Экодипломат
Шрифт:
«Надеюсь, – подумал эколитарий. – Надеюсь».
– Сначала, – продолжила Майдра, – я удивлялась, почему Аккорд не прислал никого присматривать за вами. Однако позднее все стало ясно.
– Вы просто гений, – добавила Хивер.
– Особенно хорошо мы это поняли после взрыва и того, как вас пытались похитить, – проговорила Хиллари.
– Делаем что должно.
– Это так, лорд Уэйлер, но мы хотели бы, чтобы вы знали: мы – все сотрудники – понимаем, сколь сложна была ваша работа и сколь осторожно вам приходилось себя вести. Перед тем, как
Майдра протянула руку вперед. На ладони лежала маленькая черная коробочка.
– Но… – замялся Натаниэль.
– Открывайте же, – настойчиво попросила Хивер.
– Не бойтесь, не взорвется, – засмеялась Майдра.
Он осторожно поднял крышку. Внутри, на подушечке из зеленого бархата, лежала булавка для воротника с миниатюрным изображением официальной эмблемы Эколитарного Института.
Натаниэль рассмотрел ее и понял, что это не эмаль и не лак – черный и зеленый цвета шли из глубины самого металла.
– Великолепно, но я не заслуживаю подобного такого прекрасного, не я, – промямлил он.
– Мы собрали деньги, – сказала Хивер. Пожалуй, да, догадался эколитарий, и немалые. Булавка была изготовлена из цельного люстраля.
– Не способен принять подобный дар за выполнение своего долга. Он чересчур красив.
Майдра улыбнулась еще шире:
– Вы не можете нам отказать. Подарки в виде украшений, одобренные императором, надлежит принимать. В противном случае ваш поступок расценят как оскорбление Императорскому Двору.
Натаниэль перевернул булавку и прочел выгравированную надпись: «От персонала легатуры Аккорда и от Его Величества И. Л. М. Н'тройи в знак искренней благодарности». Под буквами виднелся крошечный оттиск императорской печати.
Зачем императору понадобилось добавлять к своей подписи слова «в знак искренней благодарности»?
– Зачем императору?.. – спросил Натаниэль вслух.
– Здесь начинается вторая часть моего признания, – ответила Майдра. – В тот день, когда вы были так подавлены и говорили о том, что Империя не понимает Аккорд и его возможности, а Аккорд не понимает, что Империя не понимает…
– Да-да?
– В тот день я… ну… я записала ваши слова. Я не могла бы их повторить, поэтому записала и передала товарищу, имеющему прямой доступ к императору. – Она развела руками. – Я знаю, что не следовало так делать, но вы не хотели заявлять это публично, а если бы и сказали все прямо, никто бы не поверил. К тому же ваша правота и ваша подавленность…
– Не имеет значения. Просто примите подарок, – посоветовала Хивер.
– Мы хотели, чтобы у вас что-нибудь осталось на память, и едва успели к сроку, – добавила Майдра.
– Ну же, давайте наденьте, – улыбнулась Хиллари. Натаниэль начал застегивать булавку, но не сумел с ней справиться.
– Позвольте я помогу, – предложила Хиллари.
– Майдра, он весь покраснел от смущения, – хихикнула Хивер. – Весь покраснел!
Натаниэль пожал плечами.
– Что сказать?
– Ничего. Ничего
– Вы заслуживаете награды, лорд Уэйлер. Едва ли легат Уитерспун, господин Марлаан или кто-либо на Аккорде полностью осознают, что вы для них сделали. А уж имперцы-то – точно нет.
Эколитарию оставалось лишь беспомощно стоять и молчать.
– Идемте, сударыни. Нам еще надо работать. Однако приятно, что хоть раз мы сумели лишить посланника дара речи.
Выходя из кабинета, все трое довольно улыбались.
Натаниэль упал в кресло и стал думать: сколько же они знают и – что еще важнее – сколько знают все остальные. Правда, вопрос этот являлся, в общем, сугубо академическим, поскольку договор был уже подписан и утвержден имперской стороной, а Палата Уполномоченных едва ли пошла бы на самоубийственный шаг, отказавшись выполнять обязательства Аккорда.
Он опять включил новости. На первом канале обсуждали нехватку синдебобов. Натаниэль щелкнул тумблером.
– …церемонии, прошедшей без особой помпезности в Крытом саду, император подписал новое торговое соглашение с Координатурой Аккорда. Хотя наблюдатели полагают, что это рутинный документ, ситуация вокруг переговоров в определенное время становилась в буквальном смысле взрывоопасной: не так давно в легатуре Аккорда прогремел взрыв.
Эколитарий покачал головой: помнят еще.
– В ходе независимых расследований, проводившихся Имперской Службой Разведки и Министерством обороны, не удалось установить ни виновных в этом террористическом акте, ни причины, по которым он был совершен. Однако полученные улики привели к перестановкам среди личного состава ИРС и к отставке лорда Мерсена и лорда Ротоллера из Министерства коммерции. Ожидается, что пересмотр ставок пошлины и новые условия торговли пойдут на пользу транспортной и микропроцессорной отраслей имперского хозяйства…
Натаниэль выключил экран. Пора. Сейчас придут пехотинцы, и он выступит в направлении порта. Вскоре челнок доставит его на пришедший с Аккорда курьерский корабль. Когда он прилетит домой, как раз придет срок Палате Уполномоченных ратифицировать соглашение.
Эколитарий погладил булавку – вероятно, самый дорогой предмет, когда-либо оказывавшийся в его личной собственности.
Негромко тренькнул сигнал – кто-то звонил по частной линии. «Может, не отвечать?» – подумал Натаниэль, но все же коснулся указательным пальцем панели приема.
– Лорд Уэйлер.
На экране появилась Марселла Ку-Смайт.
– Поздравляю вас, лорд Уэйлер.
– Вас также. У вас все хорошо?
– Полагаю, все будет в порядке. Я многому научилась, наблюдая за вами, и теперь работаю у лорда Фергуса.
Очень удобная система, подумал эколитарий. Номинальные главы ведомств меняются, а структура остается на месте, и те же женщины по-прежнему всем заправляют.
– Собираетесь улетать? – Она указала сквозь экран на стоящие у дверей вещмешки.
– Да, скоро лечу.