Экспаты
Шрифт:
Но существовали некоторые трудности, не позволявшие ей рассказать Декстеру о своих подозрениях. Во-первых, Билл быстро превращался в лучшего друга Декстера. Единственного друга. Они играли в теннис, за которым следовал совместный ужин, и Декстер возвращался домой поздно и очень довольный.
Кейт и Декстер были на дегустации вин, организованной Американским женским клубом; посетили школьный вечер для учеников и родителей; вместе ходили в кино и в театр. Их приглашали в другие дома на обед или ужин, они принимали у себя семейные пары.
Во-вторых, она не желала признаться, что ее стремление тайно рыться в Интернете проистекало из давней привычки не доверять никому. Истоки этого таились в понимании, что ей и самой доверять нельзя.
— Ох-ох, — хитровато улыбнулся Билл. — Кажется, вы меня застукали.
— На чем?
Третья трудность заключалась в абсолютном нежелании признавать, что ее мотивация — пусть отчасти, пусть в ничтожной доле, но отнюдь не несущественной — вызвана сексуальной привлекательностью Билла.
— Видите ли, моя жена в отъезде. Уехала утром в Брюссель.
Кейт смирилась с решением ничего не говорить Декстеру о фантомной природе Маклейнов. Во всяком случае, до того, как ей удастся (и если удастся) узнать что-то еще. Или когда она, попытавшись узнать больше, не найдет ничего достойного внимания.
— Вот поэтому я хожу-брожу по городу. — Билл сделал к ней шаг, потом еще один и прошептал на ухо: — В поисках женщины, с которой мог бы провести весь день в постели.
Кейт изумленно открыла рот.
Улыбка Билла стала еще шире.
— Шучу, шучу, — рассмеялся он. И помахал небольшим пакетом. — Мне кое-что понадобилось для компьютера.
Она шлепнула его по груди, не слишком сильно.
— Мерзавец. — И уставилась, несколько заинтригованная; он ответил ей игривым взглядом. Это могло оказаться забавной случайностью. Возможно, она пойдет на пользу Кейт. Да и Биллу тоже. А может, каким-то образом и всем четверым. Легкий, безвредный флирт. У всех такое бывает.
— Было здорово тогда, в Париже, — сказала Кейт. — Хорошенькую штучку вы отмочили. Смело, по-мужски.
— Ох, ерунда. — Очень остроумный ответ. — Ничего особенного.
— Где вы научились таким штучкам?
— Ничему я не учился, — сказал он. — Просто сработали мои молниеносные рефлексы.
Это звучало неправдоподобно, но Кейт отлично понимала, что лучше не напирать.
— А Джулия действительно в Брюсселе? — спросила она.
— Да. Поехала повидаться со старой подругой, оказавшейся там проездом. И зачем это люди ездят в Бельгию?
— Подруга по колледжу?
— Нет.
— А в каком колледже она училась? — Кейт не отводила
— В университете Иллинойса.
— А вы? Какая у вас альма-матер?
— Вау!
— Вау что?
Билл посмотрел налево, потом направо.
— Я и не предполагал, что попаду на собеседование, словно устраиваюсь на работу! Прямо на улице. Как я вам уже говорил, нынче я рассчитывал лишь на праздное времяпрепровождение. — Он улыбнулся. — Но раз такое дело, я должен узнать, сколько мне будут платить на этой должности.
— Это зависит, — сказала она, — от целой кучи разных факторов.
— Таких как?..
— Ну например, где вы получили свою степень?
В его глазах мелькнуло замешательство, может, озабоченность, он даже лоб наморщил. Но губы продолжали улыбаться, улыбка словно примерзла к ним.
— В Чикаго.
— В Чикагском университете?
— Точно.
— Неплохо. По какой специализации?
— Вокруг да около.
Она удивленно приподняла бровь.
— Назовем это междисциплинарной специализацией.
— Хм. Аспирантура?
— Не было.
— Понятно. Последняя занимаемая должность?
— Старший партнер в валютно-обменной фирме.
— Почему уволились?
— Вышел из дела. — Он явно хотел положить конец всем этим вопросам; эта часть игры закончилась. Но Билл по-прежнему слегка улыбался и выглядел весьма уверенным в себе человеком, одним из тех, кто всегда все знает и во всем разбирается — в лыжных гонках и теннисе, в ремонте автомобилей и столярном деле, в проблемах общения на языках, которыми не владеет, в размерах чаевых носильщикам и взяток полицейским, в любовных играх и оральном сексе.
— Послушайте, — сказал он, делая к ней еще шаг. — Честно говоря, у меня сейчас вполне приличная работа, я только начал это дело, так что другого места вообще-то не ищу. Ну так как? — Он наклонился к ней совсем близко, слишком близко — рот возле ее щеки, губы шепчут прямо в ухо, отчего волосы на шее встают дыбом. — Мы двигаем в постель или нет?
Билл притворялся, что это шутка. Но никто не станет так шутить, если это не просто дурачество, а предлог, чтобы открыть дверь в возможное приключение. Это заявление, громкое и четкое, что дверь уже открыта.
— Ваш муж, как я понимаю, тоже в отъезде.
Хотя Кейт никогда не изменяла мужу, приглашения такого рода получала. И не раз. Подобные шуточки на самом деле являются одной из обычных форм предложения.
Кейт чувствовала, что ее броня дала трещину, броня, всю жизнь служившая ей защитой против таких, как Билл, скользких, хитрых, склонных к манипулированию другими, опасных мужчин. Принадлежащих к породе зверей, противоположных по характеру и природе, радикально отличающихся от мужчины, за которого она вышла замуж, более цивилизованного, выбранного ею, исходя из интеллектуальных и прагматических соображений.