Экспат
Шрифт:
— Ну… — протянуло несколько человек. Компания переглянулась, но замечание не развернула.
— Грабят и насилуют только ночью? Понимаю, — хмыкнул Эрнест.
— У нас вчера убийство было, — выдавил наконец «холёный».
— Убийство в Городе случается каждые пятнадцать минут.
— Но у нас не Ямы! И убили вполне адекватную девушку… Да и милую.
— Ревнивцы всегда есть.
Группка рассмеялась.
— Говорю банальности, да, — усмехнулся в щетину Эрнест.
— Нет, просто так бесит — о покойных либо хорошо либо ничего, — процедила, затягиваясь, «звёздочка». — Как будто не было удлинения ног у палочников,
— Голодрама какая — то, — покачал головой А. Н.
— Я о том же. Зато теперь — портрет в траурной синей рамочке.
— Мужики, говорите… у вас тут хоть педофилов не особо много?
— Нет, что ты. Несколько безобидных стариков, которые издалека передергивают около тропинки, ну и залётные щеглы из Нового Города.
— Любители молодого мяса, — цинично буркнула молчавшая до сих пор блондинка с «неоновым» макияжем сдержанных цветов.
— Куда без этого, — энергично кивнул холёный. — На самом деле Лесли даже не приближала их к себе на расстояние ближе плазмагана.
— Лесли?
— Ну, та девушка.
— Запутали меня, молодежь. То «не приближала», то говорите про мужика.
— Да странный там был перец. Дорогая машина, дорогая одежда — аж кожа на пальто скрипит. А вторая сабурбия, зачем она ему? Выше вас на голову такой и шире раза в полтора — а я таких как вы, встречаю редко даже в зале.
— Ну и чёрт с ним, — скорчил сомнительную гримасу Эрнест. Слабое чувство узнавания буркнуло где — то в глубине мозга и заткнулось. Ну и ладно. Впоследствии можно было провести адресную дознавательную работу. Официальную, с протоколами и психологами. Но — не сейчас. Сейчас детектив нуждался в общей информации. — У вас тут ксеносов особо не водится, смотрю? Хоть где — то с ними всё спокойно.
— Мы их просто жгём, и все дела.
— В смысле агрессивных?
— Да вообще всех. Заводят магазин — жгём, предприятие в пределах сабурбии — поджигаем. Самих тварей — никогда. Асакку, например, не трогаем, они убирают тут дорожки, как и везде.
А. Н. едва не поперхнулся дымом. Прямое нарушение Хартии в сабурбии было самым большим сюрпризом за день.
— Наверное, район не подойдёт моим клиентам, — скорчил он грустную рожу и выбил пепел из трубки.
— Почему?
— Потому что лет через пять «хозяева» нашинкуют его обитателей на кебаб хуртукулями.
Подростки засмеялись. Молодость и веселый настрой помешали им заметить — говорил Эрнест очень и очень серьёзно. Детектив приподнял шляпу, удостоился сдержанных кивков парней и тёплых взмахов девичьих рук. И ушёл, не оглядываясь. Перед ним стояла возможная группка экстремистов. Или же — живые трупы, которые ещё пострадают из — за круговой поруки. Если подобная ситуация сохранится год — два — реакция «хозяев» будет жёсткой.
Лэндинг: Деловые новости
Заголовок: Маргинализация рынка дешевых мотелей достигает угрожающих масштабов.
Одобрено Хозяевами: да
Как сообщают наши источники в городском магистрате, чиновники крайне обеспокоены ростом преступлений в мотелях. Причиной тому может быть рост использования данного типа гостевых заведений в качестве дешевых квартир лицами, не имеющими право на резидентство.
Господин Хартстоун из службы безопасности «Ao_Ao Group»
<…>
А. Н. всё больше склонялся к идее Нахта спустить с цепи герра Тиммермана сразу же по возвращению из пригорода. В лучшем случае за столь масштабное нарушение «хозяева» применят децимацию. А выживших — расселят по Пустошам. Но скорее всего район ждёт массовое поражение в правах, распродажа смутьянов по биолабораториям. И конечно же, резня. Обновление Стены Черепов, так сказать.
В «улитке» раздался тревожный зуммер. Глянув на экран коммуникатора, Эрнесту оставалось только в бешенстве стиснуть зубы. Биобот был отозван в связи с низким уровнем заряда. Оставалось только застегнуть тренч. Схватить шляпу в руки, взять разбег. Пробежать квартал. Другой. Ближе к концу третьего — запыхаться, но успокоиться, увидев нужный сквер. Надо поменьше курить, недовольно отметил Эрнест, слушая шум наполняющего лёгкие воздуха пополам со стуком в ушах.
Бродяга так же беззаботно валялся, укрывшись драной шинелью. А. Н. бесцеремонно сорвал «одеяло», окатив себя мелкими комками засохшей грязи. Негромко приказал:
— Вставай, отец.
— А? Что? — в лицо пошло крепкое облако застарелого перегара. — Я уже платил в этом месяце, отвяжись!
— А месяц уже прошёл, — не растерялся Эрнест.
— Не может того быть, как бы я забыл — то?.
— На погоду посмотри, дурак старый.
Бродяга встал. Он выглядел изрядно побитым жизнью. Сбитый нос, бурая кожа. Растрескавшиеся губы и сальные волосы.
— Как же так — то… Ну как знал, не нужно фазис со спидолой и виски мешать, не молодой уже…
— Так будешь платить или как?
— Шеф, шеф, не хочу в участок, ну их к чёрту! — поднял голос и накал эмоций бродяга. — Но денег ни монеро нету! Зубы свои оставшиеся даю на это!
— Ладно — ладно. Найдётся чем расплатиться, отец.
— В Подбрюшье не пойду, — насупился старик.
— Что?
— Что слышал, наммунг глухой. Не пойду. Лучше уж в Ямах поживу. Там народ как — то подобрее.
— Чёрт с ним, Подбрюшьем, — быстро произнёс Эрнест. — Ты же был недалеко, когда Лесли грохнули?
— Лесли? Аллен? Даа, хорошая девочка была, дааа… Но подожди, я ж уже кому только как не рассказал о ней, а?
— Не понял? Видел?
— Ну да, видел её. Где — то около полуночи, а может и попозже часа на пол.
— А может, и раньше часа на два, — не удержался А. Н.
— Нет, — серьёзно покачал головой бродяга. — Не раньше. Оттенок у неба совсем другой был бы.
— И какой она была? — быстро вставил Эрнест вопрос. Глупый вопрос, заданный не к месту. Но вызывающий нестандартный ответ.
— Да как обычно. Ноги до ушей, юбка скрывает только то, что скрывать совсем уже нельзя, господин детектив. Озиралась. Понимаю — сам бы озирался. Иметь таких родственников и такую ораву ревнивых мужиков — лучше уж сразу в Ульи, аккурат посередине между арахнидами и палками.
— Она шла с кем — то или одна? — Эрнест достал блокнот и спешно набросал полученные данные.
— Да, с кем — то, как же иначе. Амбал в чёрном кожане. Вроде твоего тренча, но дороже раз в сто.
— Белые волосы?