Эльфдом
Шрифт:
Масленку разбудила стрельба. Он вскочил с кровати, вновь не узнав очертания своей комнаты. Где он? Ах да, Пресвятое Сердце. Это действительно была стрельба?
В ответ раздалась автоматная очередь. Она прозвучала пугающе близко. Царапина от Шипа быстро одевалась в темноте.
«Где это?» — Он не стал искать сброшенную одежду и достал новую из шкафчика.
«Имбирное Вино», — прорычала Царапина от Шипа.
Внезапно раздался драконий рев и небо пронзила ослепительная алая вспышка. Царапина уже
«Слава богам», — выдохнула Царапина.
«Что это было?»
«Эсва Клана Огня». — Она натянула штаны. — «Мне надо идти. Собери детей и запритесь в убежище».
Он натянул кроссовки на босу ногу, некогда искать носки.
Пока Царапина от Шипа надевала сапоги, он вышел из комнаты. Дети высыпались в коридор — все в ночнушках и хнычут от беспокойства. Снова раздался рев. Выглянув в окно, он увидел, как из-за домов дальше по улице поднялся столб пламени, на мгновение превратив ночь в день. Дети закричали и подбежали к нему. Внезапно он оказался крепко зажат в объятиях пяти пар рук.
«Все хорошо, все хорошо! Принц Настоящее Пламя и Виверны сражаются с Они. С нами все будет в порядке».
«Идите в убежище!» — Рявкнула Царапина из его комнаты. — «Быстро!»
Он пошел вперед. Вместе они медленно двинулись по коридору гигантской амебой ужаса. Только когда Царапина темной тенью возникла за ними, дети отцепились от него и собрались в более подвижные группки.
Царапина от Шипа отперла входную дверь и подождала, пока он нагонит ее.
«Идите в убежище». — Он подтолкнул детей дальше по коридору.
Царапина схватила его за ворот футболки и крепко поцеловала. — «Не хочу оставлять тебя здесь без всякой защиты», — прошептала она.
«Ты бежишь сражаться», — ответил он. — «Я же буду скрываться за метровой каменной стеной».
Царапина посмотрела на него долгим прощающимся взглядом, как будто больше не надеялась увидеть его в живых. — «Запри за мной дверь. Я приду как можно скорее».
И она ушла.
Он с невероятным трудом заставил себя закрыть дверь.
Масленка поспешил в маленькую, лишенную всяких окон, комнату, служившую убежищем. Посчитал всех — пять испуганных до чертиков детей, закрыл тяжелую дверь и задвинул засовы. Даже через толстые стены слышны приглушенные выстрелы. Затем прозвучал громкий взрыв, и земля затряслась под ногами. Такой взрыв убьет секаша, пробьет насквозь их защитные щиты, а у Царапины от Шипа нет домана, чтобы защитить ее.
«Царапина» — , подумал он, — «будь осторожна».
Прошло несколько часов. Ночь утихла.
Ветроволк и Принц Настоящее Пламя наверняка победили, но он не мог этого выяснить, оставив детей и не дождавшись Царапину.
А она все еще не вернулась.
Последний раз он чувствовал себя настолько беспомощным, когда прятался в чулане и смотрел как отец оплакивает тело его матери.
ГЛАВА 23: КАМЕНЬ НОЖНИЦЫ БУМАГА
Два
Точнее, два заклинания, к которым Тинкер не знала всех параметров. Отсутствие контроля выводило ее из себя. У нее не было времени даже подумать, как можно увеличить радиус действия щита эсва Камня — стрельба заставляла ее постоянно удерживать щит. Огненный удар наносил хороший массовый урон, но с его помощью она постепенно сжигала дотла анклав Имбирного Вина. Каждый раз, когда Тинкер взрывала еще один отряд Они, ей хотелось крикнуть «Извините!».
В анклаве воцарился хаос и неразбериха. Они пользовались защитными укреплениями здания, прячась за крепкими дверями и каменными стенами. Воины Клана Камня — к ее беспокойству только каста лэдин — не могли решить, помогать невооруженным членам своего клана убраться на безопасное расстояние, или сражаться с захватчиками. Они беспорядочно носились по анклаву, то нападая, то убегая от Они.
«Где, черт побери, секаша Клана Камня?» — Тинкер аккуратно пробиралась через дымящиеся развалины. Если бы секаша устроили бойню, здесь должны были остаться нарубленные в мелкую стружку трупы Они.
«Они воспользовались неожиданностью», — ответил Пони. — «Только так Они могли остаться в живых».
«Все секаша мертвы?»
«Скорее всего, ты видела смерть последних из них».
Она быстро сдвинулась в сторону, защищая группку слуг Имбирного Вина от автоматного огня. — «Бегите! В Маковую Лужайку». Она не успела спасти секаша, но еще может вывести всех остальных.
Вместе с Рукой Тинкер двинулась вперед, отталкивая Они и освобождая запертых в коридорах за ними эльфов. Каждый раз, чтобы нанести огненный удар, ей приходилось сбрасывать щит, и тогда секаша равномерно вставали вокруг, закрывая ее своими щитами от шальных пуль. Тинкер беспокоилась за них и уже без всякой жалости наносила удар, не думая о причиняемом ущербе.
Они достигли дальнего конца анклава, когда обнаружили, что преследуемые ими Они попали в тупик. Секаша ринулись вперед в сверкающем водовороте мечей. Через несколько секунд повсюду валялись разрубленные тела.
«Это не основные силы», — прорычал Пони. — «Только группа отвлечения. Они вынесли Драгоценную Слезу через другой ход».
Тинкер почувствовала себя маленькой девятилетней девочкой, увидев прибывших Принца Настоящее Пламя и Ветроволка. Она превратила анклав Имбирного Вина в горящие развалины, и не спасла Драгоценную Слезу. Ей нечем оправдать учиненные разрушения.
«Любимая». — Ветроволк проигнорировал окружающие развалины, сосредоточив все внимание на ней. — «Ты ранена?»
Вот одна из причин, почему она так сильно его любит. Он понял, что сейчас важнее всего. — «Нет». Тинкер сбросила щит, внезапно почувствовав себя невероятно измотанной, и позволила ему заключить себя в объятия. Было просто чудесно полагаться на его силы, знать, что он все сделает правильно.
Принц же явно не собирался игнорировать то, что она только что сравняла с землей анклав. Он смотрел на нее со странным выражением лица. — «Она пользовалась щитом Клана Камня».