Эльф
Шрифт:
«Что толку думать об этом?» – напомнила она себе. «Лучше принять ванную, расслабиться и попытаться и дальше играть роль пятнадцатилетнего юнца вместо двадцатитрехлетней девицы».
Наполнив ванную водой, она спокойно погрузилась в нее с головой и выдохнула. Маленькие пузырьки воздуха с шумом лопались на поверхности воды, а затем настала тишина.
Несколько мгновений она лежала на дне, всматриваясь в искаженное пространство над головой и, когда желание вдохнуть стало невыносимым, вынырнула. Она часто делала так теперь. Ей казалось,
Она довольно быстро вымылась и вновь, набрав целую ванную воды, погрузилась в нее с головой. В этот момент она услышала, как в комнату кто-то вошел.
– Я принес тебе чистую одежду, – прокричал Мортон. – Оставлю на кровати. Через час пойдем ужинать. Я за тобой зайду.
– Хорошо.
***
Мортон немного смутился, потому что голос Дмитрия действительно больше походил на девичий, чем на юношеский. Выбросив из головы эти нелепые аналогии, он вышел из гостевой и снова закрыл пацана на замок.
***
Она моментально выпрыгнула из ванной, вытерлась и прошла в комнату. На кровати для нее оставили белую рубашку, запонки, черные мужские брюки и туфли, кстати, нужного размера.
«Прекрасно! – подумала она. – В этом, конечно, никто не усомнится в моей половой принадлежности».
Она тяжело вздохнула и приняла решение – все-таки надеть грязные джинсы и свитер, причем вместе с шарфом и шапкой. Лучше показаться чудачкой (а в ее случае чудаком), чем надеть все это, тем более что на ней не было лифчика.
У нее оставалось мало времени, чтобы высушить волосы и принять тот же облик, в котором она попала сюда. Не теряя ни минуты, она вернулась в ванную и, воспользовавшись феном, принялась за работу. Кстати, постиранные в раковине трусики она тоже собиралась высушить феном.
Она не услышала, как дверь ее комнату тихо отворилась и в нее кто-то вошел. Вся сцена разыгралась именно в ванной, когда она, стоя здесь, в чем мать родила, сушила волосы. Дверь резко распахнулась. Она инстинктивно обернулась на звук. В этот момент раздался женский крик. Она настолько была ошеломлена происходящим, что закричала сама, уронив при этом фен. На все потребовалось несколько секунд. Она протянулась и, схватив жертву за руку, выкрутила ее в локте, обхватив другой рукой шею и зажав ладонью рот.
– Замолчи, идиотка, а не то шею сверну, поняла? – прошипела она.
Девушка довольно быстро взяла себя в руки и в знак согласия закивала головой.
– Я спокойно отпущу тебя, только не кричи. Договорились?
Девушка вновь кивнула.
Она плавно освободила ее из стальных объятий. И это был настоящий прокол. Девица выхватила из сапога пистолет и прицелилась в нее.
– А теперь, думаю, мы можем поговорить, – сказала незнакомка.
– Давай, – согласилась она и замоталась в полотенце, висевшее рядом с ней.
Мокрый предмет ее нижнего белья соскользнул c
– Ничего бельишко! – оценила ее вкус незваная гостья.
– Спасибо. Хороший «ствол», – парировала она.
– Меня, кстати, зовут Лой, – представилась незнакомка. – Я сестра тех двух ослов, которых ты так красиво обвела вокруг пальца.
– А я просто Дмитрий.
Лой расхохоталась.
– А если серьезно? – успокоившись, спросила она.
– Тайрин, если хочешь.
– Тайрин, значит, – кивнула Лой.
– Да, Тайрин.
– И как долго ты собиралась водить всех нас за нос, Тайрин? Не думала же ты, что мы не узнаем?
– А я, собственно, ни на что и не рассчитывала, – поморщилась Тайрин.
– Ты боялась, что тебя изнасилуют?
– А ты бы не боялась, Лой? – переспросила она.
– Ну, – задумалась Лой, – если бы я совершенно не знала, к кому попала, наверное, да, опасалась бы.
– Вот видишь. А теперь могу я переодеться или мне так и идти на ужин в полотенце? – Тайрин развела руки и поклонилась.
– О, да, – многообещающе хмыкнула Лой. – В полотенце было бы шикарно, но, боюсь, дресс-код сегодня обязывает. Кстати, сколько тебе лет?
– А тебе?
– Двадцать два.
– Двадцать три, – ответила Тайрин.
– У тебя красивые глаза. Никогда ничего подобного не видела, – заметила Лой.
– Ты первая, кто говорит об этом как о достоинстве, – как будто в укор произнесла Тайрин.
– Отчего же. Они прекрасно гармонируют с твоей бледной кожей и темными волосами. И вообще, ты мне нравишься, – Лой пожала плечами. – Кстати, я не поблагодарила тебя за спасение.
– Не стоит. Свою благодарность твои братья мне уже выказали.
– Ты ничего не понимаешь, так ведь? – улыбнулась Лой. – Если бы знала, не обижалась бы.
– А рассказать тяжело?
– Да, брось, – махнула рукой Лой и спрятала оружие обратно в сапог.
– Не боишься, что я на тебя нападу? – удивилась Тайрин.
– Я же сказала: ты мне нравишься, так что…
– Глупая ты, – улыбнулась Тайрин.
– Доверчивая, а не глупая, – поправила ее Лой и присела на кровать в комнате.
Лой не была похожа на тех женщин, которых видела Тайрин. Ее красота гармонично вписывалась в образ некой невинности. В то же время девушка показалась ей слишком «живой», и потому не вписывалась в образ «фарфоровой статуэтки». Цвет волос она, очевидно, унаследовала вместе с братьями. Темные кудри волнами падали на спину. Глаза такие же зеленые, как у Дамьена. Выразительные брови, маленький носик и чувственные полные губы, – мечта любого мужчины, в данном случае, мьера.
– Думаю, стоит надеть то, что принес тебе Мортон, – произнесла Лой. – Это будет справедливо. Ведь ты покоришься воле Дамьена, но, с другой стороны, утрешь всем нос. Боже! – воскликнула она, – я уже вижу их изумленные лица! Ха!