал? – ласково спросил вошедший Койфман. – Тогда пошли сходим в арсенал, подберем тебе что-нибудь по руке. Джиночка правильно сказала – надо тебя чем-нибудь вооружить.
– Я еще не...
– Остап, хочешь ростбиф? – спросила Джина, отнимая у Михаила тарелку.
– Звичайно, хочу! – оживился обжористый алкморег.
– Он покушал, - сообщила Джина, для профилактики щипая Ежова в бок. – Пойдемте, ребе Аарон. Кстати, что там с таможней?
– Улетели, - широко улыбнулся старик. – Но обещали вернуться. С полицией. Ох, боюсь, не отвяжутся они... Рудольф, ты уверен, что не сможешь починить реактор побыстрее?
– Я делаю, что могу, - пожал плечами механик, доедая салат. – Был бы здесь капитан, было бы быстрее – он умеет работать с техникой...