Экспат
Шрифт:
Вбежать во двор. Увидеть гиганта в чёрном кожаном плаще, выдернуть пистолет из кобуры. Навести, проорать:
— Служба безопасности АК, руки за голову, без резких движений!
Увидеть недоумённое лицо гиганта, медленно открывающего полу плаща. Увидеть вороненый щит без каких — то других гербовых знаков. Поймать лёгкое чувство понимания и, тяжелое — ощущения засады. Развернуться. Увидеть нейрошокер, бьющий прямо в лицо.
Понять, что на них с незнакомцем организовали массовую засаду.
Упасть в беспамятство.
Глава 3.4.
Место: Подбрюшье.
Локация: Неизвестно.
Время: Вторник, 18–42
Сознание возвращалось очень медленно. Кто — то обшаривал карманы Эрнеста, выругался. Сдернул плащ целиком. Мелькнула обрывистая мысль о прекрасной трубке, оставшейся во внутреннем кармане. Наконец, ругаясь на вес детектива, слабые руки запихали его в какой — то покрытый застывшими брызгами бетона черпак.
— Не уверен, что это отличная идея, — произнёс знакомый голос, в котором не слышалось ни капли сочувствия. И тем более — приторности и заискивания, которым А. Н. кормил он вместе с женским несколькими часами ранее. Мистер Аллен. Собственной персоной. Скорбящий отец.
— Тим, это прекрасная идея. Сеть переполнена прогнозами о ливне. Трупы этой парочки вынесет в Реку. Когда их хватится начальство, они уже доплывут до водохранилища.
— Или Высадки. Ты ведь не знаешь точно, где створ водосброса?
— Нет. Но Светлый знает, он и сообщил.
— Ну раз светлый…
— Чёртова сладкая парочка, — попытался простонать Эрнест. Но не удалось извлечь ни одного внятного звука.
— Он скоро очнётся.
— Вы слишком долго возились с ним, — надменно произнёс дребезжащий мужской голос. Опять же — весьма и весьма знакомый.
— Ферзь, уж ты бы молчал! Спускайте быстрее.
А. Н. почувствовал запах сырости и смог открыть глаза. Правда, зрение ещё не вернулось полноценно. Так что детектив смог лишь разглядеть только уходящее затемнение. Судя по запаху сырости и звуку разматываемой цепи, его куда — то спускали. Оставалось только надеяться — что неглубоко. Сверху раздавались раздражающие и раздражающиеся голоса.
— Между прочим, никто из вас, идиотов, не смог вытащить язык из жопы, и обработать его в точке сбора. Ваше счастье, что эта венгерская дура направила детектива прямиком ко мне, и ваше счастье — что я успел предупредить жену о втором визитере.
В ответ посыпались ругательства. Эрнест отключился снова.
Очнулся он уже на вязкой поверхности. От удара о дно. Судя по падающей на тело цепи, заговорщики не рассчитали на этот раз длину цепи. Или же — решили оборвать даже теоретическую вероятность выбраться по шахте вверх. А судя по запаху прелой воды и хлюпанью, пол покрывал толстый слой воды.
Отбросить ком цепи, с усилием перекатиться по луже на полу. Все равно получить падающей спиралью
— Я так полагаю, — хрипло осведомился голос, — что ты шёл по моему следу?
А. Н. нетвёрдо встал на ноги. Нейрошокер настраивали дилетанты — иначе детектив бы не пришёл в сознание в обозримом будущем. А так — пришёл и даже был способен заплетающимся языком ответить:
— Да.
Негромкий хриплый смех.
— Стоило этого ожидать, — весело проворчал голос и прервался надсадным кашлем. Свет почти не доходил до дна колодца, так что Эрнест не видел собеседника. Только какие — то светлые тени во тьме.
— Ты не убийца, — прохрипел А. Н. Ничего более подходящего ему пока не приходило в голову.
— Убийца, — поправил собеседник. — Но не убийца Лесли, если ты о ней. Девчонка была моим агентом.
— Агентом?
— Ну да. Один из элементов сети осведомителей, выстроенной для обнаружения и раскрытия ксенофобской ячейки. Разрушенной сети.
— Они нас и вырубили?
— Будешь смеяться, но нет. Это были радикальные ксенофилы, презирающие любую сегрегацию. И любых сторонников.
Эрнест выругался. Как и предсказывал Нахт, дело было запутаннее обычного.
— А причём тут кордул?
— Видимо, они натаскивали его на человеческое мясо. А в процессе уже наткнулись на ксенофобов. И вырезали его жвалами ячейку под корень.
— Ты заметил Алленов.
— Да. Я подозревал их, с тех пор как оказалось, что «Котёнка» полюбили человеческие традиционалисты. Но когда Лесли убили — всё смешалось, — мужчина вздохнул. — Следовало раньше заметить, что они очень лояльны к ксеносам. А уж для второй сабурбии — даже излишне.
— Не боишься откровенничать?
— Нисколько, Эрнест.
— Мы знакомы?
— Ты представился, как и должен был сделать по уставу.
— А ты — нет.
— Не успел. Антон.
— «Нокс»?
— Ну да, — ни капли ни смутившись, проговорил гигант. — Я иногда отрываю жопу от кресла. «Хозяева» и остальные знают, но помалкивают.
— Хорошо, — проворчал Эрнест, пытаясь встать. Тело откровенно не подчинялось ему, каждое движение отдавалось тысячей иголок в мышцах. Нейрошокер. — Есть идеи, как выбраться? Ни черта не вижу.
— Подожди, они выбросили на дно мой плащ. Видимо, не хотели оставлять улик. А в нём есть несколько полезных приблуд. Сейчас доберусь до него.
— А ты его видишь?
— Тьма мне как дом родной, — фыркнул Антон. Он подошёл в менее тёмный участок. Зрачки блеснули бледным светом.
— Железо?
— Биомодификация. Так, подожди…
Шорох и скрип кожи. В руках у безопасника появилась флуоресцентная палочка, разгорающаяся бледным светом.
— У меня ещё спички есть, — подал голос А. Н. — И универсальная зажигалка.