Эксперимент
Шрифт:
Время…думать…У всех есть время подумать, что и зачем делать. Но, к сожалению, все спешат, только не понятно куда, но спешат и успевают обдумать только вопрос «что?», а вопрос «зачем?» остается не замеченным, но это только до поры до времени. Потом оказаться в тюрьме, в реанимации, в инвалидном кресле, имея смертельное заболевание…или вообще лежать в холодной земле в деревянном гробу…В дальнейшем «зачем?» сводит с ума похлеще чем любовь.
Но ответа нет и не будет. Ответ ушел в прошлое, а выудить что-то оттуда в настоящее практически не реально, за исключением бессмысленных обвинений. Прошлое ничего не дает, лишь больные и, редко, хорошие воспоминания.
А день клонился к вечеру, небо заволакивало тучами, и воспоминания об утренней заре исчезали, словно их и не было. Все резко потемнело, аккомпанируя мрачным думам девушки. Вот-вот должен был начаться дождь, но он томил душу и не начинался. Небо пустило две-три капли на землю, а затем остановилось, дразня живых существ.
В дверь раздался звонок и Лилит прикрыла глаза. Ей так не хотелось вставать, было больно физически и также морально. Было просто невозможно от одной только мысли, что надо встать и открыть дверь. И кому! Вампиру, который мог спокойно оказаться в квартире и без открывания дверей.
– Найди другой вход! – сказала она вслух и прикрыла глаза, кладя руку на лоб.
Но через пару минут снова раздался звонок, только более настойчивый.
– Я сейчас тебя заколю! – пригрозила Лилит, поднимаясь с постели.
В одной пижаме, она поползала открывать дверь.
– Куда ты пропала вчера, Лилит? Я прождал тебя три часа! – на пороге стоял Грей.
Девушка закатила глаза: «Тебя мне только не хватало. За что мне это!».
Она молча развернулась, оставив дверь открытой. Парень вошел в квартиру и прямиком направился в комнату, где лежала Лилит. Она залезла почти с головой под одеяло, скрывая синяки и следы от укусов. Грей присел рядом на кровать.
– Тебе плохо! – окинул он ее сочувствующим взглядом.
Лилит повернулась к нему и уставилась стеклянными глазами.
– Что тебе надо от меня? – безразлично спросила она его.
Парень изумился от такого хамского ответа. На тумбочке пропищал телефон. Под одеялом Лилит дотянулась до него рукой и прочитала сообщение от Левиафана: «Я заеду скоро».
– Тебе лучше уйти – прошептала она Грею.
– Почему ты так разговариваешь, Лилит? Нет, я никуда не пойду. Я уже ушел однажды и жалел об этом столько лет после! – угрожающим взглядом он окинул лежащую девушку.
Она вздохнула.
– Слушай, я не хочу сейчас никаких гостей и ворошить прошлое. Наша вчерашняя встреча была ошибкой…
– А зачем ты тогда дверь открыла? – начал он, нервно сжимая кулаки.
– Да потому что я думала, что это другой человек! – Перебила его Лилит.
Грей встал и посмотрел на нее исподлобья.
– Другой? – прошипел он. – Что это значит?
– Это значит, что тебе пора! – крикнула Лилит, приподнимаясь на кровати, но позвоночник тут же парализовало от внезапной болевой атаки.
– Ну, уж нет! Я покажу тебе, как надо общаться с мужчинами! – разъярено крикнул он, расстегивая пуговицы на рубашке.
Лилит округлила глаза, поняв, к чему он клонит. Но она еле шевелилась. Малейшее движение причиняло ей адские мучения. «Нет, только не это…», проскочило у нее в голове, и глаза закрылись.
– Нет, ты не посмеешь
– Я слишком влюблен в тебя и нет у меня больше сил сдерживать себя! – он схватил ее за талию, закутанную в одеяле, и прижал к себе, тем самым, отправляя каждую клеточку ее тела на раскаленный вертел. – Ты морочила мне голову в течение пяти лет! Пять лет, Лилит! Вчера днем ты снова объявилась в моей жизни, когда я уже почти сумел забыть твое лицо, вкус твоих губ, изгибы твоего тела! Ты сводила с ума меня вчера в клубе! Ты завела меня, а потом исчезла! Кто так поступает? А? А сейчас ты мне говоришь, убирайся отсюда, потому что я другого ждала?
Недолго думая он начал целовать ослабшую девушку, в сумерках не замечая синяков и укусов по всему телу.
Левиафан появился как раз на самом интересном месте и застыл, словно статуя. Букет цветов символ примирения, залог прощения, выпал из его рук.
– Во как! – проговорил он, глубоко дыша и разглядывая парочку на постели.
Лилит вздохнула с облегчением, разглядев в нем заступника. Но вот только он не торопился ее защищать.
– Вчера ночью она продала мне свое тело вот за эту сумму! – Левиафан вытащил деньги и швырнул их на подушки. Шуршащие бумажки разлетелись по всей кровати. – А сегодня тебе? Я хорошо провел ночь, желаю тебе того же!
Лилит не верила своим ушам. Но он же не знал предысторию это сцены в постели, его взору открылась совершенно иная картина, неприятная и болезненная.
– Нет…Нет! – закричала Лилит, – ты все не так понял!
Но вампир уже исчез из квартиры. Лилит закрыла глаза и зарыдала.
– Его ты ждала? – с пристрастием начал задавать вопросы Грей, не выпуская девушку.
– Отойди от меня! – Лилит плюнула на боль и начала лупить парня руками по лицу.
– Так ты машину получила, да? У меня нет таких денег, но я думаю, ты не откажешь старому другу! – он ударил вырывающуюся девушку, и она даже не успела увидеть звезды и почувствовать удар, она просто потеряла сознание.
«…Луг, свежий летний луг, усеянный полевыми цветами. Они сказочно благоухают, их тонкий аромат обнимает и ласкает меня…Птички поют так прекрасно и красиво, кто-то стрекочет им в такт, словно метроном. Мушка, по мне ползет мушка, но я не чувствую ее…у меня нет тела. Левиафан, ты обманул меня…У меня есть душа, я сама душа. Вот она, беспечно бродит над летним лугом. Я чувствую нежный ветерок, ласковый, никогда не ощущала такого ветра…И солнце, я могу смотреть на него, оно больше не жжет мои глаза, оно яркое и золотое, и невероятно красивое…Что это? Все темнеет, вся красота исчезает, словно песок сквозь пальцы. Мушка разваливается на песчинки и тает, она вся состоит из этих песчинок…Все кругом из песчинок, и мне больно смотреть…Ветер меняется, становится сильнее и противнее, промозглый…Боль. Сильнейшая боль. Отрава. Страх. Я не могу ее терпеть… Ужас. Терзания. Все снова».
Лилит вскрикнула и открыла глаза, ощупывая тело: факт того, что на ней все еще была пижама и не рваная, подарил ей мизерную надежду.. Рядом с ней никого не было. За окном было темно, темнее, чем обычно. «Ночь. Какая ночь? Эта? Вчерашняя? Может следующая? Боль. Она реальна. Может я мертва? Нет. Я чувствую все…Значит жива. Жизнь».
Лилит провела рукой и поморщилась. Она кое-как встала и дошла до ванной.
– О боже! – зажала она руками рот, увидев себя в отражении.