Экспансия (сборник)
Шрифт:
Рост оторвал голову от подушки, чтобы присмотреться уже внимательно. Так и есть, она сидела в расшитом халате, который многим рабыням в их квартале, имеющим доступ к деньгам, служил опознавательным знаком благополучия и даже богатства. Еще она соорудила новую прическу: уже не косицы, а замысловатую укладку с вплетенной серебристой сеточкой, стоившей, вероятно, кучу денег. Еще она сделала маникюр, от чего ее ручки стали выглядеть холеными и мягкими, словно она никогда не занималась таким делом, например, как стирка.
Если бы Рост умел думать только по-прежнему, он
— Значит, так тому и быть.
А потом снова попытался сосредоточиться, хотя на этот раз почему-то менее удачно. А поутру следующего дня к нему совершенно внезапно ввалилась… Карб. На этот раз она была не в форме, постоянно хмурилась, поджимала губки и сжимала кулачки. Она осмотрела Ростикову конурку, неодобрительно покосилась на Василису и вдруг вполне жестко объявила:
— У меня есть приказ перетащить вас на новое место жительства.
— Куда? — забеспокоилась Василиса.
— Куда нужно, — с ней-то пререкаться Карб не собиралась. Обернулась к Ростику: — Не волнуйся, там просторнее, удобнее, и вообще… Это офицерские квартиры, чины не ниже капитанского обитают.
— Зачем это мне? — попробовал позлиться и Рост, хотя понимал, как мало это значит для кого бы то ни было и для него в первую голову.
— Там окажешься по соседству с твоим приятелем Джаром, а иногда и Лодик появляется… В общем, поднимайся, я уже помощников вызвала, чтобы перенесли тебя.
— Ты тоже там живешь? — мельком спросил Ростик.
— Да, вот… получила приказ не спускать с тебя глаз, — Карб еще сильнее сжала кулаки. — Даже жить нам придется теперь вместе.
Василиса дрогнула, а Карб зло зыркнула в ее сторону глазищами. И Василиса сникла. А Рост подумал, что, пожалуй, последняя инспекция, которую ему устроили неизвестные наблюдатели, привела их, скорее всего, к крайне нежелательным выводам. Почему-то это его обрадовало, это давало какие-то преимущества, хотя какие именно, оставалось пока непонятно. Может, пореже будут вламываться в его мозги?
За этот день они действительно быстро и толково, как умела устроить Карб, перебрались на новое место жительства. Впрочем, и пожитки их несли только пять носильщиков, помимо паланкина, в котором разместились Карб с Ростиком. И то Рост, когда все их вещи Василиса укладывала в специальные плетеные короба, которые ламары носили на широких ремнях на спине, поразился, насколько же незаметно он оброс разным барахлом. Он-то помнил, что пришел сюда с крохотным узелком, в котором половину места занимала чернильница и чистые свитки бумаги.
Новый дом оказался совсем близко от аэродрома, практически на его территории, в подобии военного городка, где обитали пилоты и экипажи антигравов. То есть соседи определенно стали «почище», чем на
Василиса тут сделалась настороженной, слегка рассеянной, но при всем при том и более довольной, потому что помимо нового места Карб наделила ее весомым кошельком с деньгами, и джумре это подтвердило, что все складывается хорошо.
К тому же лечить Ростикову «болезнь» взялся некий пришлый г'мет, у которого на шее болтался довольно причудливый жетон, свидетельствующий, вероятно, что он может заниматься врачебной практикой. Лекарский чемоданчик у всех рас всей обитаемой Вселенной составлен по единому образцу, его за этим типом носила специальная габата, чем-то похожая на Василису, и потому Рост испытал почти противоестественное доверие к доктору. А может, просто семейная привычка хорошо относиться к врачам, какими бы они ни были и как бы ни выглядели, сыграла с ним очередную шутку с ностальгическим привкусом.
Вечером, когда Рост с Карб сидели за роскошным столом, на котором имелся горячий супчик с чем-то вроде клецок, сделанных из рыбного фарша, и мясо, и свежайшая зелень, пурпурная офицерша вдруг последовательно осмотрела стол, комнату, самого Роста и проговорила, чуть не давясь от злобы:
— Меня хотели всего этого лишить.
— Почему? — спросил Ростик, проявляя больше интереса к супу, чем к разговору.
— В общем, — она вздохнула, немного успокоилась, — я пыталась объяснить администрации, что Саваф некорректно ведет дело с тобой… А они отправили мою жалобу самому Савафу. Тот решил, что я нелояльна.
— Что дальше?
— Это место я занимаю, как выяснилось, по его ходатайству. Следовательно, он же может меня его и лишить.
Рост окинул девушку сложным взглядом. Оказывается, неудовольствие иными распоряжениями чегетазуров имело место и среди пурпурных. Но Карб вдруг вообразила, что он ее осуждает. Наверное, поэтому и рассказала эту историю, чтобы он не думал, что у него имеется что-либо, чем он может воспользоваться, оказать на нее давление.
Если, мрачно подумал Ростик, стараясь не выдать никаких своих мыслей, это все, от начала до конца, не спланировано Савафом, включая даже ее рапорт на него и возвращение этого рапорта ему же, тогда… Нет, даже если все получилось случайно, сам перевод Ростика на квартиру Карб обозначал, что Саваф что-то готовит. И только тогда Рост вдруг сообразил, что он работает в своем «низовом» режиме мышления и совершенно автоматически.
— Все-таки, он не выгнал тебя отсюда, — пробормотал он, обрадовавшись вновь открывшейся способности.
— Ты-то выиграл от этого, — от огорчения Карб даже перестала жевать. — А я… Жила себе тут, с прислугой, была свободна как ветер… И вот теперь меня практически подчинили тебе.
— Подглядывать тебя за мной послали, а не подчинили, — уточнил Ростик.
— Думаешь, это предел моих желаний?
— Не знаю, но, кажется, для тебя все могло сложиться и похуже.
Неожиданно Карб смягчилась: